Кунград

На сайте:

История › Век XX › История Хивинской революции и Хорезмской народной советской республики 1917-1924 гг. › Национально-государственное размежевание народов Хорезма.

Национально-государственное размежевание народов Хорезма.


Глава 4

УПРОЧЕНИЕ И РАЗВИТИЕ ХОРЕЗМСКОЙ СОВЕТСКОЙ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

в 1924 г.

НАЦИОНАЛЬНО-ГОСУДАРСТВЕННОЕ РАЗМЕЖЕВАНИЕ НАРОДОВ ХОРЕЗМА

После IV Всехорезмского курултая до января 1924 г. ХКП и новый состав правительства республики занимались [189] организаторской и хозяйственной деятельностью. К этому времени значительно улучшился социальный состав ХКП. На 1 января 1924 г. в ней насчитывалось 503 члена партии и 219 кандидатов, рабочих в партии было 7,5%, дехкан—76, служащих—2,7, кустарей— 8,4%. Низким оставался общеобразовательный уровень коммунистов, 33,4% из них имели низшее образование, 54% были неграмотными.1

На основе новой конституции в административном отношении республика делилась на 4 области и 26 районов. В каждой области было начато формирование областных исполнительных комитетов Советов, в районах создавались районные исполкомы, в кишлаках власть принадлежала кишлачному Совету.

Выделение Ташаузской области с преимущественно туркменским населением, Ходжейлинской — с казахским и каракалпакским населением имело большое значение для урегулирования межнациональных отношений.

Создание Рабоче-дехканской инспекции (РДИ) способствовало более четкой и целенаправленной работе центральных правительственных учреждений. В первую очередь РДИ направила свои усилия на борьбу с нарушениями порядка учета и денежной отчетности в правительстве. Была проведена большая работа по выявлению и учету реквизированного имущества и передаче ценностей в государственный банк.2

До восстановления Совета Народных назиров, упраздненного новой конституцией, вся тяжесть хозяйственной и финансовой работы лежала на Экономическом совете республики. Экономическим советом, начавшим свою деятельность 24 октября 1923 г. были предприняты попытки осуществления самого элементарного статистического учета; с этой целью в составе Совета был создан специальный статистический отдел. Предполагалось составить списки всех населенных пунктов с указанием количества жителей, провести бюджетное обследование хозяйств, учесть посевную площадь, виды сельскохозяйственных культур, количество скота, обследовать городские и сельские базары, торговые предприятия и их оборот, определить число кооперативов всех видов, выявить хлебные запасы, проверить состояние транспорта, учесть деятельность частных предприятий. Начатая работа была прервана вспыхнувшим в январе 1924 г. контрреволюционным мятежом.3

Установление стабильного сельскохозяйственного налога было невозможно без строгого учета земельных владений, принадлежавших различным категориям: собственникам или арендаторам земли.

Работа по учету обрабатываемой земли началась сразу после [190] курултая, но продвигалась она чрезвычайно медленно. Первоначально местными шуро были представлены списки на 421660 танапов обрабатываемой земли. После инструментальной съемки земель, принадлежавших ханским сановникам, удалось обнаружить еще 810 танапов, из которых 294 танапа были розданы дехканам. За время революции было конфисковано около 71 тыс. десятин земли, из них документально было оформлено только 8 тыс. десятин. Остальная земля обрабатывалась дехканами, не имевшими на нее документов и отказывавшимися их получать при условии уплаты налогов. Вот почему инструментальная съемка всех обрабатываемых и необрабатываемых земель была столь неотложна.4

Экономическое и финансовое положение республики не могло быть прочным без установления строгой налоговой системы. Прежняя система натурального налога — по 2 пуда зерна с каждого танапа обрабатываемой земли — при отсутствии налогового аппарата и учета посевной площади себя не оправдывала. Несмотря на все недостатки налоговой системы, к январю 1924 г. государство получило после сбора налогов 35 613 пудов пшеницы, 7078 пудов риса-шала, 1183 пуда кунжута, 2251 пуд пшена, 1204 пуда маша, 14 384 пуда джугары. Дополнительно с части земель, обрабатываемых без документов на пользование, было получено 9 тыс. батманов зерна и 100 тыс. снопов клевера.5

Вопрос о необходимости замены налоговой системы поднимался неоднократно еще до IV курултая. Принципиально вопрос о введении единого сельскохозяйственного налога был решен на заседании исполбюро ЦК ХКП в сентябре 1923 г. По мнению ЦК ХКП, он должен был составлять не менее 50% доходов республики.6 Детальная разработка положения о сельскохозяйственном налоге была поручена Экономическому совету республики, в составе которого было создано налоговое управление.7

В результате длительных обсуждений было решено установить потанапное денежное обложение земель с надбавкой 5% на организационные расходы. Единый сельскохозяйственный денежный налог включал в себя прежний натуральный налог, подворный сбор, трудгужевую повинность, ирригационный сбор и т. п.8 Ставки сельскохозяйственного налога были определены в зависимости от количества обрабатываемой земли и от ее плодородности. Наделы до 10 танапов высшей урожайности облагались по 2 р. 50 к. с танапа. Наделы свыше 10 танапов такой же урожайности — по 3 р. с танапа. С земель средней [191] урожайности соответственно уплачивалось по 2 р. и 2 р. 50 к. с танапа. С земель низшей урожайности — по 1 р. 50 к. и по 2 р. с танапа. Практически все земли, обрабатываемые туркменами, за исключением хозяйств племенных вождей, были отнесены к низшей категории.9

От уплаты налога, как и раньше, освобождались хозяйства, владевшие наделом менее 5 танапов, семьи красноармейцев, служивших в Хорезмской армии по призыву, земли, обрабатываемые с помощью общества для нетрудоспособных сирот, вдов, инвалидов.

Сельскохозяйственный налог начал поступать с октября

1923 г. За полугодие (до апреля 1924 г.) предполагалось путем налога получить 400 тыс. р. (золотом), в действительности поступило только 260 тыс. р., причем даже по Хивинскому району было собрано только 60% предполагаемой суммы, а в Хазараспе, ставшем центром мятежа, — только 10%.10

К началу 1924 г. были учтены все цензовые предприятия,11 составлены списки домов и торговых предприятий в Хиве, зарегистрированы ремесленники и кустари. Промысловый и городской подоходный налоги должны были принести государству 360 тыс. р. в год. Кустари и ремесленники облагались двойным патентным сбором, как промысловым, так и торговым.12

С осени 1923 г. была отменена обременительная для населения арбяная повинность (бегат). Одновременно с этим был создан государственный транспорт, имевший в своем распоряжении 251 лошадь и 277 арб, рассредоточенных в 7 пунктах республики. Помимо Амударьинской флотилии, поступившей в распоряжение РСФСР, но также обслуживавшей Хорезм, в распоряжении Экономического совета имелось 45 каюков.13 Под руководством Экономического совета в течение зимы 1923—1924 гг. были осуществлены значительные ирригационные работы: построено 13 дамб, сооружено 8 плотин, проложено 2 новых канала, прорыта ветка от канала Шават в сторону Ташауза-Ильялы, начата очистка 141 арыка.14

Предпринимались энергичные меры по подъему хлопководства. По решению Средазбюро ЦК РКП (б) хорезмское отделение вновь созданного Среднеазиатского коммерческого банка было решено объединить с отделением сельскохозяйственного (дехканского) банка. СредазЭКОСО в январе 1924 г. отпустило Хорезму 500 тыс. р. (золотом) специально для организации [193] через банк краткосрочного кредита. При выдаче денежных ссуд для хлопкосеющих хозяйств в размере 200 р. допускался их возврат сырьем.15

Большую роль в поднятии хлопководства Хорезма играло Российско-Хорезмское хлопковое товарищество, созданное в начале 1923 г. К осени 1923 г. товарищество подготовило к эксплуатации 3 хлопкоочистительных завода, организовало 6 скуппунктов, отправило в Москву 25 вагонов хлопка-волокна, имело в запасе еще 25 тыс. пудов сырца.

Вопрос о ценах на хлопок при неустойчивом денежном курсе и дефиците промышленных товаров был предметом долгих споров. Было решено, что эквивалентом за пуд хлопка-сырца должны быть 2 1/2—3 пуда пшеницы. При условии сохранения прежних цен на пшеницу и другие товары цена на 1924 г. за пуд хлопка-сырца должна была составить 4 р. за пуд. В этом случае дехканин мог возместить производственные расходы, покрыть необходимые личные потребности и получить предпринимательскую прибыль в размере 10%. Условием успешного развития хлопководства в Хорезме являлось авансирование дехкан хотя бы в размере 1 р. за пуд, что требовало довольно значительной суммы денег.16

К концу 1923 г. положение с торговлей в республике заметно выправляется. Была поставлена задача сосредоточения всей внутренней торговли в системе различных видов кооперации. В составе ЭКОСО был создан специальный торгово-кооперативный отдел, в целях накопления средств и товаров намечалось максимальное развитие экспортно-импортных операций.

Несмотря на все предпринимаемые меры, экономическое положение Хорезма продолжало оставаться крайне тяжелым и выправить его можно было единственным путем — быстрым подъемом сельского хозяйства и прежде всего восстановлением хлопководства. Достичь этого можно было только при наличии всесторонней помощи со стороны Среднеазиатского Экономического совета и Российской Федерации.

Еще в октябре 1923 г., вслед за IV курултаем, ХорЦИК принял решение о посылке в Ташкент и Москву специальной полномочной миссии, она же должна была представлять Хорезм на II экономической конференции среднеазиатских республик. В специальном постановлении ХорЦИК указывалось, что миссия направляется для разрешения ряда основных политических, экономических и хозяйственных вопросов Хорезмской республики. В заключении постановления говорилось, что «миссии предоставляются неограниченные полномочия», предлагалось «верить всему тому, что миссия будет высказывать от имени Хорезмского правительства».17 [193]

Содержание вопросов, подлежащих обсуждению и разрешению, хорошо передает меморандум, разработанный еще в Хорезме, со ссылкой на решение IV курултая о преобразовании Хорезма в социалистическую республику, об экономическом объединении среднеазиатских республик. В меморандуме указывается на то, что решение ряда вновь возникших перед Хорезмским правительством задач не было предусмотрено планом и оговорено в бюджете.18

Меморандум свидетельствовал о тяжелом положении сельского хозяйства республики. Вместе со значительным сокращением посевных площадей (с 900 тыс. танапов до 527) резко упала урожайность. С уменьшением посевов хлопчатника и распространением менее интенсивных злаковых культур снизилась доходность хозяйства (с 760 р. на 10 танапов до 137 р. 25 к. в 1923 г.). По мнению миссии, сельское хозяйство республики самостоятельно преодолеть трудности не в состоянии, и миссия просила увеличить дотации для Хорезмского отделения Среднеазиатского банка.19

Большая часть меморандума была посвящена вопросам развития хлопководства. Миссия указывала, что до войны Хорезм давал 1/8 часть всей российской продукции хлопка, вывозя до 1740 тыс. пудов волокна. В 1923 г. продукция хлопководства республики составила всего 300—400 тыс. пудов хлопка-сырца.20

Миссия считала, что все намеченные мероприятия и прежде всего развитие хлопководства будут представлять взаимные выгоды как для Хорезмской республики, так и РСФСР.21

В деятельности ЦК ХКП и нового состава правительства после IV курултая наряду с положительными моментами, характеризующими переход к социалистическому строительству, проявлялись элементы поспешности, игнорирования реальной действительности.

Практические шаги, предпринимаемые правительством и его хозяйственными органами, не соответствовали бюджетным возможностям республики — об этом можно судить уже по меморандуму. Руководители Хорезма, а вместе с ними полномочный представитель СССР Б. Г. Городецкий и ответственный инструктор Средазбюро ЦК РКП (б) Магазинер неправильно оценили политическую обстановку в республике, не учли опасности усиления басмаческого движения и тем самым ввели в заблуждение Средазбюро ЦК РКП (б).

