Кунград

На сайте:

История › Век XX › История Хивинской революции и Хорезмской народной советской республики 1917-1924 гг. › Провозглашение Хорезмской советской социалистической республики.

Провозглашение Хорезмской советской социалистической республики.


Глава 3

УСПЕХИ ГОСУДАРСТВЕННОГО, ЭКОНОМИЧЕСКОГО И КУЛЬТУРНОГО СТРОИТЕЛЬСТВА

В ХОРЕЗМЕ в 1922—1923 гг. ПРОВОЗГЛАШЕНИЕ ХОРЕЗМСКОЙ

СОВЕТСКОЙ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

С 1921 г. во всех областях административной, хозяйственной и культурной жизни Хорезмской республики отчетливо [153] прослеживается тенденция к усилению классовой дифференциации, проведению коренных преобразований, способствовавших к дальнейшем превращению народно-советской республики в социалистическую.

 Завершение гражданской войны и борьбы с иностранной военной интервенцией ставило перед РСФСР и всеми советскими социалистическими республиками неотложные задачи не только восстановления народного хозяйства, но и более тесного объединения всех республик для создания единого, в масштабе всей страны планового хозяйства — базы социалистического строительства. Этот период характеризовался дальнейшим укреплением всесторонних федеративных связей между советскими социалистическими республиками.

Бухарская и Хорезмская народные советские республики, несмотря на их отличие от других советских республик, не могли остаться в стороне от могучего объединительного движения советских народов. Отношения между РСФСР, Бухарской и Хорезмской НСР являлись отношениями особого рода, характерными для советских республик. Самостоятельное существование ХНСР и ее успешное развитие были возможны только в условиях тесного содружества Хорезма с РСФСР.

В инструкции чрезвычайному полномоченному председателю РСФСР Гопнеру 15 июля 1922 г. Л. М. Карахан от имени НКИД РСФСР указывал: «Укрепление принципа независимости Хорезма, возрождение экономической жизни и просвещения... устранение опасности независимому существованию Хорезма со стороны империалистов, прикрывающихся в Средней Азии знаменем панисламизма, — вот вкратце та линия поведения, которая должна осуществляться в Хорезме от имени

РСФСР».1

Статут ордена Труда ХНСР был утвержден решением правительства республики в январе 1922 г. Орден предназначался для награждения активных участников народной революции. 15 февраля 1922 г. торжественное заседание ЦК ХКП и ЦИК ХНСР приняло решение наградить первым орденом Труда ХНСР В. И. Ленина. Одновременно этим орденом были награждены М. И. Калинин и Г. В. Чичерин.2

В обращении ЦИК ХНСР по этому поводу говорилось: «Дорогой товарищ! С радостью извещаем Вас, что мы приступили к мирному строительству Советского Хорезма». Далее в обращении говорилось о работе среди дехкан, о восстановлении и развитии промышленности. При этом подчеркивалось, что в решении задач хозяйственного строительства правительство руководствуется положениями новой экономической политики. [154]

Заключительная часть обращения посвящена непосредственно факту награждения В. И. Ленина. «В память второй годовщины Хорезмской революции, — написано в обращении, — мы установили орден Труда для наших героев труда. Мы просим Вас дорогой и любимый наш учитель, принять этот орден согласно постановлению Центрального Исполнительного Комитета и носить его как символ освобождения труда на Востоке после многовекового рабства».3

Задача расширения экономического сотрудничества и политических связей с другими народами страны и стремление к установлению единого хозяйственного плана с теми народами, которые уже перешли к советскому устройству, была четко сформулирована во второй Программе партии, принятой VIII съездом РКП (б). В дальнейшем эта проблема получила развитие в материалах X съезда партии.

Вопрос об экономическом объединении Туркестана, Бухары и Хорезма был поднят в ЦК РКП (б) еще осенью 1921 г., но обострение военно-политической обстановки в республиках Средней Азии в конце 1921 г. и в 1922 гг. несколько отодвинуло практическое решение проблемы. 1 февраля 1922 г. Политбюро ЦК РКП (б) возвращается к вопросу экономического объединения среднеазиатских республик, оно сочло целесообразным создать объединенные хозяйственные органы трех республик на паритетных началах. Для этих целей СНК РСФСР выделялось 200 тыс. р.4

Для экономического сближения среднеазиатских республик ЦК РКП (б) считал необходимым установить более тесные связи между Коммунистической партией Туркестана, БКП и ХКП. На Туркбюро ЦК РКП (б) было возложено руководство Хорезмской и Бухарской Коммунистическими партиями, ранее самостоятельно входивших в Коминтерн. В состав Туркбюро ЦК РКП (б) было введено по одному представителю от Бухарской и Хорезмской КП.5

Расширение функций Туркбюро ЦК РКП (б), ранее руководившего партийными организациями Туркестанской АССР, привело к преобразованию его в Среднеазиатское бюро ЦК РКП (б). Функции руководства и координации деятельности партийных организацией трех республик Туркбюро ЦК РКП (б) начало осуществлять фактически с февраля 1922 г. Окончательно реорганизация Туркбюро ЦК в Средазбюро завершилась 19 мая 1922 г., когда состоялось первое заседание пленума Среднеазиатского бюро ЦК РКП (б) нового состава с участием [155] уполномоченных ЦК РКП (б) Г. К. Орджоникидзе и Ш. З. Элиавы.6 Первым председателем Средазбюро являлся С. И. Гусев. С этого времени в Хорезме для оказания помощи в партийной работе постоянно находился представитель Средазбюро. Первым таким представителем был известный партийный работник Туркестана Низаметдин Ходжаев.

Вопрос о вхождении БКП и ХКП в РКП (б) поднимался неоднократно. Политбюро ЦК РКП (б) 1 февраля 1922 г. приняло решение о приеме БКП в состав РКП (б), в этом же постановлении указывалось, что оно распространяется и на Хорезмскую КП. Окончательно вступление БКП и ХКП в РКП (б) было оформлено после XI съезда партии.7

Важным шагом в дальнейшем организационном и политическом оформлении Хорезмской Коммунистической партии явился ее II съезд, состоявшийся в июле 1922 г.

Почетным председателем съезда был избран В. И. Ленин. На его имя и в адрес ЦК РКП (б) были посланы приветственные телеграммы. В телеграмме, адресованной В. И. Ленину, говорилось: «Курултай Всехорезмской коммунистической партии горячо приветствует Вас, дорогой Владимир Ильич, желает на долгие годы здоровья. Молодая Хорезмская компартия развивается, и мы надеемся, что в скором времени она будет представлять крепко спаянный пролетарский отряд и будет образцом коммунистической организации на Востоке».8

Специальным пунктом в решении съезда было записано, что свободное самостоятельное существование такой маленькой республики, как Хорезмская, возможно только при поддержке трудящихся РСФСР.9

В деятельности партийных организаций в условиях дальнейшего развития и углубления народно-советской революции, с целью ослабления влияния духовенства и родо-племенных вождей на широкие массы трудящихся, дальнейшей классовой дифференциации решающее значение приобретала работа среди дехкан и трудового городского населения. Решить ее можно было только при условии оживления работы всех массовых организаций.

В январе 1922 г. в Хиве состоялся I съезд профсоюзов Хорезма, на котором присутствовало 100 делегатов, представлявших 8 тыс. членов союзов. Среди делегатов было 23 коммуниста. Съезд одобрил тезисы о профсоюзном строительстве, принятые I съездом ХКП, провел реорганизацию профсоюзов путем укрупнения, доведя их число до 8 союзов, и принял решение о присоединении к Профинтерну. [156]

Большое внимание на II съезде ХКП было уделено работе комсомольской организации республики. Комсомол Хорезма являлся одной из наиболее крупных массово-политических организаций, он был деятельным помощником партии как в борьбе с басмачеством, так и в государственном, хозяйственном и культурном строительстве. Высокую оценку Хорезмскому комсомолу летом 1922 г. дал чрезвычайный полномочный представитель НКИД в Хорезме Гопнер. Комсомол был организацией, состоящей преимущественно из деревенской бедноты. Гопнер считал комсомол надежным источником пополнения партии.10 В деятельности Хорезмского комсомола этого периода наблюдались и серьезные недостатки, выражавшиеся в элементах авангардизма, возникавшие вследствие ослабления партийного руководства.11 Это обстоятельство не могло не беспокоить руководство ХКП.

На II съезде ХКП ЦК КСМ республики подвергся резкой критике за то, что в ряде случаев районные и городские организации комсомола пытались действовать изолированно от партии, не подчиняться ее решениям. Съезд указал на необходимость усиления партийного руководства комсомолом.12

Одним из основных вопросов съезда являлось принятие программы и устава партии, в основу которых были положены Программа и Устав РКП (б). Съезд избрал новый состав ЦК и Центральную ревизионную комиссию. Ответственным секретарем ЦК ХКП был вновь избран Г. Шарафутдинов.13

Идейно-организационное укрепление ХКП и вступление ее в состав РКП (б) благотворно отразились во всех областях политической и хозяйственной жизни республики. Вместе с усилением руководящей роли Коммунистической партии оживилась работа общественных и политических организаций.

С 22 по 26 августа 1922 г. проходил II съезд Хорезмского КСМ. На съезде присутствовало 45 делегатов, представлявших 11 районных комитетов комсомола и 27 комсомольских ячеек, объединявших около 1200 членов.14

Съезд заслушал политический доклад ЦК ХКП, заслушал и обсудил отчет ЦК ХКСМ, доклады с мест, принял решение о присоединении к РКСМ и провел выборы нового ЦК. В резолюции съезда о присоединении к РКСМ подчеркивалось, что ХКСМ, присоединяясь к РКСМ и принимая его программу, учитывает почетную роль российского комсомола в деле организации трудящейся молодежи под знаменем КИМ.15

На съезде был заслушан также доклад о борьбе с [157] басмачеством. Съезд создал специальный отдел в ЦК ХКСМ по борьбе басмачеством и разработал программу для ликвидации этого реакционного политического движения.

В новый состав ЦК было избрано 11 человек. Ответственным секретарем был избран Гариф Худайбергенов, его вскоре сменил Керим Балтаев, энергичный, инициативный работник, пользовавшийся большим авторитетом среди молодежи.16

Комсомол оказал огромную помощь партийным организациям в борьбе за раскрепощение женщин. Первая попытка создать женотдел при временном ЦБ ХКП относится к июню 1921 г., но практически работа в этом направлении не велась, и производственные мастерские, созданные для женщин, были закрыты. В 1922 г. по инициативе комсомольцев в Хорезме возникла организация «Хатинлар уюшмаси» («Общество женщин»). 17 ноября 1922 г. в Хиве состоялось первое учредительное собрание организации, на котором присутствовали 30 человек.17 Позже, в ноябре 1923 г., при ЦК ХКП была создана «Коллегия по женским делам» под председательством первой женщины члена ХКП Хайриманат Сайдашевой. В состав коллегии помимо председателя входили Нурданат Абдусалямова, Копилова, Рахима Наджимаддинова, Дурджан Бекчурина. К этому же времени относится создание в Хиве школы-интерната для девочек на 100 человек.18

О дальнейших успехах в области государственного строительства и демократизации политического строя свидетельствуют материалы III Всехорезмского курултая Советов, проходившего 15—23 июля 1922 г.

Созыву III курултая предшествовали II Всетуркменский и I Киргизский (казахский) съезды, способствовавшие улучшению межнациональных отношений в Хорезме. В 28 районах республики накануне курултая были проведены сессии местных шуро. На курултае присутствовало 339 делегатов.

