Кунград

На сайте:

История › Документы › Торговля с Московским государством и международное положение Средней Азии в XV-XVII вв. › Международное положение Средней Азии в XVI-XVII вв. часть 2.

III. Международное положение Средней Азии в XVI-XVII вв.


16. 1647 г. января 27. — Отписка русского посланника Анисима Грибова с товарищами из Фарабата в Персии ц. Алексею Михайловичу в Посольский приказ с подробным описанием происходящих в Бухаре, Балхе и Хиве политических событий, препятствующих им проехать в эти страны.

Государю царю и великому князю Алексею Михайловичю всеа Русии холопи твои Анисимко Грибов с товарыщи челом бьют. В прошлом, государь, во 154-м году июня вь 17 день по твоему государеву цареву и великого князя Алексея Михайловича всеа Русии указу посланы мы холопи твои на твою государеву службу в Бухары и в Балх и вь Юргенчь к Недыр-Магаметю царя з грамотою, да с нами же холопи твоими к Недыр-Магаметю царю послано от тебя великого государя в поминках 2 кречета, 17 сороков соболей, 12 лисиц черных, пуд рыбья зубу, да с нами же холопи твоими послана от тебя государя грамота х кизылбашскому шах-[А]басу об нашем холопей твоих пропуске по его шаховым [320] городам, да проезжая грамота по его же шаховым по всем поморским городам, любо в которой город погодою занесет, да с нами же холопи твоими посланы грамоты в запас любо в котором государстве царь пременился: грамота к бухарскому к Абдулазиз царю, грамота к балхинскому к Недыр-Магаметю царю, грамота к юргенскому к Абыл-Газизу царю ... Далее следует краткое изложение полученной Анисимом Грибовым из Посольского приказа наказной памяти. И мы холопи твои по твоему государеву указу приехали с Москвы в Астарахань в нынешнем во 155-м году сентября в 14-м числе, а из Астарахани отпущены мы холопи твои с твоею государевою товарною казною за море на твоей государеве бусе октября в 17-м числе, и проезжие, || государь, нам грамоты по твоему государеву указу по шаховым городам из Астарахани за твоею государевою печатью царства Астарахан-ского даны. И божиею милостию, а твоим государевым счастием, пришли мы холопи твои из Астарахани за море с твоею государевою товарною казною под шахов город Фарабат ноября в 26-м числе дал бог здорово, и того же, государь, дни присылал к нам холопем твоим ис Фарабата на бусу фарабацкой дорога таможенного голову, и таможенной голова спрашивал нас холопей твоих какие мы люди и для какова дела к Фарабату на бусе пришли. И мы холопи твои говорили таможенному голове, что по твоему государеву цареву и великого князя Алексея Михайловича всеа Русии указу посланы мы холопи твои от тебя государя с Москвы для твоего государева дела и с твоею государевою товарною казною в Бухарскую землю к бухарскому и к балхинскому Недыр-Магаметю царю, а велено нам холопем твоим ехати в Бухары на шахов город Фарабат, а ис Фарабата велено нам проситца у фарабатцкого начальника в Бухарскую землю к бухарскому и к балхинскому Недыр-Магаметю царю для твоего государева дела и с твоею государевою товарною казною для торгу. И фарабатцкой таможенной голова говорил нам холопем твоим, что по шахову де указу в Фарабате и в Ашрефе и во всей Мазондранской земле ныне начальник мурза Касим, а ныне де, государь, его в Фарабате || нет, потому ноября де, государь, в 25-м числе, до нашего холопей твоих к Фарабату приезду за день, поехал он ис Фарабата в шахов же город в Ашреф провожати бухарского и балхинского Недыр-Магаметя царя, а был де, государь, Недыр-Магаметь царь у шах-Аббаса в Ыспогани для того: наперед де, государь, сего сидел в Бухарех и в Балхе на царстве он Недыр-Магаметь царь, а в Самаркане де, государь, сидел на царьстве сын его Недыр-Магаметев Абдулазиз царевич, и в прошлом де, государь, во 154-м году пришед из Самаркани в Бухары его Недыр-Магаметя царя сын Абдулазиз царевичь со многими своими ратными людьми и отца своего Недыр-Магаметя царя из Бухар выгнал и сел в Бухарех на царстве сам, а отец де его Недыр-Магаметь царь выбежав из Бухар сел было на царстве в Бал-хинском государстве. И посылал от себя Недыр-Магаметь царь из Балха в Ындею к индейскому шах-Джигану царю с тем, что сын его Недыр-Магаметя царя Абдулазиз царевичь из Бухар выгнал в Балхинское [321] государство и хочет его Недыр-Магаметя царя убить, и он бы де индейской шах-Джиган царь прислал к нему Недыр-Магаметю царю в Балхинское государство на помочь своих индейских ратных людей, чтоб ему Недыр-Магаметю царю с сыном своим с Абдулазизом царем управитца. И индейской де шах-Джиган царь, по присылке к себе балхинского Недыр-Магаметя царя, прислал к нему в Балх сына своего шах-Абазыза царевича да Али-Мердохана со многими индейскими ратными людьми, а тот де Мердохан наперед сего бывал шахов холоп и сидел державцом в ша-хове украином городе в Кандагаре ханом и шаху изменил, украинной шахов город Кандагар отдал и сам || отъехал к индейскому шах-Джигану царю. А как де, государь, индейского шах-Джигана царя сын шах-Абазыз царевич да Али-Мердохан с