Полномочная миссия Хорезмской республики, являвшаяся одновременно и делегацией на II Всесоюзный съезд Советов, представила в Средазбюро ЦК РКП (б) подробный отчет об [194] экономическом и политическом положении Хорезма. На этом основании в постановлении от 6 января 1924 г. Средазбюро признало политическую линию ЦК ХКП правильной и практическую работу удовлетворительной. Тогда же было принято решение об отпуске ХССР 500 млн. р.22

Несколькими днями ранее решением Средазбюро была создана специальная комиссия по борьбе с басмачеством в Хорезме. Комиссию возглавлял командующий Туркестанским фронтом С. А. Пугачев. На первом же заседании 2 января 1924 г. комиссия заслушала доклад Б. Г. Городецкого, К. Сафаева, К. Адинаева и А. Мамедова о военно-политическом положении Хорезма и о перспективах борьбы с басмачеством.23 Представители ХССР заверили комиссию в том, что население Хорезма целиком и полностью поддерживает Советскую власть и непримиримо по отношению к басмачеству. Далее, в докладе указывалось, что движение Джунаид-хана переродилось в бандитизм и политических лозунгов не имеет.

По данным докладчиков, у Джунаид-хана имелось всего около 500 всадников, на 60% состоящих из его родственников и на 40%—из уголовных элементов. Хотя в докладе указывалось, что у населения Хорезма насчитывается около 50 тыс. винтовок, никакого значения этому факту придано не было. Представители Хорезма считали нецелесообразным втягивать в борьбу с Джунаид-ханом население, предлагали военные операции начать весной, просили укрепить командование хорезмскими войсками и пополнить их за счет Туркфронта.24

В решении комиссии по докладу представителей Хорезма обстановка для ликвидации Джунаид-хана была признана благоприятной. Хорезмские войска было решено увеличить на два эскадрона и две стрелковых роты и создать РВС Хорезма. Также было решено просить Средазбюро о назначении на военную работу в Хорезм Н. А. Шейдакова.25

До осени 1923 г., по данным штаба Хорезмской группы войск, Джунаид-хан находился в песках к западу от линии Куня-Ургенче—Ташауз и держал оборону.26 Об этом также свидетельствует доклад военного назира ХНСР М. Волошина, представленный в ЦК ХКП в июле 1923 г.27

Активизация действий басмаческих шаек обычно начиналась осенью. Учитывая это обстоятельство и донесения об оживлении басмаческих групп на границах оазиса, 4 октября 1923 г. постановлением исполбюро ЦК ХКП была создана чрезвычайная [195] тройка по борьбе с басмачеством в составе К. Адинаева, М. Ф. Ваничкина (командующий хорезмской группой войск), Свободина (начальник Хорезмского ГПУ). На этом же заседании было решено просить Средазбюро о присылке в Хорезм туркменских работников, изучить вопрос о возможности вооружения населения для борьбы с басмачеством.28

Чрезвычайная тройка по борьбе с басмачеством своими действиями не смогла в дальнейшем предотвратить возникновение контрреволюционного мятежа, но сыграла немаловажную роль в его подавлении.

К ноябрю и началу декабря 1923 г. относятся неудачные попытки начать мирные переговоры с Джунаид-ханом. Условия перемирия, выдвинутые Джунаид-ханом, были совершенно неприемлемы. Джунаид-хан выставил следующие требования: 1) вывести советские войска из Хорезма; 2) предоставить полную свободу шариату; 3) всех бывших хакимов и аксакалов восстановить в своих должностях; 4) отменить налоги и патенты; 5) его, Джунаид-хана, не трогать и дать ему возможность жить по своему усмотрению.29

Обстановка, сложившаяся в Хорезме, и содержание выдвинутых Джунаид-ханом условий на переговорах о перемирии, свидетельствуют о том, что заявление Хорезмской полномочной миссии в Средазбюро об утрате басмаческим движением политической окраски являлось преждевременным.

Лица, участвовавшие в переговорах с Джунаид-ханом, застали в его ставке турецких, афганских и иранских офицеров и бывших членов Хорезмского правительства — младохивинцев. Несколькими днями позже контрреволюционное духовенство от имени Джунаид-хана обратилось к населению с воззванием о восстании.30 Факты свидетельствовали о том, что Джунаид-хан собирает силы для решающего наступления. Несмотря на это, ни со стороны Хорезмского правительства, ни со стороны командования Хорезмской группы войск не было предпринято должных мер для отпора противнику.

Сведения о количестве вооруженных сил в Хорезме к этому времени весьма неопределенны и противоречивы. Во всяком случае войск было недостаточно. Вооруженные силы Хорезма состояли как из частей союзной Красной Армии, оставленных в республике по просьбе правительства, так и из частей национальной Хорезмской Красной Армии. По данным РВС Хорезмской НСР, к весне 1923 г. из советских войск в республике находились: 3-й батальон 1-го стрелкового полка; отдельный [196] кавалерийский эскадрон 2-й Туркестанской дивизии, позже прибыл 2-й эскадрон 4-го кавалерийского полка. Советские части в общей сложности насчитывали около 800 человек и имели в своем распоряжении 16 станковых пулеметов и 2 трехдюймовых орудия. Хорезмская Красная Армия состояла из отдельного хорезмского кавполка — 595 человек; отдельного хорезмского батальона — 361 человек; караульной роты—176 человек; инструкторской школы—114 человек. Всего более 1200 человек.31

Все наличные войска Хорезма были расположены небольшими гарнизонами в 9 пунктах, главным образом на севере республики. Таким образом, командование хорезмской группы к моменту восстания не имело сосредоточенных сил не только для нанесения ответного удара, но и для обороны столицы — города Хивы. Снабжение войск и их морально-политическое состояние в общем были удовлетворительными, тем не менее в хорезмских частях, формировавшихся не путем мобилизации, а на основе добровольности, при отсутствии строгого классового отбора, наблюдались частые случаи дезертирства с похищением оружия и боеприпасов.32 В республике имелось около 600 человек милиции и столько же вооруженных нукеров (самооборона), но о степени их боеспособности, так же как и о морально-политическом состоянии, ни в штабе группы войск, ни в ХорГПУ сведений не имелось.

Начало контрреволюционному мятежу, вспыхнувшему в Хорезме 15 января 1924 г., положило выступление Джунаид-хана, возглавлявшего большую часть кочевых туркмен на границе Хорезмского оазиса. После неудачной авантюры Энвер-паши в Бухаре и почти полной ликвидации басмачества в Фергане Джунаид-хан стал центром притяжения всех сил буржуазно-националистической контрреволюции в Средней Азии.

Вместе с Джунаид-ханом на юге республики выступали вождь племени ата (туркмен) Агаджи-Ишан и глава племени Ушак (район Тахты) Сеид-Мухаммед-ушак. Каждый из указанных вождей имел огромные гурты скота — от 10 до 30 тыс. овец и от 1 до 5 тыс. голов верблюдов и лошадей. В совокупности они могли выставить одновременно до 3 тыс. хорошо вооруженных всадников.33 В условиях превращения Хорезма в социалистическую республику, лишения эксплуататорских элементов политических прав, ликвидации вакуфного землевладения, решительного наступления на байское землевладение, ограничения и вытеснения капиталистических элементов в торговле все контрреволюционные силы потянулись к Джунаид-хану. В лагере Джунаид-хана вместе с бывшим министром хивинского [197] хана С. Баккаловым оказались бывшие назиры Хорезмского правительства, существовавшего до IV курултая. Джунаид-хана поддерживало реакционное мусульманское духовенство. Он умело использовал экономические и политические затруднения, возникшие в Хорезме к началу 1924 г., и выставил себя в роли «спасителя» народа.34

 Опасность восстания была не в том, что в нем объединились все контрреволюционные силы Хорезма, а в том, как сообщалось 24 февраля 1924 г. в письме Средазбюро Центральному Комитету РКП (б), что движение захватило сравнительно широкие слои населения.35

Лояльные в прошлом по отношению к правительству представители буржуазной интеллигенции были недовольны выраженным им недоверием, значительные слои туркменского населения — недостаточным вниманием к их нуждам.36 Главными причинами колебаний части дехканства и потери связи правительства с массами являлись слишком резкий поворот в осуществлении социалистических преобразований, слабость низового партийного и правительственного аппарата, искривление политической линии на местах — это касалось как решения вакуфного вопроса, так и новой системы налогового обложения.37

Углубление революции требовало революционного решения земельного вопроса и вопроса о налоговом обложении, но при этом нужно было учитывать, что прежние земельные отношения и старые налоги были освящены не только религией, но и многовековыми привычками.

Обложение вакуфных земель сельскохозяйственным налогом юридически освобождало дехканина от уплаты вакуфного сбора, но давление на него религиозной морали, полная духовная зависимость от муллы, ишана, мутевелли приводили к тому, что фактически он платил двойной налог.38

Сельскохозяйственный налог, введенный после IV курултая, не был чрезмерно обременительным, по нему предусматривались многочисленные льготы и дифференцированное обложение. Затруднения со сбором налога возникли потому, что он был введен без достаточной разъяснительной работы в конце хозяйственного года. Не была подготовлена замена натурального обложения денежным. Имевшие место искривления политической линии на местах при сборе налогов происходили из-за отсутствия точного учета объектов обложения, неопытности налогового аппарата и засоренности его чуждыми элементами.

Тяжесть налогового обложения при переводе его на деньги усугубилась, во-первых, вследствие чрезвычайно низких цен на [198] сельскохозяйственные продукты; во-вторых, в связи с тем, что при неустойчивости курса дензнаков старого образца правительство требовало уплаты налогов деньгами в червонном исчислении. Хотя унификация денежной системы началась еще весной 1923 г., обмен денег не был произведен, и дехканам приходилось, продавая продукцию своего хозяйства на хорезмские знаки, покупать на черном рынке общегосударственные дензнаки по ценам, значительно более высоким, чем их официальный курс.39

Умышленные и неумышленные искривления налоговой политики на местах выражались в неправильном определении категории земельных участков по урожайности, в завышении действительных размеров земельной площади, в освобождении от налогов баев, в чрезмерном обложении ими середняков.40 Городские ремесленники в действительности также подпали под двойное обложение как за производство продукции, так и за торговлю ею. Таким образом, вопреки воле и желанию правительства, возникло налоговое переобложение населения, вызвавшее недовольство среди дехкан. Это обстоятельство вынуждено было признать исполбюро ЦК ХКП, принявшее в марте 1924 г. решение о сокращении налогов с дехкан и кустарей, с тем чтобы на первое время приблизить их к размерам ханских.41

Ошибки и недостатки в осуществлении налоговой политики были очевидны и легко исправимы. Поэтому колебания крестьянских масс не могли быть долговременными, и дехкане не могли превратиться в прочную опору контрреволюции. Блок контрреволюционных сил не мог быть прочным еще и потому, что интересы трудовой части кочевых туркмен, и в особенности массы оседлых туркмен, не соответствовали замыслам руководителей типа Джунаид-хана и Агаджи-Ишана. Оседлые и полуоседлые туркменские племена, расположенные на границах пустыни и оазиса, страдали от набегов джунаидовских отрядов не меньше, чем узбеки — жители оазиса.

С самого начала восстания руководители туркменских племен Якши-Гельды (район Куня-Ургенча) и Нияз-бакши (район Тахты) были нейтральными, а затем дружественными по отношению к правительству. Гулям-Али, крупнейший после Джунаид-хана туркменский предводитель, открыто не примкнул к восстанию, хотя тайно и содействовал Джунаид-хану.