Повестка дня курултая предусматривала обсуждение ряда актуальных вопросов: общий политический доклад, отчетный доклад Хорезмского ЦИК, отчетный доклад Совета Народных назиров, доклад Государственного контроля, доклады назиратов, земельный вопрос, вопросы о новой финансовой политике и бюджете на предстоящий год, о работе назирата продовольствия и натуральном налоге, национальный вопрос, о новой редакции конституции ХНСР, выборы Хорезмского ЦИК. Для изучения поступивших материалов и подготовки проектов [158] резолюций курултай образовал три комиссии: финансовую, контрольную и конституционную.19

В резолюции курултая по докладу о политическом положении подчеркивалось, что «только при существовании Советской власти в России возможно свободное существование Хорезма и других стран, освобожденных Октябрьской революцией». Курултай предлагал правительству Хорезма «еще более энергично продолжать беспощадную борьбу со всеми прикрывающимися фальшивыми националистическими лозунгами тайными и явными наемными агентами мирового империализма».20

Курултай одобрил доклад назирата земледелия и заявил что земельный вопрос является «одним из важнейших вопросов хорезмской жизни», поручил Хорезмскому ЦИК выполнить все намеченные в этом направлении мероприятия, утвердил нормы натурального налога. Вместе с этим работа назирата земледелия была признана неудовлетворительной.21

В докладе по национальному вопросу отмечалось, что за время Советской власти между народами Хорезма возникло взаимное доверие. Подчеркивалась необходимость тесного государственного союза всех советских республик. Было принято решение организовать в составе Хорезмского ЦИК наряду с туркменским киргизское (казахское) бюро.

В области народного просвещения курултай предложил правительству обратить особое внимание на внешкольное образование, ликвидацию неграмотности, а также на развитие школ для казахов, туркмен и каракалпаков на их родном языке.22 На заключительном заседании курултая были обсуждены отдельные поправки и уточнения конституции ХНСР. Принципиальные изменения в тексте конституции были утверждены II курултаем (1921 г.), в данном случае речь шла главным образом о более точных формулировках отдельных статей. В частности, к ст. 64 об ограничении ряда лиц в избирательном праве были даны примечания, по которым бывшие ханские чиновники, доказавшие на деле свое искреннее желание работать для блага трудящихся, могли быть восстановлены в избирательных правах. Размер землевладения и другого имущества, лишающий избирательных прав, определялся Хорезмским ЦИК. Избирательных прав лишались только те служители религиозного культа, которые были известны как противники советско-народной власти.23 Конституция четко определяла деятельность ЦИК и его президиума, состав и функции Совета Народных назиров. Всего было определено девять назиратов. При [158] Народном назирате по внутренним делам создавались отделы здравоохранения, почт и телеграф. При назирате юстиции — Госполитуправление.24

Почетными председателями были избраны В. И. Ленин, М. И. Калинин, Г. В. Чичерин. Заканчивая работу, курултай обратился к ним с приветственными телеграммами. Приветственные телеграммы были также посланы в адрес ЦИК Азербайджанской ССР и Туркестанской АССР.

В приветственной телеграмме В. И. Ленину после выражения глубокой любви и уважения говорилось: «Мы с тревогой следим за состоянием Вашего здоровья и желаем Вам от глубины всего сердца полного здоровья и благополучия, дабы трудящиеся всего мира могли черпать от Вас указания в своей борьбе от гнета капитализма. Народы Востока знают одного вождя — товарища Ленина, и только с ним нам по пути».25

В приветствии к Председателю ВЦИК РСФСР М. И. Калинину указывалось, что возможностью вести свой мирный труд, и идти по пути установления своего хозяйства хорезмский народ обязан братской помощи со стороны РСФСР.

С большой теплотой приветствовал курултай Г. В. Чичерина: «Хорезмский народ, — говорилось в телеграмме, — с восторгом следил за борьбой дорогого делегата тов. Чичерина в Генуе». Именем Чичерина была названа одна из улиц Хивы.26

III Всехорезмский курултай Советов и новый текст конституции имели большое значение для повышения классового самосознания и политической активности трудящихся. Одним из важнейших последствий курултая являлась стабилизация национальных отношений. Вместе с тем, несмотря на укрепление ХКП, успешное развертывание общественно-политической работы и совершенствование государственного аппарата, в практическом осуществлении принятой линии политического и хозяйственного развития республики встречались значительные трудности.

Трудности по пути некапиталистического развития Хорезма к социализму и превращению его в социалистическую республику объяснялись не только низким уровнем развития экономики, глубиной хозяйственной разрухи, засильем мусульманской религии, державшей в духовном рабстве население, сохранением национальной розни и наличием басмачества, но и такими субъективными факторами, как отсутствие практического опыта, низкий уровень идейно-теоретической подготовки кадров, их несогласованными, а иногда и умышленно неправильными [160] действиями. Яркий свет на последние обстоятельства проливают материалы. Чрезвычайной миссии НКИД РСФСР, работавшей в Хорезме под руководством Д. Ю. Гопнера в сентябре— октябре 1922 г. Чрезвычайная миссия в Хорезме занималась разбором деятельности полпреда РСФСР в Хиве И. М. Быка, на которого постоянно поступали жалобы. 21 августа миссия выехала из Ташкента и 1 сентября 1922 г. прибыла в Хиву.27

Чрезвычайная миссия временно оставила Быка в занимаемой должности, в качестве помощника полпреда в Хорезм был назначен опытный партийный работник и сотрудник НКИД Б. Г. Городецкий.28

Отчетный доклад Д. Ю. Гопнера о командировке в Хорезм содержит весьма интересные характеристики экономического и политического положения ХНСР, деятельности правительства и отдельных лиц. Касаясь экономического положения республики, Гопнер отмечал оживление хозяйственной жизни Хорезма. Своевременная очистка оросительных каналов, участие в которой также приняло туркменское население, обеспечила многоводье и хороший урожай. В связи с переходом к оседлости и сокращением поголовья скота, а также с прекращением вывоза семян из севооборота исчезала люцерна. Все наличные пахотные земли использовались для посева зерновых культур, и соответственно катастрофически сократились посевы хлопчатника. Сокращение поголовья скота в республике объяснялось тем, что с территории Хорезма откочевало около 5 тыс. казахских семей. Недостаток скота частично компенсировался организованной его закупкой в Закаспийской области и у казахов Мангышлака.29

В это время оживляется торговля с РСФСР, Хорезмская республика принимает участие в Нижегородской ярмарке и заключает новое экономическое соглашение с РСФСР.

Новая экономическая политика послужила основой для пересмотра некоторых пунктов экономического соглашения между РСФСР и ХНСР, заключенного в сентябре 1920 г. В частности, возникла необходимость более тесного сотрудничества ряда экономических органов РСФСР и ХНСР для решения вопросов организации ярмарок, унификации денежной системы.

Обсуждение проекта нового экономического соглашения началось еще в марте 1922 г. В целях оживления торговли и мероприятий по заготовке сырья в июне правительство РСФСР предоставило краткосрочный заем в размере 8 тыс. золотом Хорезмской республике. ХНСР обязывалась покрыть задолженность в течение 6 месяцев на 60% дензнаками и на 40% товарами. [161]

Новое экономическое соглашение между РСФСР и ХНСР было подписано в Ташкенте 29 июня 1922 г.

По соглашению торговые сношения между республиками могли производиться не только правительственными учреждениями, кооперативными организациями, но и частными гражданами. Между РСФСР и ХНСР уничтожалась таможенная граница, Хорезмской республике предоставлялось право выхода на внешний рынок под наблюдением представительств НКВТ РСФСР или полномочных представителей РСФСР. План и порядок реализации экспортных товаров, а также импорта правительство ХНСР устанавливало совместно с НКВТ РСФСР. Преимущественное право приобретения экспортных товаров Хорезмской республики при прочих равных условиях предоставлялось РСФСР.

Новое экономическое соглашение было взаимовыгодным, оно явилось важным шагом по пути экономического объединения трех среднеазиатских республик, происшедшего в 1923 г.

Положение торговли в республике оставалось крайне тяжелым. Следствием отсутствия недостатка промышленных товаров было резкое сокращение заготовки сырья: значительная часть которого попадала в частные руки. Из-за плохой работы Внешторга в Хорезме остались невывезенными 156 вагонов хлопка-волокна урожая 1921 г. и дореволюционных запасов. Узким местом в торговле являлись транспортные средства. Самым дешевым и выгодным видом транспорта было сообщение по Амударье до Чарджуя. Но к 1922 г. Амударьинская флотилия, переданная в распоряжение Бухарского и Хорезмского правительства, пришла в полный упадок.

Затруднения в развертывании государственной и кооперативной торговли создавали опасность оживления частнокапиталистических элементов.

Отсутствием контакта правительства с заготовительными организациями РСФСР объясняется то, что от хлопковой кампании 1921 г. в республике оказались не реализованными 68 тыс. аршин мануфактуры, 274 тыс. пудов керосина, 30,5 тыс. коробок спичек, нитки, посуда, остатки семян, мешки.30

Результатом миссии Гопнера явилось постепенное оздоровление обстановки в самом правительственном аппарате, преодоление элементов групповщины и взаимного недоверия.

Первоначальное решение ЦК РКП (б) и НКИД РСФСР о пребывании Быка на посту полномочного представителя в Хорезме было отменено. 10 декабря 1922 г. Городецкий принял дела полномочного представителя РСФСР в ХНСР и оставался на этом посту вплоть до национально-государственного размежевания советских республик Средней Азии.31 [162]

Вопрос о необходимости экономического объединения трех среднеазиатских республик поднимался ЦК РКП (б) еще в 1921 г.32 Практическая подготовка к решению этой задачи началась с весны 1922 г. 9 марта 1922 г. на объединенном заседании Туркбюро ЦК РКП (б) и исполбюро ЦК КПТ было принято решение, одобряющее идею экономического объединения среднеазиатских республик, и создана специальная комиссия под председательством С. И. Гусева. 20 марта 1922 г. состоялось первое заседание комиссии, была создана техническая подкомиссия под председательством Г. Н. Черданцева. В задачу подкомиссии входили научная разработка проблем экономики Средней Азии и дополнительное экономическое обследование Хорезма и Бухары.33

Осложнение военно-политической обстановки в Средней Азии летом 1922 г. несколько отодвинуло вопрос об экономическом объединении республик. Однако подготовительная работа в этом направлении не прекращалась. В январе 1923 г. подготовительный этап работы был завершен, и 31 января Средазбюро приняло решение о созыве конференции.

В феврале 1923 г. ЦК ХКП, обсудив вопрос об экономическом объединении среднеазиатских республик, постановил: «Считая экономическое объединение данных республик историческим днем для Хорреспублики, Центральный комитет ХКП приветствует таковое и обещает приложить все усилия к проведению этого вопроса в положительном смысле и без всяких осложнений, ибо считает этот вопрос важным для возрождения хозяйства Хорезмской республики, пришедшего в самое тяжелое состояние».34 Необходимым условием экономического объединения Средазбюро ЦК РКП (б) считало унификацию денежного обращения. Срок унификации денежных знаков был определен с 1 мая по 1 июля 1923 г., но в Хорезме проведение ее задержалось до октября. Основой денежного обращения во всех республиках стал советский червонец.35 В Хиве и Бухаре было предложено прекратить эмиссию, разработать бюджет и составить государственный бюджет на 1923—1924 гг.36

На пути реализации решения об экономическом объединении среднеазиатских республик встречались затруднения. Еще во время проведения III Всехорезмского курултая Советов в июле 1922 г. среди делегатов выявились три группировки: националистическая правая, левая (представленная частью [163] членов ХКП) и военная.37 Националистическая правая группировка в Хорезме, выступавшая против проведения революционно-демократических и социалистических преобразований, прикрывалась лозунгом «Хорезм для хорезмийцев», что же касается части членов ХКП, страдавших «левизной», то для них было характерным стремление ускорить ход событий.