ындейскими ратными людьми в Балх пришли, и Балх засели, и Недыр-Магаметя царя жон и детей поневолили, и в то де, государь, время балхинского Недыр-Магаметя царя в Балхе не было, ездил из Балха со птицами гуляти в поле. И Недыр-Магаметь де царь, сведав то что пришли к нему в Балх индейского царя сын шах-Абазыз царевичь да Али-Мердохан со многими индейскими ратными людьми не для помочи, а пришли для взятья Балхинского государства, и Балх засели, и жон его и детей поневолили, и он де Недыр-Магаметь царь з гульбы в Балх не поехал, и побежал с одним своим сыном и с невеликими людьми в Ыспогань к шах-Абасу. И бил де челом Недыр-Магаметь царь шах-Аббасову величеству, чтоб шах-Абасово величество его Недыр-Магаметя царя пожаловал, велел ему дати своих шаховых ратных людей, а он де Недыр-Магаметь царь с теми его шаховыми ратными людьми пойдет на индейского на шах-Абазыза царевича и на Мердохана под Балхинское государство, и только он Недыр-Магаметь царь Балхинское государство возьмет, и он Недыр-Магаметь царь учинитца его шахов посаженик. И шах-Аббас де, государь, его Недыр-Магаметя царя пожаловал большим своим шаховым жалованьем и послал с ним под Балхинское государство талыского Сары-хана да его Сарыханова сына, а с ними ратных кизыл-башских людей розных городов 70000, и велел де шах-Аббас талыскому Сары-хану и сыну его Сарыханову с Недыр-Магаметем царем над Балхинским государством промышляти, чтоб Балхинское государство взяти и посадити на Балхинское государство на царстве попрежнему Недыр-Магаметя || царя. И мы холопи твои посылали в Фарабат к фарабатцкому дороге товарыща своего астараханского посадцкого человека Осипа Осипова да подьячего Ивана Львова и с ними к фарабатцкому дороге говорити приказывали, чтоб он фарабатцкой дорога для дружбы и любви твоего царского величества с шах-Аббасовым величеством отвел нам под твою государеву товарную казну анбары или лавки, где твоя государева товарная казна положити, и велел бы нам дати двор и прислал бы к бусе сандалы, в чом твоя государева товарная казна из бусы возити на берег, и людей. И ноября, государь, в 27 день фарабатцкой дорога отвел под твою государеву товарную казну на гостине дворе лавки и дал нам холопем твоим [322] двор, а к бусе прислал для выгруски сандалы и людей, и мы холопи твои твою государеву товарную казну из бусы выгрузили на берег и з берега свозили на гостин двор в лавки на шаховых подводах дал бог здорово. И посылали мы холопи твои ис Фарабата в Ашреф к фарабатцкому и к ашрефскому начальнику к мурза Касиму товарыща своего того ж Осипа Осипова да подьячего Ивана Львова для того, чтоб он мурза Касим приехал из Ашрефа для твоего государева дела в Фарабат. И декабря, государь, в 7 день фарабатцкой и ашрефской начальник мурза Касим из Ашрефа по нашей к себе присылке в Фарабат приехал и велел нам холопем твоим быти к себе на подворье, и мы холопи твои к фарабатцкому и к ашрефскому начальнику к мурза Касиму на подворье ходили, и твою государеву проезжую грамоту, которая дана нам холопем твоим на Москве, а писана об нашем холопей твоих пропуске по всем шаховым поморским городам, ему мурза Касиму казали, и другую твою государеву грамоту, которая послана с нами холопи твоими к шах-Абасову величеству об нашем же холопей твоих пропуске, объявили, и астараханскую грамоту, которая по твоему государеву указу писана к нему фарабатцкому начальнику к мурза Касиму от боярина и воевод от князя Федора Семеновича Куракина с товарыщи за твоею государевою печатью царства Астараханского об нашем же холопей твоих в Бухары пропуске, ему подали … Далее следует изложение подробностей пребывания посольства в Персии, опускаемое в настоящем издании, как не имеющее прямого отношения к основному содержанию сборника. Убедившись в невозможности дальнейшего следования в Бухару, Балх и Хиву, русские послы добивались у персидских властей разрешения отправить с этим известием в свое государство особого гонца, а им самим торговать в шаховых городах повольным торгом, беспошлинно. Так как на это потребовалось постановление верховной власти персидского государства, то послы от себя послали 9 дек. 1646 г. в Исфагань людей своих — Якова Шаровникова, подьячего Ивана Львова и стрельца с царской грамотою персидскому шаху. 13 января 1647 г. посланные возвратились с извещением, что шах Аббас принял их милостиво, дал свое согласие на отправление гонца в Московское государство и на право беспошлинного торга в своих городах, а их послов с государевыми товарами приглашал к себе. Да они ж Яков и подьячей Иван и стрелец сказывали нам холопем твоим: как де поехали они из Ыспогани в Фарабат и они де едучи на дороге от Кашани за 2 днища встретили гонца тезика, а сказывался де, государь, им тот тезик, что он едет в Ыспогань к шахову величеству с вестью из шахова украинного бухарского города Маров от маринского Алла-кули-хана, что де, государь, Недыр-Магаметь царь балхинской со всеми шаховыми ратными людьми стоит ныне в Мешети и проситца из