Анализ социально-экономической обстановки, сложившейся в Хорезме к началу 1924 г., показывает, что возникновение восстания легко было предотвратить, но этому помешали [197] чрезмерный оптимизм и поверхностное знание положения на местах руководителей республик. Немаловажное значение имел отъезд всех руководящих работников из Хорезма в Москву на II съезд Советов СССР. В сложной обстановке, в условиях, когда нужно было принимать немедленные меры для того, чтобы расколоть восстание изнутри (изменение системы сбора налога, уменьшение суммы обложения и т. п.), оставшиеся на местах работники не могли решить этих вопросов без указания из центра и возвращения руководителей партии и правительства.42

Общее число участников восстания достигало 10—20 тыс. человек.43 Накануне восстания внимание командования Хорезмской группы войск и правительства было направлено на районы Куня-Ургенча, Кунграда, Ташауза, подвергавшиеся угрозе нападения со стороны Джунаид-хана, однако центром восстания стали Хазарасп и Питняк, районы, наиболее густо населенные узбеками, с большим количеством духовенства, обилием вакуфных владений.

Выбор района восстания свидетельствует о тщательной подготовке к нему. Главари восстания возлагали большие надежды на поддержку со стороны дехкан, кроме того, захват Хазараспа прерывал связь Хорезма с Туркестанской республикой по Амударье и обеспечивал наступление на Хиву с юга. Готовясь к восстанию, байство и духовенство Питняка и Хазараспа отправили две делегации — в Каракумы к Джунаид-хану, чтобы договориться с ним о совместных действиях, и в Хиву с предъявлением правительству ультиматума об отмене повышенных налогов на байство, закрытии советских школ и т. д.44 15 января 1924 г. вооруженный отряд в количестве 500 человек под руководством ишана селения С. Агаджи-Ишана захватил Питняк и Хазарасп. Одновременно поступили сведения о появлении отрядов Джунаид-хана на севере республики. К 23 января была прервана телефонная связь между Хивой, Ташаузом и Ново-Ургенчем. Еще раньше была нарушена телеграфная связь с Ташкентом. На короткое время командующему хорезмской группой войск удалось связаться по радио со штабом Туркфронта и сообщить туда о начавшемся восстании, но затем и эта связь была утрачена.45

В критических условиях, при отсутствии связи между отдельными частями республики, без надежды на близкую помощь извне оставшиеся во главе правительственных учреждений Хивы и ЦК ХКП М. К. Абдусалямов, Д. К. Брюханов — [200] члены ЦК ХКП, заместитель полпреда Другов и член правительства М. Атаджанов быстро и энергично приняли меры к обороне Хивы и установлению связи с другими районами республики. Так же оперативно действовали военные, партийные и советские руководители областных и районных центров, осажденных контрреволюционными отрядами.

16 января 1924 г. за подписью председателя комиссии по борьбе с басмачеством начальника гарнизона Хивы И. В. Гадецкого по войскам гарнизона был издан приказ об организации полевого штаба ЧОН (части особого назначения) и переводе всех отрядов на казарменное положение.46 На заседании исполбюро ЦК ХКП 17 января было принято решение о передаче всей власти в республике Военно-революционному комитету, в состав которого вошли от ХорЦИК Абдусалямов, Муртазин, Брюханов, от военведа — Теленкевич, Гадецкий, от чрезвычайной комиссии по борьбе с басмачеством — Атаджанов, от ЦК ХКП — Балтаев. Председателем ВРК был назначен Абдусалямов.47

С момента начала восстания до 4 февраля 1924 г., т. е. до прихода в Хиву 4-го кавполка, посланного Туркестанским фронтом, контрреволюция хотя и не добилась осуществления своих планов, тем не менее имела на своей стороне численное преимущество.48 Советские и хорезмские войска, отряды ЧОН и 2 отряда, прибывшие из Петро-Александровска, вели в основном оборонительные бои, время от времени переходя в контрнаступление. С началом восстания гарнизоны советских и хорезмских войск, отряды ЧОН, оставляя мелкие населенные пункты, сосредоточивались в крупных городах. Держался подкрепленный гарнизоном из Ильялы Ташауз, выдерживал осаду Ново-Ургенч, остальные правительственные силы сосредоточились в Хиве. Связь между гарнизонами поддерживали отдельные разведчики.

С 20 января началось стягивание войск противника к Хиве, и к 23 января она была окружена отрядами Джунаид-хана и Агаджи-Ишана, насчитывавшими в общей сложности от 1500 до 2000 человек.

Благодаря стойкости и упорству защитников, подавляющая часть которых совершенно не имела боевой выучки, Хива выдержала шестидневную осаду со стороны превосходящих сил противника. Огромную роль в обороне Хивы, как и в целом в подавлении восстания, вместе с членами партии сыграл хорезмский комсомол, который превратился на это время в воюющую организацию. [201]

За время осады гарнизон Хивы выдержал несколько штурмов, особенно сильными из них были штурмы, предпринятые противником 25 и 27 января. Положение Хивы значительна укрепилось после того, как в ночь на 25 января по приказу ВРК Хорезма гарнизон Ташауза, оставив город, прорвал окружение и начал с боями продвигаться к Хиве. 27 января произошло соединение хивинского и ташаузского гарнизонов.49 После второго неудачного штурма басмачи отошли от Хивы и ограничивались ее блокадой.

Своевременную помощь в ликвидации контрреволюционного мятежа в Хорезме оказали партийные и советские организации Амударьинской области. 23 января область была объявлена на военном положении. 25 января отряд из войск ГПУ в составе 100 человек, переправившись через Амударью, с боями пробился к осажденному Ново-Ургенчу и помог гарнизону в его обороне. (В Ургенче действовало 5 хлопкоочистительных заводов и находилось хорезмское отделение Госбанка). 28 января, когда опасность захвата Ургенча миновала, амударьинский отряд с запасами патронов и снарядов прибыл в Хиву. Второй отряд в составе 170 человек, с 2 пулеметами, состоящий из рабочих Петро-Александровска, 28 января занял на северной окраине Хазараспа 2 хлопкоочистительных завода и 1 из них удерживал до 2 февраля, пока не подоспели передовые части 4-го кавалерийского полка.

Отражение второго штурма Хивы и захват Петро-Александровским отрядом северной части Хазараспа были переломными моментами в борьбе с контрреволюцией, выступление которой с самого начала было обречено на неудачу. В последующем не столько военными усилиями, сколько проведением широкой разъяснительной работы и рядом мероприятий правительства шла быстрая ликвидация восстания и его последствий.

В самый критический момент, когда Хива была окружена мятежниками, а силы 4-го кавполка находились еще на марше, командование Туркфронта приняло решение об отправке в Хорезм на самолете «Юнкерс» для руководства военными действиями помощника командующего фронтом, командира 2-й стрелковой дивизии И. С. Кутякова. Одновременно из Чарджуя вместе с 4-м кавполком на военную работу в Хорезм был откомандирован Н. А. Шейдаков. 28 января И. С. Кутяков вылетел из Ташкента, в его распоряжение дополнительно передавалось авиазвено из двух самолетов. И. С. Кутяков получил задание во что бы то ни стало удержать Хиву до прихода 4-го кавполка. 1 февраля с большими трудностями, задержавшись из-за нелетной погоды и нескольких аварий самолета, [202] И. С. Кутяков, добравшись до Хивы, вступил в командование войсками.

Для укрепления партийного руководства в Хорезм был направлен постоянный представитель Средазбюро ЦК РКП (б) Бояршинов, работавший до этого секретарем областного Комитета КП Туркестана в Туркменской (Закаспийской области) ТАССР. В инструктивном письме Бояршинову заместитель председателя Средазбюро ЦК РКП (б) О. Я. Карклин указывал на необходимость соблюдения осторожности при осуществлении разоружения и проведении карающей политики, предлагал искать способы разложения басмаческих банд, детально выяснять причины недовольства бедняцко-середняцких масс. В этом же письме сообщалось о выделении хорезмскому правительству на экстренные нужды 75 тыс. р.50

Одним из важных военных и политических мероприятий по ликвидации восстания являлось вовлечение в борьбу против Джунаид-хана и Агаджи-Ишана предводителей туркменских племен, соблюдавших нейтралитет, Якши-Гельды и Нияз-Бакши. Помимо чисто военной стороны вовлечение части туркменского населения в борьбу на стороне правительства имело большое политическое значение.

При помощи полномочного представительства СССР, пользовавшегося в Хорезме большим авторитетом, удалось достичь соглашения с Якши-Гельды и Нияз-Бакши. Первый выделял в распоряжение командования 600 всадников, второй — 300. Руководителям отрядов и всадникам выплачивалось жалование по ставкам Красной Армии, выдавались патроны. Вожди получали индивидуальные подарки и красноармейскую форму.51

Сразу же после прибытия в Хиву, 2 февраля 1924 г., И. С. Кутяков на заседании ВРК Хорезма сообщил о первых успехах с борьбе с контрреволюцией и о начавшемся разоружении населения южных районов республики, такая же мера предлагалась по отношению ко всем остальным районам.

Положение Хорезма к началу февраля и перспективы борьбы с контрреволюцией четко определены в приказе И. С. Кутякова от 4 февраля 1924 г. Отметив, что советскими гарнизонами заняты важнейшие города республики — Кунград, Ходжейли, Куня-Ургенч, Хива, Ново-Ургенч, Хазарасп, высоко оценив героическую оборону Хивы, И. С. Кутяков поставил перед войсками Хорезмской республики следующие задачи: 1) уничтожить шайки Джунаид-хана и Агаджи-Ишана; 2) срочно занять все крупные населенные пункты для восстановления Советской власти; 3) изъять огнестрельное и холодное оружие у населения.52 [203]

Успехи, достигнутые в борьбе с контрреволюцией, дали возможность ЦК ХКП и правительству через специальную комиссию уже в первой половине февраля 1924 г. дать анализ сложившейся обстановке и определить политическую линию в советском и хозяйственном строительстве. В постановлении исполбюро ЦК ХКП от 13 февраля, принятом по докладу указанной комиссии, отмечалось, что события, развернувшиеся в Хорезме, были последней ставкой Джунаид-хана в борьбе за сохранение своего положения. Объединение с контрреволюционной буржуазией и духовенством позволило Джунаид-хану при их помощи обманом и силой вовлечь в движение дехканство, особенно южных районов. Признавая правильной политическую линию ЦК ХКП, взятую после IV курултая, исполбюро считало, что эта линия не имела достаточно подготовленной низовой базы для практического проведения ее в жизнь. В дальнейшем Центральному Комитету ХКП в его работе предлагалось руководствоваться постановлением Средазбюро ЦК РКП (б) от 6 января 1924 г.53

Насколько можно судить по тексту постановления, оно недостаточно самокритично: в нем отмечается неподготовленность низовой базы, но нет анализа ошибок, допущенных в практике работы. Тем не менее в заключительной части постановления председателю ЭКОСО республики предлагалось представить в ЦК проект о возможности повышения цен на сельскохозяйственные продукты, снижения цен на промышленные товары и мерах укрепления дехканского хозяйства.