В период обсуждения вопроса об экономическом объединении Туркестанской, Бухарской и Хорезмской республик национал-уклонисты пытались доказать, что такое объединение будет ущемлять интересы каждой из республик. Была и другая крайность: отдельные работники требовали объединения не только важнейших отраслей экономики трех республик, но полного их слияния. Средазбюро ЦК РКП (б), решительно отвергая эти взгляды, высказалось за объединение важнейших отраслей экономики путем созыва экономической конференции с участием представителей всех трех республик.38

Политбюро ЦК РКП (б) постановлением от 3 марта 1923 г. одобрило все меры, принятые Средазбюро по подготовке и экономическому объединению, в частности унификацию денежной системы БНСР и ХНСР.39

Первая конференция по экономическому объединению среднеазиатских республик проходила с 5 по 9 марта 1923 г.40

Конференция направила приветственную телеграмму В. И. Ленину, в которой говорилось: «Приступая к объединению хозяйства миллионов трудящихся Средней Азии, выражаем твердую уверенность в близком наступлении часа полного освобождения всех трудящихся масс Востока».41 В приветствии Народному комиссариату РСФСР экономическое объединение трех советских республик оценивалось как результат «правильной национальной политики Советской власти».42

Высшим органом, объединяющим экономическую деятельность среднеазиатских республик, являлась периодически созываемая конференция этих республик. Исполнительным органом конференции стал президиум, состоящий из 10 человек. В состав президиума экономической конференции входили: 1 представитель от РСФСР, 4— от ТАССР, 3 —от БНСР, 2 — от ХНСР. В качестве постоянно действующего органа при президиуме был образован Среднеазиатский экономический совет. [164]

На СредазЭКОСО возлагалась задача объединить и скоординировать экономическую деятельность трех республик на основе единства экономической политики и хозяйственного плана.43

Только после экономического объединения Хорезма с ТАССР и БНСР появилась возможность выявления действительного экономического и финансового положения республики, введение элементарного учета и налаживание планового хозяйства. Помимо отправки в Хорезмскую республику различных специалистов для постоянной работы в 1923 г. туда была послана группа видных ученых Средней Азии, таких, как экономист Г. Н. Черданцев, специалист по ирригации и сельскому хозяйству К. Зубрек, финансист А. Левин, врач Минкевич.

Экономическое положение Хорезма как в первые месяцы после победы народно-советской революции, так и к моменту превращения его из народно-советской республики в социалистическую определялось состоянием сельского хозяйства и торговли. Почти при полном отсутствии статистических данных и описания орошаемой площади земель чрезвычайно трудно установить действительное количество используемой земли, сроки и размеры передачи земельных площадей в распоряжение трудового дехканства.44

По сведениям полномочного представителя РСФСР в Хорезме Быка, за год (июнь 1921 г. — июль 1922 г.) безземельным и малоземельным дехканам было роздано 20 тыс. танапов земли, а семьям мобилизованных красноармейцев — 3 тыс. танапов. По книге выдачи земельного отдела СНН с 20 сентября 1922 г. по 25 ноября 1923 г. землей было наделено 1500 хозяйств, получивших в общей сложности около 10 тыс. танапов.45 По хозяйственному плану развития Хорезмской республики на 1923—1924 гг. предполагалось раздать дополнительно всего лишь 7 тыс. десятин.46

Земельный вопрос в Хорезме, в основном, был решен еще до превращения его в социалистическую республику, а это, в свою очередь, свидетельствовало о завершении революционно-демократического этапа. Однако к этому времени условия для полной ликвидации крупного байского землевладения и завершения земельно-водной реформы еще не созрели не только в Хорезме, но даже и в ТАССР. Частично издольная аренда в Средней Азии сохранялась до проведения коллективизации.

Распределение конфискованных и бесхозных земель и сельхозинвентаря производилось с расчетом, чтобы каждое [165] хозяйство имело в среднем около 10 танапов (около 3 десятин), но соблюдение этого порядка во многом зависело от состава и активности местных шуро.47

Само по себе наделение землей еще не могло вывести дехкан из тяжелого экономического положения. Во-первых, в Хорезме обрабатываемая площадь земли совпадала с орошаемой площадью, но с 1918 по 1920 г. ирригационная система фактически не ремонтировалась, а в последующие годы ее еще не успели привести в порядок. Не были оборудованы сбросы воды. Если в верхней части оросительных каналов полив мог осуществляться только при помощи чигирей, в средней части — самотеком, то до низовьев каналов вода или не доходила или, наоборот, в половодье затопляла поля. Во-вторых, половина земель республики орошалась посредством чигирей. Для того чтобы оросить площадь в 2—3 десятины, в течение сезона требовалась непрерывная работа 1—2 лошадей или верблюда и

1 человека. При сокращении рабочего скота почти на 50% обработка и полив земли в прежних размерах были фактически невозможны. В-третьих, почти при полной дезорганизации рынка, неустойчивости денежных знаков наступила крайняя степень натурализации сельского хозяйства. Чувствовался острый недостаток простейших видов сельхозинвентаря.

Все эти обстоятельства привели не только к общему сокращению посевной площади, но и к изменению структуры посевов и потере товарности. По литературным данным, совпадающим со сведениями ЭКОСО ХНСР, до 1917 г. посевы хлопка в Хорезме составляли до 30% всех посевных площадей, в 1922 г. этот показатель снизился до 10%, в то время как посевы джугары с 17 выросли до 23%, пшеницы с 15 до 17%. При этом из севооборота исчезли американские сорта хлопка, появление которых вновь относится только к 1922 г.48 Даже в 1924 г. в Хорезме планировалось довести посевы хлопка только до 11 — 15 тыс. десятин.49

Поднять дехканское хозяйство могла только немедленная государственная помощь. По сведениям полномочного представительства РСФСР в Хорезме, в течение 1921 — 1922 гг. безземельным и малоземельным дехканам было отпущено 6160 батманов хлопковых семян, взаимообразно выдано 750 батманов риса, отпущено 90 млн. р., оказана помощь лошадьми и арбами.50 Для оказания постоянной помощи дехканам еще по решению I съезда безземельных и малоземельных дехкан (декабрь 1921 г.) при назирате земледелия было предложено создать [166] дехканский кредитный банк, и в начале 1922 г. началась его деятельность. Основной капитал кредитного банка, составлявший 3 млрд. р. (по курсу совзнаков), складывался из ссуды правительства и добровольных взносов.51

Первая сессия ЦИК II курултая (январь 1922 г.) приняла решение об отпуске в 1922 г. кредитов на сумму в 1,5 млрд. р. По указанию СНН и правления банка ссуды отпускались только бедняцким хозяйствам. Размер ссуды составлял стоимость покупки 1 лошади, арбы, плуга. Для получения такой ссуды объединялось 4—5 хозяйств. Ссуда выдавалась на три года, возврат ее допускался натуральной продукцией по рыночной стоимости.52

Государственная помощь трудовому дехканству и постоянная потребность последнего в кредитах способствовали возникновению кредитных, промысловых, потребительских и впоследствии производственных товариществ. Широкое распространение получили кредитные сельскохозяйственные товарищества— так называемые шерикеты. К середине 1922 г. в Хорезме насчитывалось 14 хлопковых и других сельскохозяйственных кооперативов.53

Одной из наиболее сложных задач хозяйственного строительства в Хорезмской НСР являлось налоговое обложение. Следует напомнить, что при ханском режиме помимо всякого рода других сборов и повинностей существовало два основных вида сельскохозяйственного налога — салгут, выплачиваемый в зависимости от размера земельной площади (туркмены платили за атлык 30 танапов), и бегат — натуральная арбяная повинность, по которой полагалось за каждые 10 танапов надела отработать 12 дней в году с предоставлением арбы, лошади и одного взрослого человека.54 В целом прямые налоги для каждого среднего хозяйства составляли 13 р. 20 к. в год.55

При отсутствии оформленной административной власти на местах и налогового аппарата никаких налоговых поступлений, за исключением базарных сборов, в распоряжение правительства не было. На I съезде союза безземельных и малоземельных дехкан обсуждался вопрос о взимании с дехкан 10% натурального сбора или 2 батманов зерна с танапа.

Продовольственный налог в республике был введен постановлением ЦИК Советов ХНСР в июле 1921 г., но сбор его был [167] приостановлен до конца года ввиду отсутствия учета и налогового аппарата. В дальнейшем был установлен сбор по 2 пуда зерна с каждого танапа земли. По неполным данным назирата земледелия ХНСР, в счет продналога в 1922 г. в распоряжение государства поступило 150 тыс. пудов пшеницы, 150 тыс. пудов джугары и 3 млн. пудов (очевидно опечатка — снопов. — И. П.)

клевера.56

От продналога освобождались дехкане, владевшие наделом до 1,5 танапа, семьи красноармейцев, имевшие до 3 танапов, все владельцы посевов хлопчатника.

Декретом ЦИК Советов ХНСР от 22 июня 1922 г. был установлен натуральный налог со скота, выраженный в деньгах: мелкий рогатый скот —по 100 тыс. р. в год с каждой головы, лошади и верблюды — по 500 тыс. р. Налог имел ярко выраженный классовый характер. От уплаты освобождались хозяйства, имевшие меньше 4 верблюдов, 2 лошадей, 2 быков, 2 коров и 5 овец.57

Несмотря на значительное упорядочение налогового дела, хозяйственное положение государства и дехканства продолжало оставаться весьма тяжелым. Государство страдало от недостатка поступающей в его распоряжение продукции, так как вакуфные земли фактически не подверглись обложению, а сидевшие на них дехкане вносили плату за пользование землей вакуфам. При отсутствии поземельной описи и податных списков значительная часть байства уклонялась от уплаты налогов. Дехкане, вносившие потанапный натуральный сбор, были чрезвычайно обременены арбяной повинностью, которая вместо 12 положенных дней фактически отнимала 20—30 дней и обходилась не в 6 р. (по прежнему курсу), а значительно дороже.

III Всехорезмский курултай Советов (июль 1922 г.) перенес тяжесть налогового обложения на имущие классы. В январе 1923 г. сессия ХорЦИК Советов ХНСР одобрила линию правительства, направленную на упорядочение налогов и облегчение положения дехканства. Арбяная повинность была заменена денежным налогом, а впоследствии отменена совсем. Было принято решение о составлении подворных податных списков и об обложении имущественным налогом городского населения.58

В тесной связи с положением сельского хозяйства в Хорезмской республике находилось состояние торговли как внешней, так и внутренней. До 1917 г. из Хивинского ханства вывозилось сырья до 2 млн. пудов на сумму в 20 млн. р. Сюда входили прежде всего хлопок, семена люцерны, невыделанные кожи, каракуль, шерсть, рис и даже некоторая часть зерна. На такую [168] же сумму в ханство ввозились промышленные товары: мануфактура, скобяные изделия, посуда, чай, сахар, керосин и поделочное железо.59

С конца 1917 г. до осени 1920 г. почти совершенно прекратился экспорт сырья из Хорезма и ввоз в республику промышленных товаров, вследствие отсутствия экономических и политических связей в Туркестанской АССР и РСФСР. После победы народно-советской революции определенное количество товаров поступило в Хорезм в порядке оказания помощи со стороны Турккомиссии и ТАССР. Наличные промышленные товары, сохранившиеся на торговых складах различных фирм и частных купцов, были разграблены Джунаид-ханом и его сообщниками.

По подсчетам бывшего управляющего Ново-Ургенчским отделением Русско-Азиатского банка Фрюлинга, побывавшего в Хиве в начале 1920 г., в Хорезме в 1917—1918 гг. было подготовлено для вывоза около 700 тыс. пудов хлопка-волокна, из которых вывезли только 150 тыс. пудов. Остальное волокно частично было расхищено и сожжено, но большая его часть оставалась на складах, пристанях и хлопкоочистительных заводах.