Мешети под Балх через Мары, а под Марами де, государь, кочюют многие трухменские люди по смете тысечь с 60, а послушны де, государь, те трухменцы шахову величеству, и только де, государь, Недыр-Магаметя царя балхинского с [323] ратными людьми пропустити под Балх через Мары, и те де, государь, трухменцы, которые кочюют под Марами, хотят отойти ис под Маров с Недыр-Магаметем царем балхинским под Балх, а удержать де, государь, будет их никоими мерами не уметь, и о том бы де, государь, ему маринскому Алла-кули-хану велел шах указ свой учинить. Да тот же де, государь, маринского Алла-кулия-хана ганец сказывал им Якову и подьячему Ивану и стрельцу, что присылает де || из Бухар бухарской Недыр-Магаметя царя сын Абдулазиз царь в Мешеть безпрестани к отцу своему Недыр-Магаметю царю людей своих и с ними к нему приказывает, чтоб он Недыр-Магаметь царь прежную вину ему Абдулазизу отдал, и во всем бы его простил что он Абдулазиз царь его Недыр-Магаметя царя выгнал из Бухар в Балхинское государство, и шол бы де он Недыр-Магаметь царь со всеми ратными людьми, которые ныне с ним в Мешети, к нему Абдулазизу царю в Бухары; а он де Абдулазиз царь в Бухарех собрал ныне многих ратных своих людей и пойдет с ним Недыр-Магаметем царем вместе под Балхинское государство и над Балхинским государством учнут промышляти за одно, чтоб им Балхинское государство от индейских людей очистить. И Недыр-Магаметь де, государь, царь из Мешети с ратными людьми к сыну своему к Абдулазиз царю в Бухары ехати опасаетца, а боитца от него обману, чтоб его Недыр-Магаметя царя Абдулазиз царь обманом не убил. Да генваря, государь, в 17 день призывал нас холопей твоих х себе фарабатцкой начальник мурза Касим и шахов указ нам сказывал, что указал нам шах послати от себя ис Фарабата к тебе великому государю к Москве гонца, и корм ему и подводы и провожатого указал дати до Ширвани а от Ширвани до Терка, а нам холопем твоим велел шах с твоими государевыми товары ехати ис Фарабата к себе в Ыспогань, а с ыными твоими государевыми товары велел шах ис Фарабата ехати торговать по иным своим шаховым розным городам, где податно, везде безпошлинно, а подводы под твою государеву казну и под нас и корм нам и провожатых от города до города указал везде давати; да шахово ж де, государь, величество указал твои государевы 2 кречета, || которые посланы были с нами холопи твоими в подарках к бухарскому и к балхин-скому Недыр-Магаметю царю, взяти на себя, и которые де, государь, товары згодятца про его шахов обиход велел выбрати ему мурза Касиму, и прислати те кречеты и товары ис Фарабата к себе в Ыспогань с нами же холопи твоими. И по шахову, государь, указу выбрал фарабатцской начальник мурза Касим из твоей государевы казны на шахов обиход 3 сорока соболей, которые посланы были в подарках к бухарскому и балхин-скому и кь юргенскому царем, один сорок ценою в 200 руб., а другой сорок во 130 руб., а третей сорок во 120 руб., да 12 лисиц черных, да 3 постава сукон розных цветов одинцовых, || и велел нам холопем твоим с теми собольми и с лисицы и с сукны и с кречетами и с ыными твоими государевыми товары фарабатцкой начальник мурза Касим ехати ис Фарабата в Ыспогань к шаху. И прислал к нам холопем твоим фарабатцкой [324] начальник мурза Касим шахова жалованья поденного денежного корму всем вопче декабря с 7-го числа генваря по 27 число по полутретья рубли на день и дал нам холопем твоим грамоту, а велел тое грамоту послати нам з гонцом своим к тебе великому государю царю и великому князю Алексею Михайловичю всеа Русии к Москве, и мы холопи твои тое ша-хову грамоту за шаховою печатью послали к тебе к государю к Москве с стрельцом с Олешком Микулаевым генваря в 27-й день и велели подати в Посольском приказе твоим государевым дьяком думному Григорью Львову да Алмазу Иванову, а сами мы холопи твои по шахову указу с твоими государевыми кречетами и с выборными собольми и с лисицы и з сукны и с иными твоими государевыми товары поедем ис Фарабата в Ыспогань к шаху вскоре, а иные, государь, твои государевы товары посылаем мы холопи твои ис Фарабата в Мешеть и в Хурасан на шаховых же подводах с товарыщи своими с москвитиным с Матвеем Кудеяровым да с казанцом сь Яковом || Шаровниковым. А только б, государь, твоей государевы царевы и великого князя Алексея Михайловича всеа Русии грамоты с нами холопи твоими об нашем пропуске к шах-Абасову величеству не послано, и в шахове б, государь, земле по его шаховым городам; с твоей государевы казны пошлину взяли и подвод бы под твою государеву казну и под нас холопей твоих и корму нам не дали. А что, государь на шахов обиход выбрано ис твоей государевы казны поминочных соболей и лисиц и сукон, и только, государь, то все в Ыспогани на шахов обиход возьмут и учнут за то за все в Ыспогани давати из шаховы казны деньги, и мы холопи твои за те поминочные соболи и за лисицы из шаховы казны денег без твоего государева указу взяти не смеем. И о том нам холопем своим вели свой государев указ учинить.