19 февраля был упразднен ВРК Хорезма, и его члены приступили к исполнению прежних обязанностей.54 Одной из важнейших задач деятельности ХКП и правительства была широкая агитационно-пропагандистская работа среди населения, часть которого была обманным путем втянута в мятеж. Наряду с этим в целях сохранения безопасности требовалось извлечь у населения оружие. РВС Хорезмской советской социалистической республики обратился со специальным воззванием к трудовому дехканству советского Хорезма, в котором указывалось, что война приносит пользу в первую очередь Джунаид-хану и Агаджи-Ишану. Далее в воззвании сообщалось о пересмотре налогового обложения, о предоставлении кредитов, о защите прав всех национальностей и племен. РВС объявлял, что дехканам, участникам восстания, при условии добровольной явки и сдачи оружия, гарантируются жизнь и возможность мирного труда.55

Одновременно с проведением разъяснительной работы [204] исполбюро ЦК ХКП утвердило инструкцию РВС об изъятии у населения оружия. По этой инструкции предлагалось создать небольшие отряды из 5 человек — партийных работников и работников ГПУ, на которых прежде всего возлагалось проведение широкой разъяснительной работы. Злостно скрывающих оружие предлагалось направлять в органы ГПУ. Если требовала обстановка, ГПУ предоставлялось право проведения обысков. Изъятие оружия возлагалось также на части Красной Армии, но им не разрешалось производить обыски. От сдачи оружия освобождались всадники Якши-Гельды и Нияз-Бакши.56

Центральный Комитет РКП (б), Средазбюро, РВС Туркфронта были чрезвычайно озабочены событиями в Хорезме. 26 января 1924 г. полномочная миссия ХССР, находившаяся в Москве, обратилась в Политбюро ЦК РКП (б) с просьбой в срочном порядке поставить на обсуждение хорезмский вопрос и определить отношение к политической линии нового состава ЦК ХКП.57 С целью личного ознакомления с положением дел и оказания помощи местным работникам в феврале — марте 1924 г. в Хорезме побывали заместитель председателя Средазбюро ЦК РКП (б) О. Я. Карклин, член Средазбюро И. И. Межлаук, командующий Туркестанским фронтом С. А. Пугачев, член РВС фронта Р. И. Берзин.58

На основе детального изучения событий в Хорезме Средазбюро 20 февраля 1924 г. обсуждало положение дел в республике и вынесло соответствующие рекомендации для ЦК ХКП. Опираясь на решение Средазбюро, 1 марта 1924 г. ЦК ХКП обратился с циркулярным письмом ко всем обкомам и райкомам республики. В письме указывалось, что основным недостатком в работе партийных организаций являлось искривление политической линии на местах, неумение работать с различным по составу населением, плохая информация о положении дел. Ближайшей очередной задачей ЦК ХКП считал оформление и укрепление партийных организаций, укрепление союза «Кошчи». В циркулярном письме разъяснялось, что религиозность не должна служить безусловным препятствием для вступления в партию, но при этом нельзя допускать проникновения в ее ряды служителей культа.

При подавлении мятежа репрессивные меры предпринимались только против прямых врагов Советской власти, но не рядовых участников движения. В отношении туркмен рекомендовалось проведение примирительной линии (наделение землей, обеспечение водой, открытие школ, вовлечение в местные органы власти). В заключение письма выражалась уверенность в полном разгроме Джунаид-хана в течение весны.59 [205]

Большую помощь в исправлении ошибок, допущенных руководителями Хорезмской республики, и в определении дальнейшего пути развития ХССР оказало обсуждение вопроса о положении в Хорезме на заседании Политбюро ЦК РКП (б) в присутствии представителей Средазбюро и Хорезмской республики.60 Средазбюро считало, что «чисто классовая политическая линия, резко взятая ЦК ХКП еще со времени парткурултая (июль 1923 г.) и нашедшая яркое выражение в постановлениях IV советского курултая, не имела под собой в условиях Хорезма достаточной почвы».61

С целью упрочения социальной базы революционных преобразований и исправления допущенных ошибок Средазбюро предложило расширить круг лиц, пользующихся избирательным правом, включив в него зажиточных дехкан, кустарей, применяющих наемный труд и лично участвующих в производстве.62

В помощь Хорезмской республике Средазбюро поручило уполнаркомфину СССР по Средней Азии срочно отправить в Хорезм денежные знаки нового образца (червонные рубли), выделить дополнительные суммы для кредитования дехкан, правлению сельхозбанка было предложено ускорить в республике организацию кредитных товариществ.63

Успехи, достигнутые в подавлении контрреволюционного мятежа, и освобождение территории республики от разрозненных басмаческих отрядов позволили ЦК ХКП и правительству начать планомерную работу по восстановлению партийных организаций и хозяйственному строительству. По решению ЦК ХКП в период с 22 февраля по 15 марта прошел переучет членов партии и проведены перевыборы партийных органов.64 Задержавшаяся вследствие мятежа весенняя очистка оросительных каналов была приравнена к военной работе, так как от этого зависела судьба будущего урожая.65

Наряду с большой разъяснительной работой среди сельского и городского населения от Коммунистической партии и правительства требовалось быстрое устранение причин, способствовавших вовлечению части дехкан, ремесленников и мелкого духовенства в контрреволюционный мятеж. Было переформировано правительство, созданное после IV курултая, так как оно не пользовалось авторитетом у населения. Всего в новом президиуме ХорЦИК узбеков было 5 человек, туркмен — 3, [206] казахов—1, каракалпаков—1 человек. Одним из членов Хорезмского ЦИК являлся представитель духовенства.66

В Конституцию ХССР было внесено дополнение к ст. 32 о расширении избирательных прав. По новому положению трудовой дехканин, живущий личным трудом, имеющий одного-двух половинщиков, кустарь, имеющий наемных рабочих, но принимающий личное участие в производстве, не лишались избирательных прав. Избирательным комиссиям рекомендовалось открытой агитацией о лишении избирательных прав представителей духовенства не проводить, но следить за тем, чтобы духовенство не проходило в органы местной власти.67

При обсуждении вопроса о налогах было решено, что общая сумма налога не может быть сокращена, но требуется пересмотреть порядок обложения налогами и сбора их. Было решено сбор неуплаченного налога за 1923 г. перенести на осень, разрешить уплату налога натурой, сделать скидку на 25% внесшим задолженность до 1 июня 1924 г. Вместе со снижением цен на промышленные товары были значительно повышены цены на сельскохозяйственную продукцию.68 Ликвидировалось двойное обложение кустарей (за производство и торговлю), теперь они облагались общим уравнительным сбором в размере 8% с суммы дохода.69

Наиболее острым и злободневным оставался вакуфный вопрос.

Следуя указаниям Средазбюро, ЦК РКП (б) о поспешном и недостаточно подготовленном проведении в жизнь решения IV курултая о конфискации вакуфных земель, ХорЦИК и правительство ХССР заявили о неприкосновенности вакуфных владений. По новому положению дехкане, сидевшие на вакуфных землях, уплачивали государству разницу между сельскохозяйственным налогом и вакуфным сбором. Весь остальной доход поступал в кассу вакуфного управления назирата просвещения на содержание учебных заведений.70

Вместе с решением организационных и хозяйственных задач проводилась работа по ликвидации последствий контрреволюционного восстания. Объявление амнистии не только рядовым участникам движения, но и отдельным курбаши, добровольно сложившим оружие, привело к массовому отливу из отрядов Джунаид-хана и Агаджи-Ишана тех, кто был втянут в борьбу случайно или силой. Большое влияние на население республики оказало массовое освобождение лиц, оказавшихся в заключении. По решению исполбюро ЦК ХКП из заключения освобождались те, на кого не было веских обвинительных [207] материалов со стороны ГПУ: все арестованные за неуплату налогов; участники восстания, насильственно или обманом вовлеченные в движение; виновные в купле или продаже оружия. Всем освобожденным из заключения возвращалось конфискованное имущество.71 15 февраля в районе Ильялы без боя, с отрядом в 400 человек сложил оружие Сеид-Мухаммед-ушак. По условиям капитуляции 50% оружия осталось в распоряжении сдавшихся (для самообороны). Это событие свидетельствовало о том, что Джунаид-хан утратил опору в лице полуоседлых туркмен.72

23 марта сложили оружие Агаджи-Ишан и Садык Баккалов, несколько позже сдался Абдурахман-Максум. Разгром басмаческой группы Агаджи-Ишана означал завершение освобождения от восставших банд всего оазиса и давал возможность РВС Хорезма сосредоточить силы для борьбы с Джунаид-ханом.73

Для ликвидации басмачества в кратчайшие сроки необходимо было воспользоваться благоприятными условиями для военных действий в пустыне ранней весной. После тщательной подготовки, с большим вьючным караваном верблюдов (около 3 тыс.), в сопровождении 9 самолетов 4-й кавполк выступил в поход. Разбившись на 3 боевые группы, подкрепленный туркменскими всадниками Якши-Гельды с боями проделал 500-километровый переход через пустыню и 9 апреля вышел к железнодорожной станции Кизыл-Арват. 8 апреля, приняв последний бой, Джунаид-хан с остатками отряда в 25 человек перешел персидскую границу.

Большая политическая и разъяснительная работа, решительное исправление ошибок, допущенных в политическом, административном и хозяйственном отношениях, а также активные военные действия частей Красной Армии, Хорезмской Красной Армии, отрядов ЧОН, состоявших преимущественно из комсомольцев, позволили меньше чем за два месяца ликвидировать не только контрреволюционное восстание, но и басмачество.

Тяжелые испытания, выпавшие на долю Хорезмской Коммунистической партии, явились серьезной проверкой ее идейной закалки, убежденности и стойкости коммунистов. В острой и открытой схватке с классовыми врагами ядро партии еще теснее сплотило свои ряды.

Для определения политической линии партии, ее задач по дальнейшему укреплению и развитию ХССР и решения внутрипартийных вопросов необходимо было созвать очередной съезд [208] ХКП, но по рекомендации Средазбюро ЦК ХКП решил созвать расширенную партийную конференцию.

II Всехорезмская партийная конференция, имевшая значение съезда, проходила в Хиве с 1 по 4 апреля 1924 г.

Наряду с перерегистрацией членов партии шло восстановление партийных организаций и перевыборы первичных партийных органов. Актуальной задачей для областных комитетов партии было укрепление районных комитетов и ячеек, налаживание учета.74

Для подготовки конференций в области были посланы работники ЦК ХКП. На собраниях партийных ячеек в период подготовки к республиканской конференции предлагалось обсудить вопросы о партийном строительстве и партдисциплине, о народном просвещении, о развитии сельского хозяйства и восстановлении хлопководства, о кредитовании дехкан, о проведении выборов на областные конференции. На областных конференциях в повестку дня включались следующие доклады: о международном и внутреннем положении СССР; отчет областного комитета; о партийном строительстве; о повышении культурного уровня членов партии, комсомольцев, членов союза «Кошчи»; о народном просвещении; о поднятии сельского хозяйства. Такая же повестка дня была намечена для республиканской конференции.75

На конференции с отчетным докладом ЦК ХКП и с докладом о задачах партийного строительства выступил секретарь ЦК ХКП Каландар Адинаев, второй основной доклад «О современном положении Хорезма и основных задачах Коммунистической партии» сделал представитель ЦК РКП (б) Г. И. Бройдо.76

В докладах К. Адинаева и Г. И. Бройдо, в принятых по ним решениях анализировалось международное и внутреннее положение Хорезма, оценивалась деятельность ХКП на всех этапах ее развития, определялись задачи партии по ее идейно-организационному укреплению и дальнейшему развитию республики по социалистическому пути.77

Извлекая уроки из допущенных ошибок, партийная конференция подчеркнула, что тактика ХКП должна определяться в соответствии с соотношением классовых сил в республике, характеризующихся почти полным отсутствием рабочего класса, наличием широкой массы среднего и беднейшего дехканства, еще не порвавшего полностью с остатками крепостнических отношений и родовой замкнутостью, сохранением сравнительно сильной торговой буржуазии и духовенства. В таких [209] условиях, в борьбе с противниками социалистического строя партия должна стремиться к разъединению сил противника и привлечению на свою сторону временных союзников.