По договору 1920 г., заключенному между РСФСР и ХНСР, промышленные предприятия на территории Хорезма были переданы в распоряжение Хорезмского правительства. На этом основании ЭКОСО ХНСР специальным постановлением 5 июля 1921 г. решило считать невывезенное волокно собственностью республики. В это же время было принято решение о передаче старых запасов хлопка РСФСР по эквиваленту промышленных товаров.60

Учет оставшегося в республике хлопка начался еще в 1920 г., а результатом его была передача 200 вагонов (12 тыс. кип), а затем еще 460 кип для реализации Внешторгу ХНСР.61 После этого, в 1923 г. в Гурлене было найдено еще 88 кип.62 Таким образом, запасы такого ценного сырья, как хлопковое волокно, для эквивалентного обмена на промышленные товары у Хорезма были довольно значительными.

Торговля Хорезма с РСФСР, ТАССР, БНСР велась через Внешторг, подчинявшийся назирату торговли и промышленности. В Москве при полномочном представительстве ХНСР первоначально существовало торговое представительство, затем оно было преобразовано в представительство назирата торговли и промышленности и, наконец, в торговую контору. [169] Торговые представители Хорезмской республики имелись в Ташкенте, Чарджуе и в других городах.

В условиях новой экономической политики, когда в Хорезме, в отличие от РСФСР, до 90% торговли находилось в частных руках, приходилось предпринимать особые меры для защиты экономических интересов республики. Была введена государственная монополия на внешнюю торговлю важнейшими видами товаров. В их число входили: хлопок, каракуль, шерсть, шелковичные коконы и др. В первые годы существования республики были установлены твердые цены на особо дефицитные товары (чай, сахар, керосин и т. д.).63

Первая крупная партия товаров, полученных Хорезмской республикой уже не в порядке помощи или свободной торговли, а путем эквивалентного обмена, относится к 1922 г. В сентябре 1922 г. в Ташкенте было подписано соглашение между председателем торговой миссии Хорезмской республики и представителем Туркхлопкома о запродаже ХНСР 200 вагонов прессованного хлопка-волокна. По условиям соглашения хлопковый комитет отпускал за каждый пуд волокна по 6 аршин ситца, 1/3—в Турткуле и 2/3—в Ташкенте. Окончательная цена за хлопок устанавливалась дополнительно, полный расчет производился в Ташкенте и Москве.64

В 1921 г. в Хорезме возникла потребительская кооперация. В марте 1922 г. было создано Центральное объединение кооперативов, которому Хорезмское правительство отпустило значительную ссуду. В том же году Хорцентркоопу были открыты кредиты Внешторгом РСФСР, Центросоюзом, Хорезмским правительством, Хорвнешторгом. К январю 1923 г. Хорцентркооп имел 7 отделений (до 4 тыс. пайщиков), оборот его торговых операций составлял 45 тыс. золотых рублей, имелся уполномоченный в Москве.65

Хорцентркооп имел возможность получения товаров в кредит и продажи их пайщикам на 15—20% ниже рыночной цены. С 1 января по 1 мая 1923 г. правлением Хорцентркоопа было получено товаров на 4475 р. 88 к. золотом. 7/10 товаров поступило от государственных торговых учреждений, 3/10 закуплено самостоятельно и в кредит. В 1923 г. старые взносы в потребкооперацию были аннулированы и установлены новые: вступительный — в размере 15 р. (червонное исчисление) и паевой— 2 р. 50 к. Для дехкан паевой взнос составлял 2 пуда пшеницы. Члены кооператива имели право взять на 100 р. разных товаров в краткосрочный кредит.66 [170]

Несмотря на значительное развитие кооперативной торговли, все она же не поспевала за ростом частной торговли. Даже в 1923 г. назират торговли и промышленности был вынужден заключить сделки с частными торговцами на 353 500 р. (в дензнаках 1923 г.).67

О вывозе сырья из Хорезма можно судить по следующим данным: экспорт республики в 1922 г. составил около 43 тыс. пудов, а в 1924 г. — 159,5 тыс. пудов (без хлопка).68 Несомненно, доходы Хорезмской республики от внешней и внутренней торговли были бы гораздо выше, а положение покупателей гораздо лучшим, если бы внешняя и внутренняя торговля не сопровождалась колоссальными хищениями, которые были связаны с именем назира торговли и промышленности М. Нуруллаева и его сообщников.69 В период хозяйничанья Нуруллаева было расхищено 138 вагонов хлопка. Выезжая в Москву, он увез с собой 50 вагонов хлопка и без накладных вслед за ним было отправлено 5057 пудов шерсти.70 Во время пребывания Нуруллаева на посту назира сотрудники торгового представительства в Москве — юрисконсульт Лемперт и заместитель торгпреда Васильев — путем незаконных сделок с частными фирмами нанесли Хорезму убыток в размере 179 тыс. р. (по курсу 1923 г.).71

Дело Нуруллаева и его группы свидетельствовало об опасной тенденции зарождения и развития нового типа буржуазии в условиях сохранения многоукладности и частнокапиталистических отношений. «Нуруллаевщина», как ее позже назвали, была чрезвычайно опасным явлением для молодой республики. Суть ее выражалась в использовании в личных, корыстных целях служебного положения, в безудержной эмиссии, неправильной торговой политике, когда в республику завозились ненужные и неходовые товары, игнорировались подлинные экономические нужды Хорезма, выразившиеся в занижении закупочных цен на хлопок, что вело к сокращению посевов этой культуры.

Разоблачение Нуруллаева и его группы, решительное искоренение последствий деятельности преступников являются ярким свидетельством укрепления подлинно народной власти, улучшения партийного руководства хозяйственной и политической жизнью ХНСР. [171]

Постепенное восстановление сельского хозяйства, рост хлопководства, оживление торговли и острая потребность в товарах первой необходимости диктовали задачу неотложного восстановления промышленности.

До Октябрьской революции в ханстве действовало 36 хлопкоочистительных заводов, при 11 наиболее крупных из них существовали маслобойные и мыловаренные заводы.72 По договору 1920 г. с РСФСР промышленные предприятия, принадлежавшие русским подданным, были переданы в распоряжение правительства ХНСР, остальные были национализированы непосредственно правительством республики. Таким образом, в государственной собственности оказалось свыше 30 хлопкоочистительных, 50 маслобойных, кожевенных, кишечных заводов, 22 кирпичных завода и ряд других промышленных предприятий.73

Из всех хлопкоочистительных заводов только 11 можно было назвать крупными промышленными предприятиями, из них мог действовать только 1 завод в Ново-Ургенче, который был введен в действие летом 1922 г.74

Недостаток средств, отсутствие специалистов, а также плохая работа назирата торговли и промышленности мешали быстрому восстановлению промышленного производства республики. В таких условиях правительство было вынуждено пойти по пути сдачи в аренду заводов отдельным учреждениям и частным лицам. В 1923 г. 6 хлопкоочистительных и маслобойных заводов в Ново-Ургенче, Ташаузе и Гурлене были сданы в аренду паевому хлопковому товариществу: 1 завод арендовал Хорцентркоопсоюз, 1—ХорЭКОСО.75 Были случаи сдачи в аренду частным лицам не только мелких предприятий, но и хлопкоочистительных заводов.76 К 1923 г. в Хорезме уже работали 6 восстановленных и расширенных хлопкоочистительных заводов, 1 маслобойный, 4 кожевенных, 10 кирпичных. В 1923/24 бюджетном году доходы от государственных предприятий республики составили 170 тыс. р. золотом.77

Постепенно восстанавливалась в республике кустарная промышленность. Успешно осуществлялось кооперирование кустарей. В 1922 г. в Хорезме действовало более 20 кустарно-промышленных и 4 рыболовецких артели.78

На всем протяжении существования ХНСР наиболее узким местом в ее экономике являлось финансовое положение. С особой силой это выявилось в 1923 г., когда в связи с [172] экономическим объединением среднеазиатских республик Хорезму было предложено разработать бюджет на 1923/24 г.

В первый период существования ХНСР в ней, как и при ханской власти, не существовало государственной росписи, налоговый аппарат был автономным, значительная часть государственного дохода поступала от различного рода откупов, не существовало отчетности.

По сведениям А. Левина, обследовавшего в конце 1922 и в начале 1923 г. по поручению Средазбюро финансовое положение ХНСР за период с 1 июля 1921 г. по 1 декабря 1922 г., оно характеризовалось следующими данными: поступления — 1464 267 млн. р., расходы—1420 383 млн. р. При переводе на золото это составляло 845 тыс. р. (1 р. 06 к. на душу населения).79

Опасность эмиссии, представлявшей собою своеобразный налог, заключалась не только в катастрофическом падении денежного курса, но и в непроизводительном расходовании денег. Только 22,4% эмиссии было вложено в товарные фонды, остальные средства шли на содержание армии и государственного аппарата.80

В телеграмме от 3 июня 1923 г. в адрес ХорЭКОСО и полномочному представителю РСФСР Среднеазиатский экономический Совет изложил обширную программу мероприятий по урегулированию финансового положения республики. Хорезмскому правительству предлагалось: прекратить эмиссию, составить государственный бюджет, уделить внимание налаживанию налогового аппарата и своевременному сбору налогов, подготовить организацию сельскохозяйственного кредита, решительно сократить госаппарат, наладить деловую отчетность и др.81 Осуществление этих мер в 1923 г. было вполне реальным.

Натуральный налог, введенный с осени 1921 г., при отсутствии налогового аппарата и учета налогоплательщиков хотя и не оправдал возлагавшихся на него надежд, тем не менее к декабрю 1922 г. предоставил в распоряжение правительства джугары 65 тыс. пудов, пшеницы — 20 тыс. пудов, клевера — 2 млн. снопов — всего на сумму 146 тыс. р. золотом.82

Значительные доходы государству поступали от сдачи в аренду (на откуп) базаров и предоставления права использования озер, для заготовки камыша и кормов, тугаев для заготовки дров и строевого леса. За первое полугодие 1922 г. от сдачи базаров в аренду было получено 16 млрд. р. (в денежных знаках 1921 г.) и во втором полугодии—192 млрд. р. Арендаторами базаров, так же как и промышленных предприятий, были не [173] только частные лица и различные общества, но и духовные учреждения — медресе.83 В 1922 г. в аренду частным лицам с правом использования было сдано 47 озер. В 1923 г. сдача озер с торгов принесла 1359,5 (червонцев), а сдача 110 тугаев — 35 220 р. золотом.84

Первые попытки разработать государственный бюджет на 1923/24 хозяйственный год, предпринятые назиратом финансов ХНСР, были весьма неутешительны. Предполагаемый бюджет исчислялся в 1129 221 р. (в червонцах). Его доходная часть планировалась следующим образом: уравнительный сбор и промысловый налог—198 тыс. р.; сельхозналог — 600 тыс. р., чарва-зякет (со скота) —10 тыс. р.; косвенные налоги—101900 р.; доходы промышленности — 23 920 р.; доходы от госторговли — 45 255 р.85 Расходная часть бюджета планировалась в 1312 320 р., из них ХорЦИК — 100 211 р., Совету НН и ЭКОСО — 75 989 р., народному просвещению — 221040 р., на военные расходы — 227 231 р., на подъем сельского хозяйства и ирригацию — 243 576 р. Таким образом, дефицит по бюджету должен был составить 183 099 р.86

Среднеазиатский Экономический Совет, учитывая хозяйственное положение Хорезмской республики, предвидел неизбежность дефицита в бюджете Хорезма, сознательно шел на его покрытие, имея в виду перспективу ускоренного восстановления там хлопководческого хозяйства. Однако мирное хозяйственное строительство в Хорезме на некоторое время было прервано вспышкой басмачества в 1924 г., что потребовало со стороны РСФСР и СССР новых субсидий ХССР.

Несмотря на значительные хозяйственные и финансовые затруднения, трудности государственного и партийного строительства, осложнения политической обстановки, связанные со вспышками басмаческого движения, ярким проявлением заботы ХКП и народного правительства о нуждах трудового населения республики являлось развитие здравоохранения и народного просвещения. Уже сам факт возникновения в составе правительства учреждений, ведавших здравоохранением и просвещением, свидетельствует об огромных сдвигах в этой области.