На обороте: Государю царю и великому князю Алексею Михайловичю всеа Русии.

155-го июля в 3 день с астараханским стрельцом с Олешкою, Михайловым.

Помета: Июля же в 4 день государь и бояря слушали. Государь указал и бояря приговорили послать к Анисиму грамоту, кречаты поднести шаху, а што шах возьмет ис тово, што послано было бухарскому, и за то взять деньги, а в Бухары не ехать, торговать в Кизылбашах и промышлять больше селитрою и сырым шелком, а мелких товаров не покупать.

МД. Бух. ст-цы 1646 г. мая 11 — 1647 г. сентября 13, лл. 70 — 89.

17. 1647 г. после марта 27. — Отписка русского посланника Анисима Грибова из Исфагани ц. Алексею Михайловичу в Посольский приказ в дополнение к отписке от 27 января того же года с сообщением последних новостей пребывания их в Персии и новых вестей о положении дел в Бухаре и Балхе. [325]

Государю царю и великому князю Алексею Михайловичю всеа Русии холопи твои Анисимко Грибов с товарыщи челом бьют. В нынешнем, государь, во 155-м году генваря в 27 день писали мы холопи твои к тебе государю царю и великому князю Алексею Михайловичю всеа Русии к Москве ис Кизылбашские земли ис Фарабата с астараханским стрельцом с Олешком Микулаевым … Далее следует изложение напечатанной выше под № 16 отписки от 27 января 1647 г., см. стр. 319 — 324. И мы холопи твои по его шахову указу с твоими государевыми товары божиею милостию и твоим великого государя счастием ис Фарабата в Ыспогань приехали февраля в 29-м числе дал бог здорово, и по шахову, государь, указу, а по нашему холопей твоих челобитью, под твою государеву товарную казну отвели на гостине дворе лавки, а нас холопей твоих поставили на подворье и приставили к нам пристава. И марта, государь, в 11 день велел нам холопем твоим шах-Абасово величество быти к себе и твои государевы кречеты указал нам принести перед себя, и мы холопи твои по его шахову указу перед его шахово величество ходили и твои государевы кречеты перед него принесли, и шах-Аббасово величество указал те кречеты приняти у нас холопей твоих своим кречетником, а о том мы холопи твои шахову величеству говорити в то время не смели, что те кречеты посланы от тебя великого государя не к нему шаху, а посланы к бухарскому и к балхинскому Недыр-Магаметю царю, потому что говорено ему шаху о том на || перед сего, да и для того о том мы холопи твои ему шаху не говорили, чтоб его шахова величества тем не розгневити и твоему государеву делу в чом порухи не учи-нити. А мы холопи твои по твоему государеву указу учали твоею государевою товарного казною торговати в шаховых городех в Ыспогани, а иные твои государевы товары послали с товарыщи своими в Мешеть и в Хурасанские уезды, потому что в Бухарскую и в Балхинскую и вь Юргенскую землю с теми твоими государевыми товары за большим смятением никоими мерами ехати стало нельзе, промеж Балха и Бухар стоят с обе стороны многие ратные люди. Да марта, государь, в 27 день приходил к нам холопем твоим пристав наш Шалитиф и говорил нам холопем твоим, что прислан он к нам холопем твоим от шахова величества с тем: ведомо де ему шахову величеству учинилось, что балхинской Недыр-Магаметь царь с ратными людьми стоит ныне вь его шахове украин-ном городе в Марах и ссылаетца с сыном своим с Абдулазизом царем, который сидит ныне на царстве в Бухарех, Абдулазиз де царь зовет его Недыр-Магометя царя к себе в Бухары и хочет ему Бухары отдать, и он де Недыр-Магаметь царь в Бухары к сыну своему Абдулазизу царю ехати опасаетца, боитца от него себе убивства; а ныне де прислал Недыр-Магаметь царь из Маров в Ыспогань к шах-Абасову величеству посла своего и с тем своим послом к шах-Абасову величеству писал и словом говорити приказывал: ведомо де ему Недыр-Магаметю царю учинилось, что по твоему государеву указу посланы мы холопи твои от тебя великого государя к нему Недыр-Магаметю царю и ныне мы живем вь его шахова [326] величества области, и шах-Абассово б де, государь, величество велел нас холопей твоих прислати к нему Недыр-Магаметю царю, и шах-Абассово де, государь, величество указал о том допросити нас холопей твоих, мочно ли нам холопем твоим по твоему государеву указу ныне к Недыр-Магаметю царю ехати, и будет нам холопем твоим к Недыр-Магаметю царю ехати ныне мочно, и он шах-Аббас для твоей великого государя к себе дружбы и любви велит нас холопей твоих к Недыр-Магаметю царю отпустить || и до своих шаховых украинных городов велит под нас дати подводы из своей шаховы казны, и провожатых с нами пошлет, и твои государевы кречеты, которые посланы были к Недыр-Магаметю, велит нам холопем твоим отдати в те поры как мы из его шаховы области к Недыр-Магаметю царю поедем, и мы холопи твои приставу своему Шателипу гово-рили, что нам по твоему государеву указу к балхинскому Недыр-Магаметю царю никоими мерами ехати ныне стало нельзе, потому что в Бухарской и в Балхинской земле учинилось ныне большое смятение, а сам он Недырь-Магаметь царь живет ныне переходя вь его шахове области по розным городам, и мы холопи твои писали о том к тебе великому государю к Москве с нарочным станичником, и нам не дождався твоего государева указу к Недыр-Магаметю царю балхинскому никоими мерами ехати не уметь. И против наших холопей твоих допросных речей шахово величество к балхинскому Недыр-Магаметю царю о том с послом его писал и словом говорити приказывал.