Большое теоретическое и практическое значение имел вывод, сделанный на конференции, о характере компартии Хорезма как о крестьянской партии. С помощью Коминтерна Туркбюро и Средазбюро ЦК РКП (б) ХКП смогла преодолеть все трудности перехода республики на путь социалистического развития. В резолюции IV совещания ЦК РКП (б) с ответственными работниками национальных республик и областей (июнь 1923 г.) указывалось, что укрепление Советской власти в национальных республиках и областях зависит от упрочения там коммунистических организаций. В этой же резолюции подчеркивалось, что, поскольку ядром РКП (б) в целом являются закаленные рабочие промышленных центров, партия без опасения за свою классовую сущность может осуществлять в своих рядах метод терпеливого идейного воспитания искренне революционных, но недостаточно идейно закаленных представителей крестьянства и кустарей.78

 Генеральная чистка 1923 г., суровая жизненная проверка, пройденная партией в начале 1924 г., изменили состав партии, идейно закалили ее. К моменту III Всехорезмской партийной конференции в ХКП насчитывалось 547 членов и 227 кандидатов в члены партии, из них рабочих — 98 человек, дехкан — 613, служащих—19, прочих—18, не выяснено было социальное положение у 26 человек.79

Помимо двух основных докладов конференция обсудила вопросы о повышении культурного уровня членов партии, комсомольцев, членов союза «Кошчи», о народном просвещении, о повышении сельского хозяйства, развитии хлопководства, кредитовании населения. По всем вопросам были приняты развернутые решения. В заключении работы конференции был избран новый состав ЦК ХКП и Центральной контрольной комиссии. Первым секретарем ЦК был вновь избран К. Адинаев, вторым секретарем — приехавший в составе комиссии Г. И. Бройдо Хансуваров.80

 Несмотря на некоторую неопределенность решений конференции и не всегда удачный подбор кадров, в последующий период в Хорезме наряду с решением задач по восстановлению партийных, комсомольских организаций, отделений союза «Кошчи», упрочением местных органов власти развернулась широкая агитационно-массовая и хозяйственная работа. Оперативный план работы партийных и советских организаций был определен тезисами ЦК ХКП, являвшимися развитием решений III Всехорезмской партконференции. [210]

В отличие от меморандума правительственной миссии ХССР, направлявшейся в Москву, тезисы ЦК ХКП были совершенно лишены элементов прожектерства — в них наряду с характеристикой тяжелого хозяйственного и политического положения республики предлагались конкретные и реальные меры по ликвидации недостатков, выражалась уверенность в успехе дела.

Несмотря на некоторый подъем народного хозяйства, экономическое положение республики в 1923/24 хозяйственном году продолжало оставаться тяжелым. Если ценность товарной продукции сельского хозяйства Хорезма в 1914—1915 гг. составляла 36—46 млн. товарных рублей, то в 1923—1924 гг. она упала до 7 млн. р. Резко сократились посевные площади (в целом на 50%, в туркменских районах на 63%). Изменилась структура посевов: злаковые культуры, составлявшие 43%, увеличились до 65%. Из-за плохой обработки земли вследствие недостатка инвентаря, удобрений и воды упала урожайность. В тяжелом положении находилась промышленность. Из 31 хлопкоочистительного завода 8 были разрушены полностью, в 1923 г. из 6 восстановленных заводов работали только 3, 4 работающих кожевенных завода были убыточны.81

В 1920—1923 гг. проходила чистка партии и правительственного аппарата от враждебных элементов. К 1923 г. ХКП и ХКСМ превратились в реальную политическую силу. IV курултай Советов знаменовал переход власти к действительным представителям основной группы населения — дехканству. Обострение классовой борьбы в республике, возникновение контрреволюционного союза узбекской буржуазии и Джунаид-хана, тактические ошибки ХКП вызвали к жизни события января

1924 г., тяжелые по своим последствиям, во многом сведшие на нет работу, проделанную после IV курултая. Вместе с этим январские события послужили наглядным уроком для дехканства, решительно повлиявшим на их выбор в пользу Советской власти.82

В тезисах ЦК ХКП были определены задачи партии в развертывании социалистического строительства в Хорезме, охватывая широкий круг вопросов. Подчеркивалось, что на ХКП как на отряд РКП (б) и Коминтерна возложено руководство крестьянством Хорезма. Для выполнения своей миссии ХКП должна быть партией батрака, дехканина-бедняка и середняка, только в этом случае ей будут обеспечены поддержка и сочувствие населения.83

Большое внимание в тезисах уделено комсомолу Хорезма и его задачам. Своеобразен был состав Хорезмского комсомола: [211] в нем имелось как бы два возрастных полюса — взрослые мужчины 30—40 лет и малолетние подростки. Партийная конференция и тезисы ЦК ХКП потребовали освобождения комсомола от несвойственных ему функций, предложили ЦК ХКСМ устранить недостатки возрастного состава, усилить воспитательную работу. Перед ЦК ХКП ставилась задача повышения уровня партийного руководства комсомолом.84

В области советского строительства перед ХКП была поставлена задача создания тесно связанного с массами аппарата власти. Предлагалось продолжить чистку советских учреждений в свете январских событий, обращалось внимание на особую роль милиции.

С вопросами советского строительства было тесно связано разрешение в республике национального вопроса. В тезисах подтверждалось решение III партийной конференции о создании автономных туркменской и киргизско-каракалпакской областей.85 Ближайшей задачей советского строительства в этих областях являлось создание твердой власти, объединение родов, равное отношение ко всем племенным вождям, оказание материальной помощи населению.

Заключительная часть тезисов была посвящена определению ближайших задач партии в области хозяйственного строительства. Самой неотложной хозяйственной задачей являлось поднятие дехканского хозяйства. Для этого было необходимо восстановить ирригацию в прежнем объеме, обеспечить дешевый систематический кредит, помочь населению в пополнении поголовья скота, энергичнее развивать хлопководство. Условием успешного решения задач ЦК ХКП считал развитие всех видов кооперирования и опору в кишлаках на союз «Кошчи». Тезисы призывали учитывать наличие в кишлаках издольной аренды, сильное влияние духовенства, тормозящую роль родовых отношений среди туркмен, киргизов (казахов), каракалпаков.

Тезисы ЦК ХКП представляли собою четкую программу для партии и правительства республики на всем протяжении ее дальнейшего существования, вплоть до национально-государственного размежевания народов Средней Азии. Под руководством Средазбюро ЦК РКП (б) при наличии значительной и бескорыстной помощи со стороны СССР и Туркестанской АССР за шесть месяцев с апреля по октябрь 1924 г. во всех областях развития Хорезмской ССР произошли крупные сдвиги, позволившие населению Хорезма безболезненно влиться в Узбекскую и Туркменскую ССР, а каракалпакскому народу выделиться в автономную область.

Благодаря помощи Средазбюро прежде всего было решительно улучшено финансовое положение Хорезма. В счет [212] дотации в апреле 1924 г. по линии сельхозбанка в Хорезм было отправлено 300 тыс. р.86

Тяжелое финансовое положение Хорезма объяснялось упадком сельского хозяйства, усугубленным январскими событиями и тем, что уплата оставшейся части налогов с населения за 1923 г. была перенесена на осень 1924 г. Осень 1924 г. для сельского хозяйства Хорезма осложнилась небывалым паводком на Амударье, в результате чего погибло около 3300 танапов посевов. В таких условиях Хорезмская ССР в крайней степени нуждалась в экономической помощи со стороны Средаз-ЭКОСО.87

Наибольшие потери в период январских событий и действий басмаческих отрядов понесло животноводство. Поэтому для подъема дехканского хозяйства необходимо было обеспечить его скотом и оказать помощь в восстановлении его поголовья. Часть скота была возвращена населению за счет реквизиции его у туркменских племен, поддерживавших Джунаид-хана и Агаджи-Ишана. Помимо этого, в туркменских районах предлагалось прибегать к круговой разверстке скота за счет руководителей племен, а среди узбекского населения произвести то же самое за счет баев.88

В апреле 1924 г. исполбюро ЦК ХКП предложило Хоргосторгу организовать отправку каравана с товарами на 100 тыс. р. к казахам Уст-Юрта для обмена скота. Приобретенный скот по доступным ценам предлагалось передавать как кооперативным артелям, так и отдельным дехканам.89

В 1924 г. были созданы благоприятные условия для подъема в республике хлопководства. Во время пребывания правительственной делегации ХССР в Москве был заключен весьма выгодный договор с Главным хлопковым комитетом ВСНХ СССР об учреждении Русско-Хорезмского государственного паевого хлопкового товарищества. Основной капитал товарищества исчислялся в 2 млн. червонных рублей. 40% из этого капитала приходилось на долю Хорезма (доля Хорезма определялась стоимостью хлопкоочистительных заводов и наличным взносом). Главный хлопковый комитет (ГХК) оказывал помощь в восстановлении и оборудовании заводов. Реализация хлопка-волокна производилась ГХК по ценам, установленным высшими организациями на комиссионных началах.

В программу деятельности товарищества входили восстановление хлопководства в Хорезме в довоенных размерах, организация государственных хлопковых хозяйств и поднятие дехканских, восстановление хлопкоочистительных заводов, скупка хлопка-сырца через первичные кооперативные объединения. [213]

Заключение договора не лишало Хорезм права самостоятельной заготовки и продажи хлопка вне рамок товарищества. Прибыль от реализации хлопка товариществом распределялась в равных долях между договаривающимися сторонами.90

Результаты деятельности хлопкового товарищества выявились очень быстро. В 1924 г. посевная площадь под хлопчатник увеличилась в республике с 9,5 тыс. десятин в 1923 г. до 15 тыс. десятин. Предполагалось получить в 1924 г. около 620 тыс. пудов хлопка-волокна. В июне 1924 г. в Хорезме действовало 6 хлопкоочистительных заводов, а к осени планировался ввод в действие еще одного завода в Ходжейли.91 Продажная цена хлопка-сырца в Хорезме составила 4 р. 50 к. за пуд, что при продажной стоимости пуда пшеницы 1 р. 50 к. было весьма выгодным для хлопкоробов.92 Но в связи с наводнением и неурожаем на зерновые культуры осенью цена на хлеб выросла до 2 р. 40 к за пуд.93 В таких условиях только оперативное снабжение Хорезма дешевым хлебом могло предотвратить разорение хлопкоробов. Учитывая это обстоятельство, в сентябре 1924 г. в Хорезм было отправлено 50 тыс. пудов зерна.94

Несмотря на чрезвычайные меры, предпринятые ХКП и правительством накануне IV курултая, слабым местом в экономике Хорезма оставалась торговля. Вследствие упадка экспорта и импорта распространилась контрабанда, получила более широкое распространение натурализация сельского хозяйства. В результате хищений, растрат и бесхозяйственности Хоргосторг, обладавший основным капиталом в 2,5 млн. р., не только не принес прибыли от торговых операций, но и в значительной мере утратил этот капитал. Потребительская кооперация, номинально располагавшая капиталом в 68 тыс. р., состояла из 11 маложизненных кооперативов, не оказывала существенного влияния на развертывание торговли.95

Для оживления торговли в Хорезме и снижения цен на промышленные изделия требовалось обеспечить рынок республики наиболее ходовыми товарами. Эта задача с успехом была решена в течение первой половины 1924 г. Весной 1924 г. Хоргосторг получил большую партию товаров, закупленных еще в 1923 г. В Хорезм поступило 2 вагона сахара-рафинада, 200 пудов зеленого чая, 177 кип мануфактуры, закупленных в Москве и Ленинграде. В Ташкенте велись переговоры о доставке еще 3 вагонов мануфактуры и одного вагона посуды.96 Перед [214] торговым аппаратом республики была поставлена задача закупить 5000 голов скота и открыть склады сельхозинвентаря.97 Таким образом, товарный голод в Хорезме был постепенно ликвидирован.

В прямой зависимости от состояния сельского хозяйства и упорядочения сбора налогов, развития торговли и восстановления промышленности находился бюджет Хорезмской ССР, который продолжал оставаться дефицитным. Исполбюро ЦК ХКП 5 июня 1924 г., обсуждая вопрос об исполнении бюджета и отмечая наличие дефицита, признало невозможным точно выяснить размеры израсходованных и полученных сумм. Трудности составления бюджета усугублялись выделением автономных областей и наличием в республике учреждений союзного подчинения.98

За первую половину 1924 г. по бюджету ХССР доходы составили 531319 р., а расходы — 958 534 р. Превышение расходов над доходами выразилось в сумме 427 315 р. Дотациями за это время было покрыто 154 372 р., таким образом, оставался дефицит в размере 272 493 р. На вторую половину года Хорезмская ССР определила строгий расходный бюджет на сумму 677 тыс. р. Дефицит был предположен в сумме 257 тыс. р.99

Анализ экономического и политического развития Хорезмской ССР в конце 1923 и в 1924 гг. свидетельствует о том, что, преодолевая большие трудности внутреннего и внешнего порядка, она успешно продвигалась по социалистическому пути. С подъемом народного хозяйства расширялись социалистический сектор и плановое начало в экономике. Были восстановлены и упрочились органы власти на местах, успешно решался национальный вопрос.