До победы народно-советской революции медицинского обслуживания населения в Хорезме практически не существовало. На содержание единственного фельдшерско-амбулаторного пункта в Хиве отпускалось всего 1740 р. в год. Строительство больницы на 100 коек так и не было завершено. В ханстве было всего 2 врача (1 из них придворный врач хана). Такое положение являлось нетерпимым в условиях народно-советской власти. [174]

Санитарное состояние республики нуждалось в проведении коренных мер в этой области.87

В связи с задачами экономического объединения среднеазиатских республик и подготовкой к национально-государственному размежеванию народов Средней Азии по поручению СредазЭКОСО в 1924 г. специальная медицинская комиссия, возглавляемая врачом Минкевичем, провела санитарное обследование Хорезмской ССР. По данным этой комиссии, туркменское население республики вообще не получало медицинской помощи.

В наследие от ханской власти и басмаческого движения оставались тяжелая экономическая разруха и нищета населения. По данным комиссии, рацион населения был крайне скуден. Мясо по 1/4 фунта на человека употреблялось раз в неделю, редко употреблялись молочные продукты, детей кормили грудью до 3 лет.

В республике сохранили чрезвычайно большое распространение такие болезни, как малярия (в отдельных районах болело от 40 до 80% населения), трахома (по среднему течению арыков болело от 30 до 50%) и др. Оспа была привита только в Хиве и Ново-Ургенче.88 В таких условиях даже те, далеко не достаточные меры по медицинскому обслуживанию населения, которые были предприняты правительством за первые три года народной власти, следует признать значительным шагом вперед. Регулярная медицинская помощь Хорезму со стороны РСФСР и ТАССР врачами, медицинским оборудованием, медикаментами началась еще с 1920 г. В октябре 1923 г. в республику наряду с другими специалистами прибыло еще 7 врачей,89 а к началу 1924 г. в Хорезме функционировало уже 3 стационарных больницы, зубоврачебный кабинет, малярийная станция, 4 аптеки, 11 амбулаторно-фельдшерских пунктов.90 Большую врачебную помощь населению оказывали медицинские пункты воинских частей Красной Армии.

Вместе с упрочением народной власти на местах, ликвидацией басмачества, налаживанием хозяйственной жизни и подъемом экономики улучшалось положение трудящихся, отступали в прошлое невежество, нищета и болезни.

Предметом постоянной заботы со стороны ХКП и правительства республики являлось развитие в Хорезме культуры и просвещения.91 [175]

Конфессиональное обучение в Хивинском ханстве получило необычайно широкое распространение. Оно насчитывала 280 мектебов и 87 медресе,92 не считая значительного количества школ при мечетях, где происходило обучение чтению корана.

Разница между новометодными школами, возникшими еще до революции, и конфессиональными учебными заведениями была незначительной, поэтому попытки, предпринимавшиеся в первые годы существования ХНСР приспособить эти учебные заведения к новым условиям путем включения в учебные программы преподавания истории, географии, арифметики, естествознания и переаттестации мударисов, не имели успеха.93

По мере упрочения народной власти и развития советской школы, несмотря на сохранение общего числа конфессиональных учебных заведений, количество учащихся в них резко сокращается. Если в 1909 г. на каждое учебное заведение в среднем приходилось 48 учащихся, то в 1922—1924 г. только 15.94

Медресе в основном существовали за счет вакуфов. В 1921 г. вакуфы хотя и сохранили большую часть своих земель, тем не менее они были обязаны отчислять на нужды просвещения 10% своих доходов.95

Борьба за создание в Хорезме советской школы началась с первых же дней революции. Еще до созыва I Всехорезмского курултая народных представителей был создан назират культуры и просвещения. До апреля 1924 г. все учебные заведения подчинялись непосредственно назирату, позже было создана три областных отдела народного образования.

В развитии культуры и просвещения в ХНСР принял активное участие выдающийся узбекский драматург и поэт Хаким-заде Ниязи (Хамза), прибывший в Хорезм по путевке Политического управления Туркфронта в октябре 1921 г. и пробывший в республике до августа 1924 г. Ниязи был заместителем председателя ЦК профсоюзов Хорезма и заведующим отделом культуры, выступил организатором первой драматической труппы и театра, в последние годы пребывания в Хорезме. Ниязи заведовал показательной коммунистической школой-интернатом в Ходжейли и был заместителем заведующего Ходжейлинским облоно.96

Первые советские школы в Хорезме были образованы еще в марте 1920 г., а к концу 1920 г. в республике уже имелось [176] 2 школы-коммуны и 16 начальных школ, охватывавших всего 469 человек, в том числе были организованы 2 школы для девочек. В дальнейшем количество школ быстро росло, но в 1922 г. из-за недостатка преподавателей и плохой постановки дела по решению правительства было закрыто 10 общеобразовательных школ, из них 6 школ-интернатов.97

К лету 1923 г. в Хорезме функционировало 29 начальных школ, народный университет, 2 учительских семинарии, 8 интернатов, 3 специальные школы-коммуны.98

IV Всехорезмский курултай Советов поставил вопрос о введении полного, всестороннего и бесплатного образования в республике. Курултай заслушал доклад назирата просвещения и постановил: «С нынешнего года работу Наркомпроса для всех органов республики считать ударной и центральной».99 Назирату просвещения предлагалось обратить внимание на дошкольную работу, открыть 20 школ для взрослых, увеличить как общее количество школ, так и школ для нацменьшинств, ввести систему шефства над интернатами, ассигновать на народное просвещение и развитие культуры 40% бюджета республики.100

Решения IV Всехорезмского курултая Советов, конкретность предлагаемых мер и значительные бюджетные ассигнования свидетельствуют как о серьезном внимании правительства к вопросам народного просвещения, так и о нерешенности ряда задач.

Самым узким местом в развитии народного образования в ХНСР являлась нехватка учительских кадров. По ст. 18 союзного договора между РСФСР и ХНСР Российская Федерация оказывала постоянную помощь Хорезму в налаживании народного образования как материальными средствами, так и посылкой преподавателей. Ежегодно из ТАССР и РСФСР в Хорезм наряду с другими специалистами прибывали учителя, владеющие местными языками. Только в 1923 г. по путевкам Наркомпроса РСФСР в республику прибыло 23 учителя, прошедших трехгодичные подготовительные курсы в Оренбурге. Кроме того, 16 учителей прибыли для работы в Хорезме на договорных началах.101

Назират просвещения проявлял постоянную заботу и о подготовке и переподготовке собственных кадров. В 1920 г. были созданы краткосрочные трехмесячные курсы переподготовки учителей, выпустившие в ноябре этого года 40 человек. В 1921 г. [177] на курсах переподготовки было обучено 102 человека, в 1923 г.— 92 человека.102

Помощь РСФСР Хорезму не ограничивалась только посылкой специалистов. Ежегодно в ТАССР и в различные города Федерации прибывали для обучения юноши и девушки из ХНСР. В 1923 г.103 для обучения в Ташкент, Оренбург, Казань и Москву было послано из Хорезма 70 человек. Летом 1924 г. из Хорезма на учебу в различные города страны было рекомендовано 150 человек.104

Несмотря на огромные трудности, связанные с хозяйственной разрухой, басмачеством, сопротивлением реакционного духовенства, успехи ХНСР в области развития народного просвещения и в культурном строительстве были весьма значительны. К началу 1924 г. в Хорезме существовал Народный университет с трехлетним сроком обучения, ставящий целью подготовку молодежи местных национальностей для практической работы и для поступления в высшие учебные заведения. На базе подготовительных курсов была создана учительская семинария, позднее преобразованная в педагогический техникум. На базе совпартшколы, созданной в сентябре 1922 г., к 1924 г. выросло комплексное учебное заведение на 150 человек, включавшее в себя подготовительное отделение и 10-месячные курсы подготовки практических работников.105

Из числа других учреждений культуры следует назвать Народный музей, открытый в апреле 1920 г., 8 клубов, 5 библиотек, 4 красных чайханы, кинотеатр и несколько кинопередвижек. Гордостью Хорезма являлись 3 театра, 1 из которых был создан Хаким-заде Ниязи и работал под его руководством. Большую просветительную работу вели клубы, библиотеки и лекторские группы воинских частей.

В республике с первых дней революции развернулась работа по ликвидации неграмотности среди взрослого населения. Первоначально кружки ликвидации неграмотности возникали только на базе начальных школ для детей. В 1923 г. в составе Главполитпросвета была создана специальная комиссия по ликвидации неграмотности, под руководством которой к 1924 г. было создано 20 специальных школ ликвидации неграмотности (не считая таких же школ в воинских частях). За период с 1920 по 1924 г. ликвидировали неграмотность 1800 человек.

Большую роль в проведении общественно-политической работы среди населения Хорезма играла печать. Первоначально газеты, листовки, журналы, брошюры на узбекском, [178] туркменском, татарском и др. языках направлялись в ХНСР из ТАССР и РСФСР. В 1921 и 1922 гг. Российская Федерация передала Хорезму оборудование для двух типографий и прислала группу специалистов для налаживания издательской работы. С. марта 1920 г. начала выходить газета «Инкилоб куёши» («Солнце революции»)—орган ЦК ХКП, в последние годы она выходила на узбекском и туркменском языках два раза в неделю, тираж ее достигал 500—600 экземпляров. С 1921 по 1924 г. периодически выходили газеты «Хоразм хабарлари» («Хорезмские известия»), «Ердам» («Помощь»), «Кизил ёшлар овазы» («Голос красной молодежи»), «Ишчиляр товуши» («Голос рабочих»), а также «Известия полномочного представительства РСФСР в ХНСР» на русском, узбекском и туркменском языках тиражом 800 экземпляров и больше.106 Выходили также журналы «Кизил Хорезм» («Красный Хорезм»)—орган ЦК ХКП (1—2 номера в месяц), журнал «Маориф» («Просвещение») и сатирический журнал «Капкан».

Культурное строительство в ХНСР проходило в условиях острейшей классовой борьбы. В. И. Ленин в речи на I Всероссийском съезде по просвещению 28 августа 1918 г. говорил: «...наше дело в области школьной есть та же борьба за свержение буржуазии; мы открыто заявляем, что школа вне жизни, вне политики — это ложь и лицемерие».107

Классовая борьба в области культурного строительства проявлялась в самых разнообразных формах. Первый назир народного просвещения и культуры Мулла Бекчан Рахманов, позже высланный из Хорезма, был открытым буржуазным националистом, пантюркистом. Один из назиров просвещения Файзи Бахри был пленным поручиком турецкой армии. Деятельность подобных назиров заключалась во всемерной поддержке конфессиональных школ в ущерб советским, в запрещении преподавания русского языка и т. п.108 Проявлением классовой борьбы были массовые случаи разрушения басмачами школ на местах и убийства учителей. В этом отношении наиболее трагическим является получившее широкую известность зверское уничтожение басмачами в августе 1924 г. 27 комсомольцев и коммунистов из 150 человек, направлявшихся на учебу.109

Коренные изменения во всех областях развития ХНСР, наметившиеся после 1921 г., были результатом постоянной направляющей и руководящей деятельности Коммунистической партии. Образование Средазбюро ЦК РКП (б), экономическое объединение среднеазиатских советских республик, создание [179] руководящего экономического центра в лице СредазЭКОСО и вхождение ХКП в состав РКП (б) создавали благоприятные условия для развертывания успешной деятельности Хорезмской Коммунистической партии. Тем не менее уровень партийной работы в Хорезме значительно отставал от предъявляемых требований.