На обороте: Государю царю и великому князю Алексею Михайловичю всеа Русии.

156-го генваря в 20 день с астараханским протопопом с Лаврентием.

Помета: Государь и бояре слушали.

МД. Бух. ст-цы 1646 г. мая 11 — 1647 г. сентября 13, лл. 110 — 113.

18. 1647 г. ранее октября 17. — Две отписки астраханских воевод кн. Федора Семеновича Куракина с товарищами ц. Алексею Михайловичу в Посольский приказ с препровождением распросных речей возвратившихся в Астрахань русских торговых людей, ограбленных в Хиве ханом Абул-Гази, подробно изложивших это дело и давших кроме того много сведений о политических событиях в Хиве.

I. — Государю царю и великому князю Алексею Михайловичю всеа Русии холопи твои Федька Куракин, Андрюшка Литвинов-Мосальской, Тимошка Голосов, Калистратка Акинфеев челом бьют. В нынешнем, государь, во 155-м году февраля в 7 день писали к тебе государю царю и великому князю Алексею Михайловичю всеа Русии мы холопи твои с астараханцом с Микитою Юдиным о торговых руских людех, которые в прошлом во 154-м году отпущены были из Астарахани в Юргенскую землю для торгу и их переграбил юргенский царь в Хиве. И в нынешнем же, государь, [327] во 155-м [году] июля в 6 день вышли в твою государеву отчину в Астарахань из Юргенские земли из города Хивы степью астараханские и казанские и иных городов торговые люди и стрельцы те, которые отпущены были из Астарахани в Юргенскую землю, Мартынко Кондратьев да Климка Васильев Соловьев да Федька Михеев с товарыщи 10 человек, а сказали: ограбил де их юргенской Абыл-Газы царь и товары у них все поимал. И били челом тебе государю царю и великому князю Алексею Михайловичю всеа Русии те торговые люди, которые пришли из Юргенчь из города из Хивы: напросился де у юргенского Абыл-Газыя царя юргенченин Ших-Баба ехать к тебе государю к Москве для того, что животы де ево в Астарахани, да он же де Ших-Баба говорил юргенскому царю, учнет де он бити челом тебе государю, которые хивинские торговые люди живут в Астарахани на твоем государеве имяни, и он де тех юргенских торговых людей з женами их и з детьми и со всеми их животы всех привезет с собою в Хиву, а их бы де руских торговых людей из Хивы до ево Ших-Бабина приезду в Астарахань отпускать не велел, и чтоб ты, государь, их пожаловал, юргенских торговых людей которые ныне в Астарахани отпускати их из Астарахани в Юргенскую землю не велел и животы их и товары велел бы ты, государь, переписать. И мы холопи твои по их челобитью юргенских торговых людей из Астрахани в Хиву отпускати не велели до твоего государева указу и товары у них велели переписать таможенным целовальником Перфилью Конищеву с товарыщи. А что нам холопем твоим те торговые || люди в роспросе сказали, и мы холопи твои те их роспрос-ные речи послали к тебе государю царю и великому князю Алексею Михайловичю всеа Русии под сею отпискою, а велели подать в Посольском приказе твоим государевым диаком думному Назарью Чистово да Алмазу Иванову.