Успехи хозяйственного развития и политическое укрепление ХССР явились результатом самоотверженной борьбы трудового населения республики под руководством Коммунистической Партии за социалистический путь развития. Хорезмская Коммунистическая партия, превратившаяся по составу в партию дехканскую, накопившая опыт политического руководства и получившая идейную закалку, уверенно осуществляла руководство во всех областях жизни.

Развертыванию общественно-политической работы под руководством партии во многом способствовало создание в составе назирата просвещения Главполитпросвета республики. Главполитпросвет работал под непосредственным руководством ЦК ХКП. В коллегию Главполитпросвета входили представители ЦК ХКСМ, профсоюзов, Политического управления Красной Армии, [215] союза «Кошчи».100 Наряду с ликвидацией неграмотности в Хорезме под руководством Главполитпросвета в свете указаний XII съезда РКП (б) было развернуто партийно-политическое просвещение. Помимо существовавшей ранее совпартшколы и ряда курсов при ней в короткий срок было создано 6 школ политграмоты и 5 марксистских кружков, развернулась лекционная работа.101

Центральный комитет ХКП возглавил руководство массовыми организациями трудящихся. Изменился характер деятельности комсомола Хорезма, который, преодолев элементы политицизма и администрирования, усилил воспитательную работу. В конце 1923 г. при ЦК комсомола был создан отдел по работе в деревне, главной задачей которого являлась практическая помощь дехканским союзам и сельским комсомольским ячейкам.

Профсоюзы Хорезма возникли в 1920 г., но их подлинно профсоюзная жизнь началась с января 1922 г. (I съезд профсоюзов) . Появление производственных союзов надо отнести к 1923 г., когда быстрыми темпами началось восстановление промышленности. К 1924 г. в Хорезме насчитывалось около 800 человек членов профсоюзов, было избрано хорезмское центральное бюро производственных союзов (ЦБПС), профсоюзы входили в ВЦСПС и в Профинтерн. К этому времени профсоюзы республики действительно превратились в приводной ремень ХКП.102

Вместе с успешным экономическим культурным и политическим развитием Туркестанской АССР, Хорезмской ССР и Бухарской НСР, объединившихся экономически (под руководством СредазЭКОСО), а в области партийного строительства — Среднеазиатского бюро ЦК РКП (б). На очередь дня выдвигалась задача принятия дальнейших мер по решению национального вопроса в соответствии с «Декларацией прав народов России».

Старое административное деление территории Туркестана не соответствовало ни экономическим потребностям, ни национальным интересам края.

Образование Туркестанской АССР и вслед за ней Хорезмской ССР и Бухарской НСР явилось важнейшим условием укрепления дружбы и сотрудничества народов Средней Азии. Но и после этого население Средней Азии было разобщено в территориальном отношении, так как население каждой республики по своему составу было многонациональным. Это безусловно замедляло процесс формирования социалистических наций и их всестороннее развитие. [216]

В условиях советского строя сохранение старых административных границ уже не могло служить источником национальной розни. Однако сохранение пережитков и межнациональных противоречий в республиках, включавших в себя представителей разных национальностей, и превращение в ряде случаев местного национализма «в национализм наступательный, в завзятый шовинизм более сильной национальности, направленный против слабых национальностей этих республик»,103 требовали не простого пересмотра административных границ, но в интересах всестороннего развития каждого народа территориального национально-государственного размежевания.

Вопрос о необходимости национально-государственного размежевания народов Средней Азии поднимался неоднократно. Выяснение инициативы в постановке этого вопроса, мотивов и способов осуществления национально-государственного размежевания имеет существенное значение. Буржуазные историки отрицают историческую закономерность национального размежевания, называют ее проведение «раздроблением единой родины тюрков».

В 1920 г. группа руководящих работников Туркестана предлагала разделить Туркестанскую АССР на три части соответственно главным группам населения — узбекам, туркменам, киргизам, но в то время условия для решения этой задачи не созрели. Шла гражданская война и борьба с интервенцией, велась борьба против эмира в Бухаре и хана в Хиве. В замечаниях на проект решения ЦК о задачах РКП (б) в Туркестане 13 июня 1920 г. В. И. Ленин писал о необходимости «1) Поручить составить карту (этнографическую и проч.) Туркестана с подразделением на Узбекию, Киргизию и Туркмению. 2) Детальнее выяснить условия слияния или разделения этих 3 частей».104 В проекте постановления Политбюро ЦК РКП (б) по вопросу о задачах РКП (б) в Туркестане, написанном 22 июня, В. И. Ленин предупреждал о том, что «деления республики на 3 части не предрешать».105

Частично национальное размежевание в ТАССР, ХССР и БНСР шло непрерывно. В 1921 г. Закаспийская область ТАССР была преобразована в Туркменскую. В мае 1924 г. IV сессия ХорЦИК, обсудив вопрос, единогласно вынесла решение о создании в составе республики автономных Туркменской и Казахско-Каракалпакской областей.106 [217]

Вопрос о национально-государственном размежевании еще раз был поднят в 1923 г., после XII съезда РКП (б). На основе материалов, поступивших в Центральный Комитет, 31 января 1924 г. Оргбюро ЦК РКП (б) поручило Я. З. Рудзутаку, направлявшемуся в Среднюю Азию, собрать совещание руководящих работников ТАССР, ХССР и БНСР с тем, чтобы изучить вопрос о возможности и целесообразности проведения национального размежевания.107

В феврале 1924 г. за проведение национально-государственного размежевания высказались руководящие партийные и советские органы Бухарской НСР. 10 марта 1924 г. такое же решение было принято на объединенном совещании ЦК КПТ и Президиума Туркестанского ЦИК.

В середине марта 1924 г. собрание партийного и советского актива Хорезма, обсудив доклад члена Средазбюро А. Рахимбаева, постановило, что «Хорезмская республика размежевывается по национальному признаку и соответствующие районы входят во вновь образуемые республики Средней Азии (Узбекскую, Туркменскую и проч.) в случае, если таковые выделяются».108

5 апреля 1924 г. Политбюро ЦК РКП (б), заслушав доклад А. Рахимбаева о национально-государственном размежевании, одобрило идею национального размежевания, но окончательное решение вопроса перенесло на конец мая, предложив делегациям КПТ, ХКП и БКП привезти на XIII съезд все материалы по этому вопросу. В апреле Средазбюро совместно с исполбюро ЦК КПТ и с участием представителей от ХКП и БКП подтвердили свои решения о проведении национального размежевания.109 28 апреля 1924 г. на заседании Средазбюро ЦК РКП (б) размежевание по национально-территориальному признаку в масштабе среднеазиатских республик было признано своевременным и целесообразным. На этом же заседании была создана специальная комиссия, которой было предложено закончить к 10 мая разработку всех вопросов, связанных с национальным размежеванием. Комиссия предложила создать две союзные республики — Узбекскую и Туркменскую и две автономных области — Таджикскую и Кара-Киргизскую (Киргизскую). Казахские районы Туркестанской республики было решено присоединить к Киргизской (Казахской) АССР. Материлы комиссии 11 мая были утверждены Средазбюро и впоследствии послужили основой постановления Политбюро ЦК РКП (б) по этому вопросу.110

Неожиданно планомерное решение вопроса о подготовке [218] национального размежевания было нарушено поступившей в Средазбюро в мае 1924 г. докладной запиской о том, что ХССР не будет участвовать в размежевании.111 Еще раньше, на заседании Средазбюро 28 апреля секретарь ЦК ХКП К. Адинаев и член бюро ЦК ХКП М. К. Абдусалямов, представлявшие Хорезмскую республику, выступили против размежевания ХССР, и этот вопрос остался открытым.112 Ошибочная точка зрения К. Адинаева, поддержанная рядом работников, была подтверждена на заседании исполбюро ЦК ХКП 9 июня 1924 г. Признав, что единственным способом решения туркменского вопроса является размежевание, впадая в противоречие, исполбюро настаивало на сохранении Хорезма на федеративных началах, мотивируя свою точку зрения тем, что Хорезм — сложившийся экономический район с отдельной системой орошения и т. п. Кроме того, сторонники сохранения Хорезмской республики требовали присоединения к ней Амударьинской области ТАССР.113

12 июня 1924 г. на основе проекта, разработанного Средазбюро, Политбюро ЦК РКП (б), рассмотрев вопрос о национально-государственном размежевании республик Средней Азии, постановило: а) из туркменских частей Туркестана, Бухары и Хорезма образовать независимую Туркменскую республику; б) из узбекских частей Туркестана и Бухары образовать независимую Узбекскую республику; в) Хорезмскую республику с выделением туркмен оставить в ее прежнем виде. Далее в постановлении говорилось о создании Кара-Киргизской автономной области, о Таджикской автономной области в составе Узбекистана, о судьбе киргизских (казахских) районов ТССР. Образование новых республик Политбюро приурочило к концу бюджетного года (октябрь). Соответственно намечалась реорганизация коммунистических партий Туркестана и Бухары.114

Постановление Политбюро ЦК РКП (б) свидетельствовало о бережном отношении к суверенным правам Хорезмской республики. Однако сохранение Хорезмской республики и выделение из нее туркменского населения не остановили дальнейшей раскольнической деятельности К. Адинаева и его группы. В начале июля до Средазбюро дошли сведения о переговорах К. Адинаева с Якши-Гельды о том, чтобы его племя выступило против размежевания.115

Большинство узбекских и туркменских работников Хорезмской республики не поддержало точки зрения К. Адинаева о национальном размежевании. 26 июля исполбюро ЦК ХКП [219] отменило свое ошибочное решение, признало проведение национального размежевания совершенно необходимым и просило Средазбюро довести до сведения ЦК РКП (б) свое решение о полном размежевании Хорезма. 5 августа 1924 г. Средазбюро постановило: а) постановление исполбюро ЦК ХКП о присоединении узбекской части Хорезма к Узбекской республике принять; б) просить ЦК РКП (б) внести изменения в постановление Политбюро от 12 июня согласно ходатайству ЦК ХКП.116 На основе постановления Политбюро ЦК РКП (б) от 12 июня 1924 г. 15 июля Средазбюро приняло тезисы о национальном размежевании Средней Азии. В тезисах подчеркивалось, что «не национальный антагонизм, а пролетарский интернационализм лежит в основе будущей работы новых республик. Всякий, кто думает иначе, — это сознательный или несознательный враг рабоче-крестьянской власти».117

Подготовка к национальному размежеванию велась как по линии развертывания широкой политической, массово-агитационной работы, так и путем проведения важнейших организационных и хозяйственных мероприятий. Для проведения практической подготовительной работы на широкой демократической основе и с участием представителей от всех республик и областей Средней Азии были созданы территориальная и экономическая комиссии. 21 августа Центральная территориальная комиссия по национальному размежеванию, заслушав сообщение председателя ЦИК Хорезмской республики Султан-Кары о желании республики участвовать в национальном размежевании, удовлетворила ее просьбу.118

С конца июля 1924 г. в Хорезмской республике развернулось широкое обсуждение вопросов, касающихся национального размежевания. Проходили областные и районные партийные конференции, собрания партийно-советских активов. На районных курултаях выбирались делегаты на областные курултаи, а на последних — делегаты на Всехорезмский курултай.119 15 сентября 1924 г. в торжественной обстановке открылась сессия ЦИК Туркестанской АССР, созванная для решения вопроса о национальном размежевании Средней Азии. Сессия приняла обращение ко всем народам Средней Азии и Туркестана, в котором говорилось: «Ныне трудящиеся Туркестана и Средней Азии еще раз убеждаются сами и убеждают все угнетенные народы Европы и Америки, Азии и Африки в величии тех завоеваний, какие принесла человечеству на своих знаменах Октябрьская революция».120 [220]

19 сентября V Всебухарский курултай Советов одобрил решение об образовании Узбекской, Туркменской и других национальных государственных образований Средней Азии.121