Основными причинами низкого уровня партийного руководства являлись отсутствие практического опыта работы, низкий уровень образования, неоднородность социального состава партии. В конце 1923 г., характеризуя деятельность партии, в докладе Среднеазиатскому бюро ЦК РКП (б) заместитель ответственного секретаря ЦК ХКП Д. К. Брюханов отметил, что численность партийных организаций возрастала стихийно, в них входили наиболее активные элементы — торговцы, муллы, зажиточные кустари. Такой состав партии тормозил ее развитие, и она отставала от революционных устремлений масс.110 Одним из серьезных недостатков деятельности партии Брюханов считал то, что на местах руководство находилось в руках местных шуро, состоявших из зажиточных людей.111

К началу 1923 г. Хорезмская Коммунистическая партия состояла из 45 ячеек, объединявшихся в 1 городскую и 8 районных партийных организаций. В ней насчитывалось 800 членов партии и 235 кандидатов в ее ряды.112

В целях повышения боеспособности партийных организаций и освобождения их от классово чуждых и разложившихся элементов, использовавших пребывание в партии в корыстных целях, 13 января 1923 г. исполбюро ЦК ХКП приняло решение о проведении генеральной чистки партийных рядов и обратилось в Средазбюро ЦК РКП (б) с просьбой прислать уполномоченных.113

Чистка ХКП проходила в апреле—июне 1923 г., проводилась она несколько в необычных условиях — на открытых партийных собраниях с участием членов дехканских комитетов, комсомольцев, членов профсоюзов. Такая мера была необходима: она усиливала авторитет и влияние партии в массах.114

Наряду с хорезмским комсомолом большую роль играл союз безземельных и малоземельных дехкан, впоследствии переименованный в союз («Кошчи»). С момента I съезда (декабрь 1921 г.) этот союз значительно вырос и политически оформился. Он объединял 30 организаций, насчитывавших свыше 3 тыс. членов. Им была проведена большая работа по овладению государственными и бесхозными землями, по распределению [180] конфискованного сельскохозяйственного инвентаря.115 Члены Союза безземельных и малоземельных дехкан являлись реальной опорой партии и начинали чувствовать себя полноправными хозяевами на местах. Собравшись на свой II съезд, они в приветственной телеграмме В. И. Ленину в ноябре 1922 г. с уверенностью заявляли: «Мы твердо помним Ваши слова: мало завоевать власть, надо еще уметь ею пользоваться. Мы учимся и научимся этому».116

Такой же опорой партии становились профессиональные союзы. Настоящее профсоюзное строительство в республике началось только со времени I съезда профсоюзов (1922 г.). Происходила ликвидация прежних цеховых объединений. Помимо трех союзов — совторгслужащих, рабпроса и медсантруда — начали создаваться союзы наемных рабочих в производстве и кустарей.117

В условиях общего оздоровления хозяйственно-политической жизни и оживления работы всех общественных организаций Коммунистическая партия энергично принялась за очищение своих рядов. Накануне чистки в ХКП насчитывалось 1157 членов и кандидатов партии.118

По различным причинам было исключено из партии 123 члена и 22 кандидата в члены партии. Не явилось на чистку и было исключено из партии 230 членов и 73 кандидата в члены партии.119 Интересны данные о причинах исключения 123 человек. Было исключено за спекуляцию 36, взяточничество—19; принадлежность к духовенству 13, как бывшие аксакалы — 13; за халатное отношение к партийным обязанностям — 33 человека.120

Результаты чистки были утверждены ЦК ХКП, а затем специально созданной комиссией Средазбюро ЦК РКП (б).

Период, последовавший за проведением чистки, в деятельности ХКП характеризуется дальнейшим ее укреплением и повышением авторитета. На время чистки прием в партию был прекращен. В партии после чистки осталось 498 членов и 211 кандидатов. Прием новых членов в партию производился путем строгого отбора, вместе с замедлением роста партийных рядов укреплялась партийная дисциплина.121

Хорезмский комсомол являлся базой роста для партии и источником пополнения кадров всех видов. Средазбюро ЦК РКСМ в июле 1923 г., заслушав доклад о работе ХКСМ, в своем решении записало, что хорезмский комсомол является [181] действительным помощником Коммунистической партии и играет особую роль в развитии молодой республики.122

О повышении гражданственности населения и преодолении многовековой политической пассивности можно судить по живейшим его откликам на такие события, как празднование 1 Мая, шестой годовщины Великой Октябрьской революции, участие в митингах.

О нормализации политической обстановки в Хорезме и об усилении руководящей роли ХКП свидетельствует факт упразднения чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией и создании ГПУ ХНСР. В принятом положении о Хорезмском ГПУ указывалось, что оно работает в контакте со всеми партийными, советскими, профсоюзными организациями и пользуется их поддержкой. По положению ГПУ было органом Совета НН, начальник ГПУ одновременно являлся заместителем назира внутренних дел.

Несомненные успехи в области хозяйственного и культурного развития ХНСР, достигнутые в 1922—1923 гг., нормализация политической обстановки, укрепление государственного аппарата в центре и на местах, оживление работы общественных организаций свидетельствовали о правильности намеченной партией линии некапиталистического развития к социализму и во многом зависели от осуществления его руководящей и направляющей роли. Перед республикой вставала задача непосредственного осуществления социалистических преобразований и перехода на социалистический путь развития.

Изменение обстановки и новые задачи государственного и хозяйственного строительства потребовали от ХКП определения политической линии ее деятельности и диктовали неотложную необходимость созыва очередного съезда. Политической платформой предстоящего съезда Хорезмской Коммунистической партии явились решения XII съезда РКП (б). 7 июня 1923 г. на заседании исполбюро ЦК ХКП с докладом об итогах работы XII съезда РКП (б) и задачах хорезмской партийной организации выступил делегат съезда, председатель Совета Народных назиров Б. Атаджанов. Заседание поручило секретариату ЦК наметить конкретные мероприятия по реализации решений XII съезда РКП (б) применительно к условиям Хорезма.123

III съезд ХКП проходил в Хиве с 18 по 20 июля 1923 г. На съезде присутствовало 70 делегатов, представлявших 498 членов и 211 кандидатов в члены партии.124 Съезд обсудил международное положение СССР, отчет ЦК ХКП, отчет контрольной комиссии, задачи партийного и советского строительства, [182] заслушал доклады по земельному вопросу, о народном просвещении, провел выборы центральных органов партии.125

Делегаты на съезд выбирались от 1 до 10 человек. Там, где в организации было меньше 10 человек, также избирался 1 человек.126 В работе съезда участвовал ответственный инструктор Средазбюро ЦК РКП (б) Магазинер.127

В резолюции съезда по Отчетному докладу ЦК ХКП отмечалось улучшение партийной работы с момента вхождения партии в состав РКП (б), но в то же время ЦК подвергался критике за отсутствие плановости в работе, слабую связь с массами, комсомолом, за отсутствие координации с советским аппаратом.128

Весьма интересными и решительными были обсуждения докладов о партийном и советском строительстве и принятые по ним резолюции. Содержание прений по этим вопросам хорошо выразил в телеграмме Среднеазиатскому бюро ЦК РКП (б) председатель съезда Атаджанов. После общей характеристики работы съезда в телеграмме говорилось: «Делегаты выступают против „демократичности государственных форм", требуют единой классовой линии».129 Острота обсуждаемых вопросов и содержание телеграммы Атаджанова требуют дополнительных пояснений.

В резолюции X съезда РКП (б) «Об очередных задачах партии в национальном вопросе», определившей пути ликвидации фактического неравенства ранее угнетенных, отсталых народов, в качестве предварительного условия решения задачи говорилось о необходимости развития и укрепления у этих народов советской государственности в формах, соответствующих национально-бытовым условиям. В резолюции подчеркивалось, что уничтожение фактического национального неравенства — длительный процесс, во время которого партия, завоевывая доверие трудящихся масс, проводя политику классового расслоения, должна приобщать массы к коммунистическому строительству. «Первым шагом политики классового расслоения на восточных окраинах должно быть отстранение всех туземных эксплуататорских элементов от влияния на массы, борьба с ними во всех органах советского самоуправления, лишение их классовых привилегий путем самоорганизации туземных масс в Советы трудящихся».130

Задача осуществления политики классового расслоения была [183] сформулирована предельно четко, но для проведения этой политики в жизнь требовались определенное время и соответствующие условия. Попытка немедленного осуществления этой политики хорезмскими коммунистами в марте 1921 г. оказалась преждевременной. Тогда еще не были в достаточной степени подорваны экономические позиции эксплуататорских элементов, недостаточной была политическая активность масс, осуществлению политики классовой дифференциации мешали представители национальной буржуазии и духовенства, внедрившиеся в государственный аппарат и проникшие в партию.

Очередными задачами в области советского строительства съезд считал: перенесение тяжести налогового обложения на имущие слои населения; изменение конституции республики на основе статей Конституции РСФСР131 с лишением эксплуататорских элементов избирательных прав («не делиться своими правами с эксплуататорами»); полную национализацию вакуфных земель; укрепление местной власти; недопущение на очередной курултай Советов представителей нетрудовых элементов.132

Объективную оценку дал съезд положению сельского хозяйства республики. В резолюции по земельному вопросу указывалось, что ведение хозяйства на конфискованных землях часто непосильно для дехкан, сохраняются в скрытой форме арендаторы — половинщики (ярымчи), медленно возрождается хлопководство. Выходом из создавшегося положения, указывал съезд, может быть только государственная помощь дехканам путем предоставления кредита на льготных условиях.133

В заключение работы съезд избрал новый состав Центрального комитета и Центральной контрольной комиссии, всего 21 человек. Интересны данные о новом составе ЦК и ЦКК ХКП. По партийному стажу: с 1913 г. — 1 человек (Авзал Тагиров, директор совпартшколы); с 1918 г. — 2; с 1919 г. — 8; с 1920 г. — 5; с 1921 г. — 4; с 1922 г. — 1 человек. По социальному положению: рабочих—13 человек; дехкан — 8. По образованию: со средним — 3 человека; низшим—12; самоучек — 2; неграмотных — 4 человека. По национальности: узбеков — 8 человек; татар — 7; русских — 2; туркмен—1; киргизов (казахов) — 1; иранцев— 1; немцев— 1 человек.134

III съезд Хорезмской Коммунистической партии отметил значительные успехи Хорезма, достигнутые к середине 1923 г. За короткое время народно-демократическая власть осуществила крупные политические и социально-экономические мероприятия демократического характера: произошла коренная ломка феодальной системы власти; возникли органы народно-советского государства в центре и на местах, решавшие задачи [184] революционной диктатуры рабочего класса и крестьянства; достигнуты значительные успехи в области культурного строительства и здравоохранения. Все это позволило ХКП наметить практическую программу перехода к социализму и взять решительный курс на преобразование Хорезмской народно-советской республики в социалистическую республику.

После III съезда ХКП началась энергичная подготовка к IV Всехорезмскому курултаю Советов. Поскольку курултай должен был принять кардинальные решения по всем важнейшим вопросам хозяйственно-политической жизни республики, заместитель председателя Средазбюро Светлов в начале сентября 1923 г. в письме ЦК ХКП писал, что Средазбюро «в связи с подготовкой к IV курултаю и курсом на широкое привлечение трудовых слоев населения к участию в советском строительстве предупреждает о необходимости широкой разъяснительной работы, о привлечении к этой работе комсомольцев».135

ЦК ХКП заблаговременно определил повестку дня предстоящего курултая и назначил докладчиков. В повестке дня курултая стояли: отчет ЦИК Хорезмской республики; отчет СНН; отчет ХорЭКОСО; о народном просвещении; международное положение и советское строительство в Хорезме; роль и значение Компартии в Хорезме; земельно-водные отношения; доклады комиссий по ревизии торгпрома и военведа; о новой Конституции; текущие дела и доклады с мест, выборы ХорЦИК.136

Накануне курултая была проведена объединенная конференция ХКП, ХКСМ, дехканского союза («Кошчи»), профсоюзов, представителей воинских частей.137

Следует заметить, что подготовка к выборам и сами выборы на курултай имели свои особенности, очевидно, вполне оправданные обстановкой и стремлением не допустить на курултай эксплуататорские элементы.