155-го июля в 6 день вышли в Астарахань из Юргенские земли из города Хивы руские торговые люди, астараханец посадцкой человек Мартынко Кондратьев да казанцы посадцкие люди Микитка Гаврилов Коломнятин, Ивашка Васильев Пастухов, татарин Бекейко Иткинеев, свия-женин гостиные сотни Гаврила Онтипина приказщик Климка Васильев Соловьев, уфимец посадцкой человек Онтипка Иванов Рукавишников, нижгородец Мишка Семенов Хлебников, астараханские стрельцы Яковлева приказу Ушакова Федька Михеев, астараханец || Левка Григорьев Передков, церковной диачок Илюшка Фролов Сторожев, 10 человек, а в роспросе сказали: в прошлом де во 154-м году весною отпущены они из Астарахани за море на Кабаклытское пристанище на государеве бусе с своими и с посыльными товары гостя Григорья Никитникова да гостиные сотни Гаврила Онтипина и иных верховых городов торговых и аста-раханских посадцких людей, и даны де им были в Астарахани проезжие грамоты, будет де они на пристанище [не] исторгуютца, и им де с товары ехать в Юргенскую землю. И за морем де на Кабаклыйском пристанище торговать было им не с кем, и они де послали от себя в юргенской город [328] в Хиву с вестью про свой приезд, и по той де их вести прислал ис Хивы юргенской Абыл-Газы царь человека своего Исуп-Шиха а с ним к трукменским людем приказывал, чтоб они их руских торговых людей с товары от пристанища в город Хиву пропустили безо всякого задержанья и шкоты б им и грабежу в дороге не учинили, || а к ним де к руским людем юргенской царь приказывал, чтоб они ехали в город Хиву безо всякого опасенья. И по той де юргенского царя присылке они руские люди да казанские татаровя, которые с ними были, 14 человек с товары по проезжим грамотам от пристанища поехали в Юргенскую землю степью на купленых лошедях и на верблюдах, а лошади де и верблюды покупали на пристанище у трухменских кочевных людей. И шли де они от пристанища до города Хивы 3 недели, а трухменские де люди пропустили их вцеле против прежних отпусков и шкоты де никакие ни в чем от трухменцов им не было, а юргенского де Абыл-Газыя царя человек Исуп-Ших ехал дорогою в Хиву с ними вместе. И приехали де с товары своими в город Хиву августа в 12 день 154-го году, а товаров де их осматривать и переписывать присылал Абыл-Газы царь язычея своего Шаум-Абыза не допустя до города Хивы версты за две. А которого де дни они с товары своими в город Хиву приехали и на подворье стали, и того же дни Абыл-Газы || царь прислал к ним того же своего язычея, и взял с них тот язычей с товаров их на царя пошлину по цареву приказу. А после де того в 5-ой день присылал к ним Абыл-Газы царь звать к себе есть, и как де они к царю на двор пришли и Абыл-Газы де царь велел их всех перевезать и велел их вкинуть в тюрьму, а товары их велел взять на себя грабежем, и товары де их все привезли на царев двор, и царь де их товары на дворе у себя велел принимать при себе, а они де сидели в тюрьме связаны и ограблены 2 дни да ночь. И к тюрьме де к ним приходя полоненики руские люди, которые живут в Хиве у юргенских людей в полону, сказывали им, что Абыл-Газы де царь велел их в тюрьме побить, а им де полонеником велено их ночью ис тюрьмы выносить. А после де того пришед к ним к тюрьме сказывали им юргенские торговые люди: говорили де они абызом своим, чтоб они били челом об них царю, чтоб их царь побить не велел и велел бы их ис тюрьмы свободить, потому что де их земли есть торговые люди в госу-дареве отчине в Астарахани || и в иных городех с товары своими, и им бы де в государеве земле против того так же убойства и задержанья не учинилось; и абызы де их у царя упросили, побить их царь не велел, а велел де было их царь выняв из тюрьмы роздать в работу служилым своим людем за жалованье, и абызы де их и то у царя упросили, что их ис тюрьмы выпустить, а служилым людем в работу раздавать не велел. И на другой де день ввечеру велел их царь ис тюрьмы выпустить, и отдал их на руки абызу и зятю своему Касим-Хозе; и велел было их Абыл-Газы царь ис Хивы отпустить в Астарахань вскоре, и у царя де напросился юргенчанин Ших-Баба ехать к государю к Москве в гонцах, для того что животы де ево остались || в Астарахани, да он же де похвалился царю, что он из [329] Астарахани юргенских торговых людей з женами их и з детьми и со всеми животы, и которые юргенцы живути в Астарахани на государеве имяни, и он де их привезет с собою всех в Хиву, а их бы де торговых руских людей ис Хивы до ево Ших-Бабина приезду в Астрахань отпускать не велел. И Абыл-Газы де царь того юргенченина Ших-Бабу к государю в гонцех отпустил, а их торговых руских людей по Ших-Бабиным словам до ево с Москвы приезду велел держать в Хиве, а кормить де их велел отдать юргенским торговым людем. И на другой де день ввечеру по цареву веленью ис тюрьмы их выпустили и отдали абызу и цареву зятю Касим-Хозе, и тот де Касим-Хозя взяв их ис тюрьмы к себе на двор и роздал их кормить торговым людем, и они де жили во дворех у торговых людей и всякую работу работали. И ближним де царевым людем они бивали челом многижда, чтоб Абыл-Газы царь их пожаловал, велел им товары их отдать и велел бы их отпустить || в государеву отчину в Астарахань, и царевы де ближние люди им в товарех отказывали, а говорили: Абыл-Газы де царь поимал у них товары на себя для того, что ему нечем служилых своих людей жаловать, потому что де он на царстве учинился внове, брата своево на Исфиндиярово царево место, и в городе в Хиве ныне люди розореные и казны де царю збирать не с ково, и товаров де их царь им отдать не велит, а говорит де царь, что брата де ево прежнего юргенского Исфиндияра царя послы Эминь-Батырь-абыз да Назар