В ходе обсуждения вопроса о национальном размежевании каракалпакский народ высказался за создание Каракалпакской автономной области. 5 сентября 1924 г. партийная конференция Амударьинской области, на территории которой проживала основная масса каракалпаков, поддержала это стремление.122 Исполбюро ЦК ХКП в это же время вынесло решение о передаче образуемой Каракалпакской автономной области района Ходжейли.123

Широкое обсуждение вопроса о национальном размежевании Хорезмской республики началось с некоторым запозданием, после того как исполбюро ЦК ХКП 26 июля отменило свое решение об отказе от размежевания. За короткий срок в республике была проведена большая разъяснительная работа. Учитывая сложность обстановки в Хорезме, Средазбюро 31 августа 1924 г. рекомендовало ЦК ХКП при проведении разъяснительной и агитационной работы по национальному размежеванию строго руководствоваться интернациональным, коммунистическим моментом.124

Одновременно с проведением разъяснительной работы в республике и для окончательного решения вопроса о национальном размежевании шла подготовка к созыву IV съезда ХКП и к V Всехорезмскому курултаю Советов. По просьбе исполбюро ЦК ХКП, одобренной Средазбюро ЦК РКП (б), кандидатам партии и рабочим-станочникам при выборах на партийные конференции и на съезд предоставлялось право решающего голоса.125

25 сентября 1924 г. Политбюро ЦК РКП (б), заслушав доклад председателя Средазбюро И. А. Зеленского, утвердило проект национально-территориального деления Средней Азии. Одновременно Политбюро утвердило предложение о национальном размежевании Хорезмской ССР, Туркестанской АССР и Бухарской ССР.126

Вслед за IV съездом ХКП с 29 сентября по 2 октября 1924 г. проходил V Всехорезмский курултай Советов. Курултай заслушал доклады и принял решения по отчету правительства и о национально-государственном размежевании. Признав политику правительства правильной и проделанную работу [221] между двумя курултаями удовлетворительной, делегаты отметили успехи правительства в борьбе с басмачеством и потребовали от него усиления внимания к подъему сельского хозяйства, развитию народного просвещения и форсирования сбора налогов.127

В развернутом постановлении по докладу о национально-государственном размежевании V Всехорезмский курултай Советов отметил, что Октябрьская революция, создав предпосылки для ликвидации ханского деспотизма и образования Хорезмской народной советской республики, тем самым наметила путь к разрешению национального вопроса. Далее в постановлении указывается, что образование автономных Туркменской и Киргизско-Каракалпакской областей в составе ХССР нельзя считать окончательным решением национального вопроса в Хорезме. Решение этого вопроса, говорилось в постановлении, возможно лишь при условии образования однородных национальных республик, на путь создания которых встали народы Туркестана и Бухары.128

В заключительной части постановления V Всехорезмский курултай Советов, руководствуясь принципами Советской власти Хорезма и ее авангарда — Хорезмской Коммунистической партии, идя навстречу всеобщей воле рабочих и дехканских масс республики, постановил предоставить право узбекскому народу выйти из состава ХССР и войти во вновь образуемую Узбекскую ССР, такое же право для вступления в Туркменскую ССР предоставлялось туркменской части населения ХССР, киргизскому и каракалпакскому народам предоставлялось право вхождения в Киргизскую АССР.129

Считая Хорезмскую советскую социалистическую республику ликвидированной, курултай признал необходимым условием вхождение вновь образуемых Узбекской и Туркменской ССР в Союз Советских Социалистических Республик.130

11 октября 1924 г. Политбюро ЦК РКП (б) приняло окончательное решение о национальном размежевании Средней Азии. Вместо предполагавшегося выделения таджиков в автономную область создавалась Таджикская АССР в составе Узбекистана. 27 октября 1924 г. II сессия ЦИК СССР удовлетворила ходатайства Туркестанского ЦИК V Всехорезмского и V Всебухарского курултаев Советов о национальном размежевании и образовании новых советских социалистических республик и областей.131 [222]

В связи с созданием в Средней Азии новых советских республик и областей сессии Туркестанского, Бухарского и Хорезмского Центральных исполнительных комитетов Советов в ноябре 1924 г. приняли решение о прекращении своей деятельности и передаче власти соответствующим Ревкомам. На территории будущей Узбекской ССР, впредь до созыва I съезда Советов, власть принадлежала Ревкому, возглавлявшемуся Ф. Ходжаевым. В Туркмении такой же Ревком возглавлялся Н. Айтаковым.

22 ноября состоялась последняя сессия ЦИК ХССР. Во исполнение постановления I курултая Советов о национально-государственном размежевании республики сессия заявила о передаче Ходжейлинской области (районы Кипчак и Ктай) в состав Каракалпакской области, Туркменской области (Дарган-Ата и Садывара)—Туркменской ССР, остальная территория Хорезма переходила в состав Узбекской ССР.132

Для управления узбекской частью республики был создан Ревком. С 23 ноября 1924 г. ХорЦИК и с 30 ноября Совет Народных назиров прекратили свою деятельность.133

В правительственном сообщении к населению Хорезмской ССР, опубликованном 23 ноября 1924 г., говорилось: «Хорезмское правительство дает наказ ревкомам и трудящимся твердо закрепить завоевания пролетариата. Нужно показать баям и манапам, что они не посмеют посягать на свободу дехкан. Нужно покончить с басмачеством, язвой на теле трудящихся, которая не дает мирным путем строить наше народное хозяйство».134

Окончательное оформление вновь образуемых Узбекской и Туркменской республик произошло в феврале 1925 г. Законодательному утверждению этих республик предшествовало образование Узбекской и Туркменской коммунистических партий. 6 февраля 1925 г. в Бухаре прошел I съезд Коммунистической партии Узбекистана. I Учредительный съезд Коммунистической партии Туркмении проходил в Ашхабаде с 14 по 19 февраля 1925 г. Вслед за съездами Коммунистических партий, с 13 по 17 февраля, состоялся I Учредительный съезд Советов Узбекской ССР, принявший «Декларацию об образовании Узбекской Советской Социалистической Республики». Такую же «Декларацию об образовании Туркменской Советской Социалистической Республики» принял I Учредительный съезд Советов Туркмении, проходивший в Ашхабаде 15 февраля 1925 г.

19 мая 1925 г. III Всесоюзный съезд Советов единодушно принял постановление о вхождении Узбекской и Туркменской [223] советских социалистических республик в состав Союза ССР, указав при этом, что вхождение названных республик в Союз ССР является новым доказательством того, что Союз ССР действительно является добровольным объединением равноправных народов и верным оплотом угнетенных ранее народов.135

Успешное осуществление национального размежевания народов Средней Азии и Казахстана явилось событием огромного международного значения, наглядно продемонстрировавшим народам Востока и всему миру последовательную политику Советской власти по обеспечению равноправия наций и созданию условий для их всестороннего развития.

С точки зрения внутреннего положения национальное размежевание означало объединение ранее разобщенных узбекского, туркменского, казахского, таджикского народов, формирование из их состава социалистических наций, возникновение социалистических национальных государственных образований.

Национальное размежевание, проведенное по воле народных масс под руководством Коммунистической партии, сыграло огромную роль в интернациональном сплочении народов Средней Азии.

Исключительно велика была роль национального размежевания для Хорезмской ССР, где на всем протяжении ее существования национальный вопрос стоял необыкновенно остро. Из 640 тыс. человек населения Хорезмской ССР в 1924 г. узбеков насчитывалось свыше 320 тыс., туркмен — 192 тыс., каракалпаков и казахов— 128 тыс. человек.136 На протяжении десятилетий национальная вражда в Хорезме искусственно разжигалась не только стараниями царской администрации Туркестана, но и ханским правительством, а после победы народно-советской революции — узбекскими буржуазными националистами и рядом туркменских родо-племенных вождей.

В постановлении V Всехорезмского курултая Советов о национально-государственном размежевании не случайно было подчеркнуто, что создание Хорезмской народной советской республики было лишь предпосылкой для разрешения национального вопроса в Хорезме.

Национальное размежевание народов Хорезма явилось последней вехой ее самостоятельного государственного существования. Победа идей интернационализма, сознание общности задач всех советских народов Средней Азии, неодолимая тяга многонационального населения Туркестана, Бухары и Хорезма к слиянию с передовыми социалистическими нациями в составе могучего Союза ССР были закономерным явлением. [224]

Трудящиеся массы Хорезма под руководством Коммунистической партии, при поддержке со стороны Туркестанской АССР и РСФСР, после победы народно-советской революции меньше чем за четыре года, преодолевая неимоверные трудности, решительно исправляя собственные ошибки, прошли целый исторический период государственного, экономического и политического развития с тем, чтобы влиться в советские социалистические республики Средней Азии и вместе с ними вступить в Союз ССР.

1 ПА УзФИМЛ, ф. 361, оп. 1, д. 718, л. 18—22.

2 ЦГА УзССР, ф. Р-1, оп. 1, д. 135, л. 84—85.

3 ПА УзФИМЛ, ф. 361, оп. 1, д. 228, л. 16, 27.

4 Там же, л. 2—3.

5 Там же, л. 10—11.

6 ЦГА УзССР, ф. Р-71, оп. 1, д. 23, л. 82.

7 Там же, ф. Р-73, оп. 1, д. 3, л. 162.

8 Там же, л. 221.

9 ЦПА ИМ Л, ф. 62, оп. 1, д. 81/2, л. 504.

10 ЦГА УзССР, ф. Р-71, оп. 1, д. 106, л. 9—10.

11 Цензовые предприятия — промышленные предприятия с числом рабочих не менее 16 при наличии механического двигателя и не менее 30 рабочих без наличия двигателя.

12 ЦГА УзССР, ф. Р-71, оп. 1, д. 106, л. 8, 14. 13 Там же, л. 13.

14 Там же, ф. Р-73, оп. 1, д. 6, л. 56, 83.

15 Там же, д. 44, л. 17; д. 1135, л. 2.

16 Там же, ф. Р-73, оп. 1, д. 6, л. 56, 83.

17 Там же, ф. Р-71,оп. 1, д. 13, л. 109.

18 ПА УзФИМЛ, ф. 361, оп. 1, д. 544, л. 13.

19 Там же.

20 Там же, л. 13 об.

21 Там же, л. 14—15.

22 Там же, д. 303, л. 20.

23 Там же, д. 704, л. 1.

24 Там же, л. 1—2.

25 Там же.

26 Кутяков И. Красная конница и воздушный флот в пустынях, 1924 г М.; Л., 1930, с. 42.

27 ПА УзФИМЛ, ф. 361, оп. 1, д. 305, л. 10—11.

28 ЦПА ИМЛ, ф. 62, оп. 1, д. 81/2, оп. 1, л. 483.

29 И б р а г и м о в А. Некоторые эпизоды борьбы с басмачеством. — В кн.: Октябрьская революция и гражданская война в Туркестане, с. 468— 469.

30 Каландаров Дж. На помощь осажденной Хиве. — В кн.: Помнят Древние стены, с. 73.

31 ПА УзФИМЛ, ф. 361, оп. 1, д. 444, л. 2 51

32 ЦГА УзССР, ф. Р-71, оп. 1, д. 42, л. 13; ПА УзФИМЛ ф. 361, оп. д. 444, л. 57.

33 Кутяков И. Красная конница и вооруженный флот... с. 36.

34 ЦПА ИМЛ, ф. 62, оп. 1, д. 66/1, л. 86.

35 Там же, л. 32.

36 Там же, л. 117а.

37 Там же.

38 ПА УзФИМЛ, ф. 361, оп. 1, д. 687, л. 40.

39 Там же, д. 556, л. 20. В июле 1923 г. председатель Совета НН ХНСР Б. Атаджанов с тревогой сообщал в Москву о катастрофическом падении курса хорзнаков в связи с тем, что обмен был объявлен, но обменный фонд не прибыл (там же, д. 264, л. 6).

40 Кутяков И. Красная конница и воздушный флот... с. 33—34.

41 ПА УзФИМЛ, ф. 361, оп. 1, д. 555, л. 25.

42 К у т я к о в И. Красная конница и воздушный флот... с. 34—39.