По 20 делегатов на курултай послали ХКП и дехканский союз, 15 делегатов представляли профсоюзы — все эти делегаты были избраны на упомянутой выше конференции. Комсомол и Красная Армия Хорезма имели по 10 делегатов, казахское население республики было представлено 10 делегатами, каракалпакское— 4 делегатами, 2 делегата послали учащиеся. От туркменского населения на курултае было 40 делегатов. Всего на курултае было 234 делегата с решающим голосом, 70 делегатов с совещательным голосом и большое количество гостей.138

Состав делегатов IV курултая имел существенные отличия от состава всех предыдущих. Резко выросла партийная прослойка среди делегатов. На курултае с правом решающего [185] голоса было 98 членов партии и 11 кандидатов. Комсомольцев было 52 человека.139

Подготовка и проведение курултая, необычного по составу и призванного решить вопрос о преобразовании народно-советской республики в республику социалистическую, налагали ответственность на ЦК ХКП и полномочного представителя РСФСР в Хорезме Б. Г. Городецкого.

IV Всехорезмский курултай Советов проходил с 17 по 20 октября 1923 г. Особенностью работы курултая являлись образование и активная деятельность коммунистической фракции, что обеспечило создание надлежащей деловой атмосферы и организованности. На заседаниях фракции были обсуждены такие вопросы, как о вакуфах, земельно-водный, выборы ХорЦИК, конструирование рабочих органов курултая.140 По всем докладам и в особенности по отчету ХорЦИК, СНН и ХорЭКОСО развернулись бурные прения.

В постановлении по отчету ХорЦИК особого внимания заслуживает первый пункт, гласящий: «1923 год является переломным годом в истории революционного Хорезма. Переложение налогового бремени с дехканства на буржуазию, освобождение дехканства от арбяной повинности, введение твердой отчетности, переход к бюджетному режиму, сокращение в десять раз советского аппарата и чистка местных органов власти и многое другое означают переход ханского Хорезма к Хорезму Советскому».141

Указание на переход к Хорезму Советскому в более точном понимании означает переход к Хорезму социалистическому, что получило законодательное закрепление в новой конституции — конституции Хорезмской советской социалистической республики. В ст. 1 конституции было записано: «Хорезм есть Республика Советов рабочих, красноармейских и крестьянских депутатов. Вся власть в центре и на местах принадлежит этим Советам. Вся полнота власти Хорезмской республики принадлежит трудящемуся народу. Граждане, живущие за счет труда других, не могут избирать и быть избранными в Советы».142 Конституция декларировала невозможность угнетения человека человеком. Провозглашались равные права женщин и мужчин, полное национальное равенство. Частная собственность на землю отменялась, весь земельный фонд объявлялся общенародным достоянием и передавался трудящимся без всякого выкупа. Провозглашалась свобода совести. Для соблюдения и ограждения советского права образовывались Государственная прокуратура, Революционный трибунал и Народные суды. За гражданами республики сохранялось право, с согласия обеих сторон, [186] искать защиты в судах казиев. Рабочим и беднейшим дехканам обеспечивалось бесплатное образование. Государство не оказывало помощи духовным школам, но и не мешала их свободному существованию.143

Новая конституция Хорезма предусматривала создание 6 (вместо 9) назиратов и значительно расширяла компетенцию Экономического совета. Учреждались следующие назираты: внутренних дел, иностранных дел, просвещения, военный, юридически-правовой, рабоче-дехканской инспекции. При ХорЦИК для защиты интересов трудящихся масс национальных меньшинств создавались Туркменский отдел (9 человек), Киргизский (Казахский) (5 человек), Каракалпакский (3 человека).144

Обсудив вопрос о вакуфах, курултай принял по этому вопросу следующую резолюцию: «Государство не вмешивается в религиозные и церковные дела, а потому все вакуфные земли облагаются единым сельскохозяйственным налогом, а дехкане, сидящие на вакуфных землях, не принуждаются к оплате вакуфов».145

В резолюции по земельно-водному вопросу новому составу правительства предлагалось провести инструментальный обмер всех земель, находящихся в эксплуатации, временно разрешалась испольная аренда, оговаривалось максимально облегчить участие населения в ирригационных работах, обеспечение дехкан сельскохозяйственным инвентарем, увеличение кредита, открытие машинно-прокатных пунктов и т. д.146

Претворение в жизнь решений IV курултая Советов было сопряжено с большими трудностями и требовало величайшей осторожности. Ряд симптомов свидетельствовал об усилении басмачества. Через несколько дней после курултая, 29 октября 1923 г., председатель ХорЦИК Сафаев, обращаясь с письмом в Средазбюро, сообщал об усилении басмачества в связи с провозглашением Хорезма социалистической республикой и просил увеличить контингент советских войск в республике, при этом замечая, что сила нужна не только для борьбы с басмачеством, но и для разоружения населения.147

Представитель Средазбюро ЦК РКП (б) Магазинер в проекте резолюции по докладу о результатах поездки в ХНСР, [187] представленной в ноябре 1923 г., писал: «Несмотря на конституцию, принятую IV курултаем, необходимо держаться осторожной политики по отношению туркменских племен».148

В телеграмме Средазбюро Центральному комитету ХКП и полномочному представителю РСФСР в Хорезме Городецкому, от 1 ноября 1923 г. содержится упрек за то, что изменение конституции и переименование республики не было предварительно согласовано со Средазбюро, и говорится, что введение конституции в жизнь возможно лишь после личного доклада председателя Хорезма.149

Средазбюро было обеспокоено политическим положением Хорезма и рекомендовано партийному и советскому руководству весьма осторожное, вдумчивое претворение в жизнь решений IV курултая. После подробного доклада представителя Хорезма об итогах работы IV курултая, 6 января 1924 г., Средазбюро, одобрив политическую линию ЦК ХКП и признав практическую работу удовлетворительной, рекомендовало Хорезмской КП во избежание ослабления связи с массами проявлять особую осторожность при проведении мероприятий, затрагивающих интересы среднего дехканства, кустарей, лояльной части интеллигенции.150

Одновременно с этим Средазбюро предложило ЦК ХКП разработать и провести через ХорЦИК декрет о методах и сроках проведения в жизнь намеченных конституцией мероприятий, не допуская в этом деле поспешности. Для преодоления влияния мулл на дехканские массы, а также в связи с ликвидацией вакуфов предлагалось провести широкую разъяснительную работу среди дехкан, обрабатывавших эти земли, и для укрепления экономики республики были намечены конкретные меры по расширению посевных площадей, развитию сети кредитной кооперации. С целью полной ликвидации басмачества на территории Хорезма Реввоенсовету Туркфронта было предложено оказать Хорезмскому правительству помощь в создании национальных воинских частей и усилить боевую мощь частей Красной Армии, находившихся в Хорезмской республике.151

Преобразование Хорезмской народной советской республики в социалистическую было выдающимся событием в развитии Хорезма. Это преобразование — закономерный результат последовательного глубокого и всестороннего осуществления революционно-демократических мероприятий, осуществленных Хорезмской КП и правительством республики под руководством Средазбюро ЦК РКП (б) при помощи РСФСР. [188]

В оценке деятельности ХКП и решений IV Всехорезмского курултая Советов необходимо исходить из того, что Средазбюро ЦК РКП (б) в начале января 1924 г. признало политическую линию ЦК ХКП правильной, а практическую работу удовлетворительной. Серьезная критика последующей деятельности ХКП, содержащаяся в ряде постановлений и других документах Средазбюро, касается не самого факта провозглашения Хорезма социалистической республикой, а только практики партийной и советской работы.

Оценка провозглашения Хорезма социалистической республикой, так же как объяснение причин и характера ошибок, допущенных ХКП, должна опираться на известные указания В. И. Ленина, относящиеся к 1918 г. В докладе о деятельности Совнаркома 11 (24) января на III Всероссийском съезде Советов, оценивая проделанную работу, В. И. Ленин замечал: «.. .мы начали лишь период переходный к социализму... мы до социализма еще не дошли... но мы обязаны сказать, что наша республика Советов есть социалистическая, потому что мы на этот путь вступили, и слова эти не будут пустыми словами».152 В речи о роспуске Учредительного собрания В. И. Ленин говорил: «Нет сомнения, что в процессе развития революции, вызванного силою Советов, встретится ряд всевозможных ошибок и промахов — но ни для кого не тайна, что всякое революционное движение неизменно всегда сопровождается временным проявлением хаоса, разрухи и беспорядков».153

Ошибки, допущенные ХКП, объясняются как сложностью обстановки, так и недостаточностью теоретической подготовки, идейной закалки и практического опыта у партийных и советских работников Хорезма.

Провозглашение Хорезма социалистической республикой, успешное преодоление трудностей, возникших на пути ее развития, являются ярким свидетельством правильности политической линии, избранной ХКП.

1 ЦГАОР СССР, ф. 1318, оп. 1, д. 670, л. 112.

2 Лунин Б. В. В. И. Ленин и народы Средней Азии. Ташкент, 1967, с. 182.

3 Письма трудящихся Туркестана В. И. Ленину. Ташкент, 1964, с. 126.

4 Назаров С. Из истории деятельности Средазбюро ЦК РКП(б) (1922—1924 гг.). Ташкент, 1965, с. 81.

5 Устинов В. М. К вопросу о создании Средазбюро ЦК РКП (б) и его роли в организации экономического сотрудничества Туркестана Бухары, Хорезма (1922—1923 гг.). — Вопросы истории КПСС, 1964, № 7, с. 95.

6 Там же.

7 Назаров С. Из истории деятельности Средазбюро... с. 17.

8 Письма трудящихся Туркестана В. И. Ленину, с. 134.

9 История коммунистических организаций Средней Азии. Ташкент, 1967, с. 647.

10 ЦГАОР, СССР, ф. 1318, оп. 1, д. 670, л. 97.

11 Там же.

12 История коммунистических организаций Средней Азии, с. 648,

13 Там же.

14 Караев Р. Комсомол Хорезма в 1920—1925 гг., с. 93, 97.

15 Там же, с. 94.

16 История коммунистических организаций Средней Азии, с. 649.

17 Караев Р. Комсомол Хорезма... с. 91.

18 Нарметов С. Начало культурного строительства в ХНСР. 1920— 1924 гг. — В кн.: Культурное строительство народных масс 1920—1924 гг. М., 1970, с. 21—22. — В состав коллегии в большинстве входили жены членов правительства и ЦК ХКП.

19 Съезды Советов Союза ССР союзных и автономных советских социалистических республик. Сб. документов, т. 2. М., 1960, с. 501.

20 Там же, с. 522.

21 Там же, с. 523.

22 Там же, с. 501—502.

23 Там же, с. 539.

24 Там же, с. 535.

25 Письма трудящихся Туркестана В. И. Ленину, с. 132.

26 Съезды Советов СССР... т. 2, с. 544—545. — Представитель ХНСР был участником конференции 22 февраля 1922 г., поручивший РСФСР от имени восьми республик защиту их интересов в Генуе.

27 ЦГАОР СССР, ф. 1318, оп. 1, д. 670, л. 83—85.

28 Там же, л. 85—88.

29 Там же, л. 89—90.

30 ЦГА УзССР, ф. Р-71, оп. 1, д. 13, л. 22.

31 ЦПА ИМЛ, ф. 62, оп. 1, д. 35/49, л. 65, 70.

32 Назаров С. Из истории деятельности Средазбюро... с. 17.

33 Там же, с. 82—83.

34 ЦПА ИМЛ, ф. 62, оп. 1, д. 81, л. 340. См. также: Назаров Из истории деятельности Средазбюро... с. 85.

35 Годовой отчет НКИД за 1923 г. М., 1923, с. 80.