да ево гонец Ших-Баба сь их царевою казною, и торговые их юргенские люди с своими товары, ныне в Астарахани, и они б де руские торговые люди за свои товары, что у них ныне велел царь взять на себя, взяли в Астарахани у послов их и у торговых людей из их товаров, а отпустить де их царь в Астарахань велит, только не вскоре. И они де жили в Хиве || у торговых людей во дворех до зимы, а зимою де юргенской Абыл-Газы царь с ратными своими людьми ходил ис Хивы войною на трукменцов, которые живут в послушанье у кизылбашского Аббас-шаха и кочюют под шаховым городом под Карасаном, и в те де поры на походе били челом они Абыл-Газыю царю, чтоб их пожаловал, велел отпустить в Астарахань, и царь де им приказал чтоб, они ехать в Астарахань готовились, а отпустит де он их как назад ис походу придет; и они де торговые люди, заняв у юргенских торговых людей до Астарахани денег, купили 4 верблюда да 3 лошеди, на чем бы им запас и воду вести, и дожидалися царя в Хиве. И Абыл-Газы де царь пришол в Хиву ис походу зимою ж перед масленою неделею, и трухменских де людей, сказывают, что он повоевовал, и полон де трукменской у хивинских ратных людей в приводе они видели. И как де юргенской царь ис походу в Хиву пришол, и они де ему об отпуске били челом вдругорядь, и юргенской де Абыл-Газы царь велел им || дожидатца в Хиве как гонец ево Ших-Баба с Москвы приедет к нему в Хиву; и они де жили в Хиве по май месяц нынешняго 155-го году, а в мае де месяце зговорясь их 11 человек вышли из города ис Хивы ночью на степь тайно, а с собою де вывели купленых своих 4 верблюда да 3 лошеди и пошли от Хивы [330] степью к реке Яику, и з дороги де от них за болезнью отстал и пошол назад в Хиву товарыщ их казанца посадцкого человека Микиты Сыроежина человек Ивашка Яковлев Глаткой, да собою остались в Хиве 3 человека, а они де 10 человек пришли от Хивы в Яицкой острожок, а шли степью до Яицкого городка 9 недель, а погонщиков за собою ис Хивы никаких людей, и дорогою идучи на степи за Яиком и до Яицкого острожка калмыков и татар, никово нигде не видали. || А иных де походов, опричь трухменского походу, при них у юргенского Абыл-Газыя царя войною никуды не бывало, а под Хиву де зимою же приходили войною трухменские люди, которые кочюют подле моря, и в полон юргенских людей поимали многих, а после де того под Хиву иных никаких воинских людей приходу не бывало, и по их де ис Хивы к Астарахани поезд у хивинских людей с трукменцы войны и миру не бывало ж. А с калмыцкими де людьми и с алтыульцы и сь едисанцы, которые кочюют с калмыки, юргенские люди живут в миру. И нынешнею де зимою при них калмыцкие люди и енбуйлутцкие и едисанские татаровя для торгу с лошедьми и с животиною и с продажным руским полоном приезжали в Хиву многижда, да и юргенские де люди в калмыцкие и в енбуйлутцкие и в едисанские улусы с торги по тому ж ездили зимою без урыву, и полон руской покупая в Хиву привозили, и ру || ского де полону в Хиве у юргенцов много. А про бухарских де людей слышели они от юргенских людей, что у бухарских людей в их в Бухарской земле война с ындейскими людьми за город Балх, что у бу-харцов взял индейской царевич, да и бухарские де городы все хотят индейские люди повоевать и ими завладеть, и индейские де люди бухарцов сказывают многолюднее. А товаров де у них юргенской царь взял грабежем: гостя Григорья Никитникова у приказщика у Федьки Михеева взято грабежем на 1000 на 50 на 7 руб. с полтиною, да у него ж взято посыльного товару нижегородца торгового человека Андреяна Аистова на 200 на 90 руб., да Евсевьева товару на 70 на 2 руб., да сверх хозяйского и посыльного товару, за их хозяйским животом за харчами и за провозом, ево Федькина товару взято на 200 на 50 на 7 руб., да у наемщика ево у Илюшки Фролова взято на 70 руб.; гостиные сотни Гаврила Онтипина у приказщика у Климка Васильева товару взято на 600 на 50 руб., да сверх хозяйского || товару ево Климкова товару взято на 200 на 50 руб.; у казанца торгового человека у Иваш[ки] Кирилова сына Мыльникова товару взято на 1000 на 100 на 15 руб.; у казанца у торгового человека у Микитки Гаврилова товару взято на 700 на 50 руб., да посыльного товару казанца Селивана Мануилова на 300 руб.; у казанца торгового человека у Василья Пастухова товару взято на 600 руб.; у уфинца Онтипы Иванова товару взято на 300 на 4 руб. на 13 алт. на 2 д., да посыльного товару казанца Михаила Ермолина взято на 20 на 1 руб.; у нижгородца у Мишки Семенова посыльного товару астараханца посадцкого человека Ивана Борисова Шадры взято на 600 руб., да ево Мишкина живота взято на 300 на 50 руб.; у астараханца посадцкого человека у Левки Григорьева посыльного товару [331] живоначальные Троицы астараханского монастыря слушки Ермолки Ермолина взято на 300 руб., да Васьки Рубцова товару взято на 100 руб., да Гришки саратовца товару взято на 80 руб., да ево Левкина товару взято на полтораста руб.; || у казанца посадцкого человека у татарина Бекейка Ишкенеева товару взято на 500 на 40 руб., да у наемщика ево Атайчика взято товару на 100 на 60 на 5 руб.; у астараханца у Максимка Васильева товару взято на 300 руб., да у него ж посыльного товару Ивашки пушкаря взято на 50 руб.; астараханца посадцкого человека Василья Кармачеева товару взято на 500 руб. с полтиною; казанца торгового человека Микиты Сыроежина товару взято на 1000 на 200 на 70 руб.; астараханца Мишки Архипова товару взято на 100 на 15 руб. (В Москве, в Посольском приказе, эту роспись подсчитали и сделали следующее добавление: И всего юргенской Абыл-Газы царь взял грабежем у руских торговых людей у 25 человек товаров их на 10 256 руб. на 30 алт. (л. 50).)