43 Там же.

44 История Бухарской и Хорезмской НСР, с. 162. Питнякская и Хазараспская делегации были в Хиве арестованы (ЦПА ИМЛ, ф. 62, оп. 1, д. 66/1, л. 118).

45 ЦПА ИМЛ, ф. 62, оп. 1, д. 66/1, л. 87—88; Кутя ков И. Красная конница и воздушный флот... с. 45—46.

46 ПА УзФИМЛ, ф. 361, оп. 1, д. 612, л. 1.

47 Там же, д. 556, л. 2.

48 Подробное изложение указанных событий см. в кн.: Боевой путь войск Туркестанского военного округа. Ташкент, 1953, с. 172—184.

49 Ибрагимов А. Некоторые эпизоды борьбы с басмачеством в Хорезме. Ташкент, 1957, с. 469—470.

50 ЦПА ИМЛ, ф. 62, оп. 1, д. 66/1, л. 10, 30.

51 Кутяков И. Красная конница и воздушный флот... с. 74; ЦПА ИМЛ, ф. 62, оп. 1, д. 66/1, л. 32.

52 ПА УзФИМЛ, ф. 361, оп. 1, д. 760, л. 4—6.

53 Н е п е с о в Г. Из истории хорезмской революции. Ташкент, 1962, с. 287.

54 Там же, д. 555, л. 11.

55 Там же, л. 40, 40 об.

56 Там же, л. 7.

57 Там же, д. 544, л. 7.

58 ЦГА УзССР, ф. Р-71, оп. 1, д. 42, л. 25, 37.

59 ПА УзФИМЛ, ф. 361, оп. 1, д. 303, л. 20—21.

60 Мухаммедбердыев К. Руководство коммунистической партии процессом развития Хорезма к социализму 1920—1924 гг.: Автореф. докт. дис. М., 1968, с. 50.

61 История коммунистических организаций Средней Азии, с. 657.

62 Там же, с. 658.

63 Там же.

64 ПА УзФИМЛ, ф. 361, оп. 1, д. 555, л. 41.

65 ЦГА УзССР, ф. Р-71, оп. 1, д. 148, л. 9—10.

66 ПА УзФИМЛ, ф. 361, оп. 1, д. 555, л. 41.

67 Там же, л. 190.

68 Там же, д. 556, л. 20.

69 Там же, д. 555, л. 25.

70 Там же, ф. 361, оп. 1, д. 256, л. 15.

71 Там же, д. 555, л. 54.

72 Кутяков И. Красная конница и воздушный флот... с. 87—91.

73 ЦПА ИМЛ, ф. 62, оп. 1, д. 66/1, л. 115; Кутяков И. Красная конница и воздушный флот... с. 110—111.

74 ПА УзФИМЛ, ф. 361, оп. 1, д. 257, л. 5.

75 Там же, д. 228, л. 20.

76 История коммунистических организаций Средней Азии, с. 659.

77 Там же.

78 КПСС в резолюциях и решениях... т. 2. М., 1970, с. 489.

79 ЦПА ИМЛ, ф. 62, оп. 1, д. 110, л. 51—52.

80 Там же, д. 66/1, л. 117.

81 ПА УзФИМЛ, ф. 361, оп. 1, д. 256, л. 1—3.

82 Там же, л. 8—12.

83 Там же, л. 12—13.

84 Там же, л. 12, 20.

85 Там же, д. 555, л. 65—6?; д. 550, л. 13.

86 ЦПА ИМЛ, ф. 62, оп. 1, д. 06/1, л. 115.

87 ПА УзФИМЛ, ф. 361, оп. 1, д. 734, л. 1—2.

88 Там же, д. 305, л. 18; д. 555, л. 92.

89 Там же, д. 555, л. 87.

90 ЦГА УзССР, ф. Р-73, оп. 1, д. 6, л. 42.

91 ПА УзФИМЛ, ф. 361, оп. 1, д. 555, л. 94.

92 Народное хозяйство Средней Азии, 1924, № 5, с. 45.

93 Там же, № 4, с. 68.

94 ПА УзФИМЛ, ф. 361, оп. 1, д. 586, л. 10.

95 Народное хозяйство Средней Азии, 1924, № 2-3, с. 213.

96 ПА УзФИМЛ, ф. 361, оп. 1, д. 588, л. 3.

97 Народное хозяйство Средней Азии, 1924, № 2-3, с. 223—224.

98 ПА УзФИМЛ, ф. 361, оп. 1, д. 555, л. 92.

99 Народное хозяйство Средней Азии, 1924, № 1, с. 59.

100 ПА УзФИМЛ, ф. 361, оп. 1, д. 778, л. 3.

101 Там же, л. 16. — За период с 15 марта по 1 июня 1924 г. Главполитпросветом было проведено 8 конференций, прочитано 108 лекций и докладов, проведено 3 делегатских собрания женщин.

102 Там же, д. 394, л. 55—56.

103 КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК, т. 2. М., с. 439.

104 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 41, с. 436.

105 Там же, с. 153.

106 Т у р с у н о в X. Национальная политика в Туркестане. Ташкент, 1971, с. 321—322.

107 Там же, с. 323—324.

108 Назаров С. Из истории деятельности Средазоюро ЦК РКП (б), 1922—1924 гг.

109 Там же, с. 96.

110 История коммунистических организации Средней Азии, с. 731.

111 Там же, с. 732—733.

112 Мухаммедбердыев К. Руководство коммунистической партии... с. 53.

113 ПА УзФИМЛ, ф. 361, оп. 1, д. 555, л. 103.

114 История коммунистических организаций Средней Азии, с. 734.

145 ЦПА ИМЛ, ф. 62, оп. 1, д. 113, л. 192.

116 ПА УзФИМЛ, ф. 361, оп. 1, д. 554, л. 36.

117 Непесов Г. Из истории Хорезмской революции. Ташкент, 1962, с. 346.

118 История Бухарской и Хорезмской НСР, с. 222.

119 Съезды Советов... т. 7, с. 16.

120 История коммунистических организаций Средней Азии, с. 747—748.

121 Там же.

122 Там же.

123 ПА УзФМИЛ, ф. 361, оп. 1, д. 554, л. 47.

124 Там же, л. 56.

125 История Узбекской ССР, т. 3, с. 395. — На V курултае Советов 19 сентября 1924 г. БНСР была провозглашена социалистической республикой.

126 Там же, л. 5.

127 Съезды Советов, т. 7, с. 34—35.

128 Там же, с. 35—36.

129 Там же.

130 Там же.

131 История коммунистических организаций Средней Азии, с. 750—751.

132 ЦГА Узб. ССР, ф. Р-71, оп. 1, д. 31, л. 30.

133 Там же.

134 Там же, л. 31.

135 История национально-государственного строительства в СССР, т. 1. М., 1968, с. 403.

136 Там же, с. 401.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Международное значение исторического опыта СССР состоит как в общем революционизирующем воздействии на все страны и народы мира, так и в повторении многих сторон этого опыта у народов, борющихся за революционное преобразование своей жизни.

Утверждение советского строя явилось основным условием успешного перехода к социализму ранее отсталых народов. Однако у народов, которые вступают на некапиталистический путь развития, сохраняя или образуя самостоятельные государства, наблюдаются существенные отличия. В этом случае на первом революционно-демократическом этапе диктатура пролетариата установиться не может, и возникает демократическое государство переходного типа. Социальной основой такого государства является широкий антифеодальный и антиимпериалистический блок всех прогрессивных классов общества: крестьянства, немногочисленных рабочих, городских ремесленников, национальной буржуазии. «Опыт Хорезма и Бухары показывает, что демократические государства имеют тенденцию развиваться в направлении революционно-демократической диктатуры пролетариата и крестьянства».1

«То, что кажется очевидным сегодня, далеко не было очевидным в то бурное, переходное время. Поиск конкретных государственных форм, политических институтов, в которые нужно было облечь общие идеи и предпосылки национальной программы, проходил в острых спорах. Сталкивались самые различные мнения — от программы рыхлого, аморфного объединения республик в рамках конфедерации до требования просто включить их в состав РСФСР на началах автономии. Понадобились гений и авторитет В. И. Ленина, чтобы найти и отстоять, [226] единственно верный путь — путь социалистического федерализма.

В чем суть пути, указанного Лениным? Коротко можно было бы сказать так. Это — полная добровольность союза свободных народов, как гарантия максимальной прочности федерации социалистических республик. Это — полное равноправие всех наций и народностей, последовательная линия на ликвидацию не только юридического, но и фактического их неравенства. Это — свободное развитие каждой республики, каждой народности в рамках их братского союза. Это — настойчивое воспитание интернационалистского сознания и неуклонный курс на сближение всех наций и народностей нашей страны».2

Хива и Бухара были первыми в истории страны, совершившими народно-демократические революции, создавшими многонациональные государства переходного типа в форме народно-советских республик. Победа народно-демократических революций в Хиве и Бухаре, установление в них народно-советского строя и осуществление некапиталистического пути развития к социализму стали возможными лишь благодаря победе Великой Октябрьской социалистической революции.

Особенностью Хивинской революции 1920 г. являлось то, что, развиваясь под могучим воздействием Великой Октябрьской социалистической революции и утвердившейся на территории Туркестана Советской власти, она проходила под руководством Коммунистической партии и при вооруженной поддержке советского народа. В условиях тяжелой феодальной реакции, возглавленной Джунаид-ханом, революции в Хиве приобрела всенародный характер, в ней объединились все антиимпериалистические, антифеодальные демократические силы: дехканство, торговое и ремесленное население городов, национальная буржуазия, низшее духовенство и часть туркменского населения.

Государство, возникшее после победы революции, осуществляло революционно-демократическую диктатуру народа, прошло ряд этапов в сторону революционно-демократической диктатуры пролетариата и крестьянства с последующим переходом в социалистическое государство.

Экономика Хорезмской народной советской республики была весьма своеобразна. Ее нельзя назвать ни феодальной, ни капиталистической, ни социалистической. Она представляла собою переходную форму производственных отношений от феодального способа производства к социализму. Только по мере углубления революции и проведения глубоких революционно-демократических преобразований во всех областях жизни возникли условия для создания социалистической экономики к концу 1923 г. [227]

На всех этапах своего развития Хорезмская народная советская республика получала неизменную экономическую, военную, политическую и моральную помощь со стороны РСФСР и Туркестанской автономной социалистической советской республики. Под руководством ЦК РКП (б) Хорезмская Коммунистическая партия росла, укреплялась, закалялась и приобретала опыт работы. Огромная роль в этом отношении непосредственно принадлежит В. И. Ленину, который был для хорезмских коммунистов ближайшим другом, учителем, примером несгибаемого борца за дело коммунизма.

Ленинская теория перехода ранее отсталых стран к социализму, минуя капиталистическую стадию развития, проверена историческим опытом народов Советского Востока, развивавшихся как в рамках единого многонационального государства, так и в виде существования самостоятельных Хорезмской и Бухарской НСР. Эта теория блестяще подтверждена практикой развития Монгольской Народной Республики.

В обращении «К народам мира», принятом на совместном торжественном заседании Центрального Комитета КПСС, Верховного Совета СССР и Верховного Совета РСФСР 22 декабря 1972 г., говорится: «Под могучим напором национально-освободительного движения, вдохновленного примером трудящихся стран социализма и пользующегося их поддержкой, рухнули колониальные империи, и на дорогу самостоятельного развития вышли многие угнетенные в прошлом народы».3

Путеводной звездой для этих народов служит исторический опыт развития многонационального Советского Союза.

1 Вопросы истории КПСС, 1965, № 6, с. 61.

2 Андропов Ю. В. Шестьдесят лет СССР. М., 1982, с. 5.

3 Коммунист, 1982, № 18, с. 44.

<<<НАЗАД          В НАЧАЛО

Материал предоставлен автором журнала Антикварная англофобия
liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня  

© 2006-2009. Права на сайт принадлежат kungrad.com.
При использовании материалов с сайта ссылка на источник обязательна.
Администратор