36 Назаров С. Из истории деятельности Средазбюро... с. 87.

37 Майский И. Внешняя политика РСФСР, 1917—1922 М. 1922, с. 152; ПА УзФИМЛ, ф. 361, оп. 1, д. 40, л. 16 об.

38 Устинов В. М. Решающее условие социалистического строительства в Средней Азии: О руководстве ЦК РКП (б) социалистическим строительством в Средней Азии в 1921—1924 гг. Ашхабад, 1967, с. 83—84.

39 Н а з а р о в С. Из истории деятельности Средазбюро... с. 88—89.

40 Стенографический отчет экономической конференции Среднеазиатских республик (Туркестанской, Бухарской, Хорезмской). Ташкент, 1923.

41 Письма трудящихся Туркестана В. И. Ленину, с. 177.

42 Назаров С. Из истории Средазбюро... с. 89.

43 Годовой отчет НКИД за 1923 г., с. 80.

44 Алимов И. А. Аграрные преобразования в НСР Хорезма и Бухары. Ташкент, 1970, с. 26.

45 Зубрек К. Земледелие и ирригация Хорезма в связи с вопросом экономического объединения среднеазиатских республик. — Новый Восток. 1923, с. 210.

46 Алимов И. А. Аграрные преобразования в НСР... с. 26.

47 ПА УзФИМЛ, ф. 361, оп. 1, д. 250, л. 5.

48 ЦГА УзССР, ф. Р-73, оп. 1, д. 6, л. 53; З у б р е к К. Земледелие и ирригация Хорезма... с. 209.

49 ЦГА УзССР, ф. Р-73, оп. 1, д. 6, л. 56.

50 Алимов И. А. Аграрные преобразования в НСР... с. 28.

51 ЦГА УзССР, ф. Р-71, оп. 1, д. 25, л. 366.

52 Алимов И. А. Аграрные преобразования в НСР.., с. 27; ЦГА УзССР, ф. Р-71, оп. 1, д. 25, л. 366. — Насколько твердо соблюдались преимущественные условия кредитования бедняцких хозяйств, проследить трудно.

53 История Бухарской и Хорезмской НСР. М., 1971, с. 144.

54 П е т л и н В. Налоги в Хорезме при хане и теперь. — Народное хозяйство Средней Азии (Ташкент), 1924, № 1, с. 21.

55 Там же, с. 22.

56 История Узбекской ССР, т. 3. Ташкент, 1967, с. 294. — Такое количество продукции наполовину покрывало потребности республики, все остальное нужно было получать путем торговли.

57 ЦГА УзССР, ф. Р-1505, оп. 1, д. 14, л. 54.

58 ЦПА ИМЛ, ф. 62, оп. 1, д. 81/1, л. 5—7, 15.

59 Погорельский И. В. Очерки экономической и политической истории Хивинского ханства конца XIX и начала XX вв. Л., 1968, с. 58.

60 ЦГА УзССР, ф. Р-73, оп. 1, д. 86, л. 3—4.

61 ЦПА ИМЛ, ф. 62, оп. 1, д. 81/1, л. 199.

62 ЦГА УзССР, ф. Р-73, д. 3, л. 108.

63 История Узбекской ССР, т. 3, с. 299.

64 ЦГА УзССР, ф. Р-71, д. 44, л. 41.

65 ПА УзФИМЛ, ф. 361, оп. 1, д. 397, л. 1.

66 Там же, л. 41, 48. — В это же время Хорсоюз арендовал хлопкоочистительный завод, кожевенный завод, мельницу, хлебопекарню, кинематограф в Хиве.

67 ЦГА УзССР, ф. Р-73, оп. 1, д. 3, л. 138.

68 История Узбекской ССР, т. 3, с. 289—301.

69 Нурулласв был писарем при хане, с 1920 г. — писарь военного назирата, а затем заместитель председателя ЭКОСО ХНСР. В 1922 г. был назначен назиром иностранных дел, затем назиром торговли и промышленности. Накануне возбуждения против него уголовного дела находился в Москве. В мае 1923 г. Нуруллаев был вызван из Москвы в Хорезм, а после ревизии назирата торговли и промышленности и суда был расстрелян (1924 г.) ЦПА ИМЛ, ф. 62, оп. 1, д. 81/1, л. 200, 317).

70 ЦПА ИМЛ, ф. 62, оп. 1, д. 81/1, л. 195, 200.

71 ЦГА УзССР, ф. Р-71, оп. 1, д. 44, л. 55.

72 Там же, ф. Р-73, оп. 1, д. 6, л. 17.

73 История Узбекской ССР, т. 3, с. 297.

74 ЦПА ИМЛ, ф. 62, оп. 1, д. 81/2, л. 481.

75 ЦГА УзССР, ф. Р-73, оп. 1, д. 86, л. 92.

76 Один из хлопкоочистительных заводов в Гурлене был сдан в аренду бывшему его владельцу Таджиниязову (ЦГА УзССР, ф. Р-73, оп. 1, д. 3, л. 69).

77 История Узбекской ССР, т. 3, с. 398.

78 Там же.

79 Левин А. Финансы Хорезма. — Новый Восток, 1923, 4, с. 252.

80 Там же, с. 253.

81 ПА УзФИМЛ, ф. 361, оп. 1, д. 624, л. 3.

82 Л е в и н А. Финансы Хорезма, с. 255.

83 Там же, с. 254.

84 ПА УзФИМЛ, ф. 361, оп. 1, д. 726, л. 7—9.

85 Там же, д. 255, л. 2.

86 Там же, л. 3.

87 М и н к е в и ч Народное здравие в Хорезме. — Народное хозяйство Средней Азии, 1924, № 4, с. 172.

88 Там же, с. 172—182.

89 ЦГА УзССР, ф. Р-73, оп. 1, д. 20, л. 27.

90 Гордиенко А. А. Создание народно-советского государства и права и их революционно-преобразующая роль в Хорезме и Бухаре. Ташкент, 1959, с. 174.

91 Б и л я л о в Г. М. Из истории культуры и просвещения в ХНСР (1920—1924 гг.). Ташкент, 1966.

92 История Узбекской ССР, т. 3, с. 301.

93 Б и л я л о в Г. М. Из истории культуры... с. 104—105.

94 Там же, с. 103.

95 В 1922 г. в распоряжение назирата просвещения (в счет 10% доходов) поступило 13 тыс. батманов зерна (ЦПА ИМЛ, ф. 62, оп. 1, д. 81/3, л. 395).

96 Юлдашев Г. О деятельности Хамзы в области культуры и просвещения в Хорезмской НСР (1921—1924 гг.). — Общественные науки в Узбекистане, 1963, № 1, с. 27—33.

97 Б и л я л о в Г. М. Из истории культуры... с. 56—57.

98 История Узбекской ССР, т. 3, с. 302.

99 Съезды Советов Союза ССР. союзных и автономных советских социалистических республик. Сб. документов т. 7. М., 1960 с. 22

100 Там же, с. 22—23.

101 Б и л я л о в Г. М. Из истории культуры... с. 67.

102 Г о р д и е н к о А. А. Создание народно-советского государства... с. 164; Б и л я л о в Г. М. Из истории культуры... с. 65—66.

103 История Бухарской и Хорезмской НСР, с. 156.

104 Караев Р. Комсомол Хорезма... с. 156.

105 Билялов Г. М. Из истории культуры... с. 80—83.

106 См. подробнее: История коммунистических организаций Средней Азии; История Узбекской ССР, т. 3; История Бухарской и Хорезмской НСР, и др.

107 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 37, с. 77.

108 Б и л я л о в Г. М. Из истории культуры... с. 45—47.

109 ПА УзФИМЛ, ф. 361, оп. 1, д. 554, л. 63, 104; д. 557, л. 262, 267.

110 ПА УзФИМЛ, ф. 361, оп. 1, д. 250, л. 1—2.

111 Там же, л. 2.

112 Там же, д. 252, л. 8.

113 ЦПА ИМЛ, ф. 62, оп. 1, д. 81/1, л. 42.

114 М у х а м м е д б ер д ы е в К. Руководство коммунистической партии процессом развития Хорезма к социализму. 1920—1924 гг.: Автореф. докт. дис. М., 1968.

115 ПА УзФИМЛ, ф. 361, оп. 1, д. 250, л. 5-6.

116 Письма трудящихся Туркестана В. И Ленину, с. 167

117 ПА УзФИМЛ, ф. 361, оп. 1, д. 250, лл. 6—8.

118 История коммунистических организаций Средней Азии, с. 650.

119 ЦПА ИМЛ, ф. 62, оп. 1, д. 81/3, л. 367.

120 Там же, л. 425.

121 ПА УзФИМЛ, ф. 361, оп. 1, д. 252, л. 1, 24, 25.

122 ЦПА ИМЛ, ф. 62, оп. 1, д. 81/1, л. 99.

123 История коммунистических организаций Средней Азии, с. 650— 651.

124 Мухаммедбердыев К. Руководство коммунистической партии. с. 469.

125 История коммунистических организаций Средней Азии, с. 651.

126 ЦПА ИМЛ, ф. 62, оп. 1, д. 81/3, л. 266. Среди делегатов съезда было 15 рабочих, 49 — крестьян, 3 — военных, среди них одна женщина (ПА УзФИМЛ, ф. 361, оп. 1, д. 252, л. 34).

127 ПА УзФИМЛ, ф. 361, оп. 1, д. 252, л. 20.

128 ЦПА ИМЛ, ф. 62, оп. 1, д. 81/3, л. 261.

129 Там же, л. 106.

130 КПСС в резолюциях... т. 2, с. 253.

131 Имелась в виду Конституция РСФСР.

132 ЦПА ИМЛ, ф. 62, оп. 1, д. 81/3, л. 265.

133 Там же, л. 264.

134 ПА УзФИМЛ, ф. 361, оп. 1, д. 252, л. 28.

135 ЦПА ФИМЛ, ф. 62, оп. 1, д. 81/1, л. 133.

136 Там же, д. 81/2, л. 479.

137 Там же, л. 478.

138 Съезды Советов Союза ССР, союзных и автономных советских социалистических республик. Сб. документов, т. 2, с. 12.

139 ЦПА ИМЛ, ф. 62, оп. 1, д. 81/3, л. 388.

140 Съезды Советов... т. 2, с. 13.

141 Там же, с. 17.

142 Там же, с. 23.

143 Там же, с. 23—25.

144 Там же, с. 27. — Следует заметить, что по новой конституции в качестве самостоятельного исполнительного органа управления Совет Народных назиров. Прежние назиры: финансов, земледелия, торговли и промышленности включались как отделы в Экономический совет. В дальнейшем Средазбюро сочло необходимым восстановить Совет Народных назиров как высший исполнительный и распорядительный орган, передав в его распоряжение аппарат ЭКОСО (История коммунистических организаций Средней Азии, с. 655).

145 Съезды Советов Союза ССР, союзных и автономных советских, социалистических республик. Сб. документов, т. 2. М., 1960, с. 18

146 Там же, с. 29—30.

147 ЦПА ИМЛ, ф. 62, оп. 1, д. 81/1, л. 406.

148 Там же, л. 361.

149 Там же, л. 186. — В ответ на эту телеграмму ЦК ХКП сообщил, что изменение конституции без санкции Средазбюро произведено вследствие нарушения телеграфной связи и о том, что телеграмма Средазбюро принята как директива (ЦПА ИМЛ, ф. 62, оп. 1, д. 81/2, л. 504).

150 История коммунистических организаций Средней Азии, с. 654.

151 Там же, с. 654—655.

152 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 35 с. 271

153 Там же, с. 240.

<<<НАЗАД          В НАЧАЛО         ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ>>>

Материал предоставлен автором журнала Антикварная англофобия
liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня  

© 2006-2009. Права на сайт принадлежат kungrad.com.
При использовании материалов с сайта ссылка на источник обязательна.
Администратор