На обороте: Государю царю и великому князю Алексею Михайловичю всеа Русии.

Диак Тимофей Голосов.

156-го октября в 17 день с астараханскими станишники с сотником стрелецким с Михаилом Парфеньевым.

II. — Государю царю и великому князю Алексею Михайловичю всеа Русии холопи твои Федька Куракин, Андрюшка Литвинов-Мосальской, Тимошка Голосов, Калистратка Акинфеев челом бьют. В нынешнем государь во 155-м году июля в 24 день приехал в Астарахань из Юргенские земли ис Хивы степью сь юргенским послом Эминь-Батырем казанца торгового человека Микитин прикащик Сыроежина Ивашка Яковлев Гладкой, а в роспросе нам холопем твоим сказал: в прошлом де, государь, во 154-м году ездил он из Астарахани в Юргенскую землю с торгом с рускими торговыми людьми, а было де их всех 14 человек, и у них де, государь, руских людей товары их велел юргенской Абыл-Газы царь в Хиве пограбить и взял на себя все, а их велел посадить в тюрьму и ис тюрьмы их выпустил; и тому де, государь, июля по 24 число недель с 11 пошли было они руские люди 11 человек ис Хивы в Астарахань пеши, и отшед от Хивы 2 дни он Ивашка занемог и воротился назад в Хиву, а товарыщи де ево 10 человек пошли в Астарахань; и как де он Ивашка отстав от товарыщев своих шол к Хиве, и не дошед города Хивы верст за 20 в уезде у юргенских кладбищ нанел он юргенченина довести себя до Хивы, и пришед в город Хиву стал он на подворье у служивово || человека где наперед того жил, и после де, государь, того на третей день увидели ево в торгу царевы люди и привели на царев двор, и царь де ево велел роспросить, куды было он с товарыщи своими пошел и где ево товарыщи, и он де Ивашка сказал, что пошли де, государь, товарыщи его в Астарахань; и царевы де люди говорили, чтоб де над ними на дороге какие люди дурно [332] не учинили, а от юргенского де царя давно об них было приказано, велено их из Хивы отпустить; а в погоню де, государь, за товарыщи ево до ево приходу, и после того, никакие люди не посыланы; и жил де он в Хиве после того как от товарыщев воротился недель с 6 по своей воле, а не за береженьем; и после де, государь, того, а июля по 24 число тому 6-я неделя, юргенской Абыл-Газы царь послал к тебе государю к Москве в послех от себя юргенченина Эминь-Батыря, а он де Ивашка ис Хивы поехал с послом вместе, а на поезде бил челом он юргенскому царю, чтоб ему велел в дорогу кормец дать, и юргенского де, государь, царя люди ему в корму отказали, едет де он с послом и ево де|| посол в дороге прокормит, и ему де в дорога до Яику посол кормец сухарями давал не по многу. А про грабеж, государь, как их юргенской царь велел грабить, и про хивинские вести тот Ивашка сказал нам холопем твоим те ж речи, что и прежние товарыщи ево грабленые торговые люди, которые пришли в Астарахань наперед ево, в роспросе сказали, и о том писали к тебе государю мы холопи твои в сей же станице. А достальные де, государь, их товарыщи 2 человека, один руской, а другой казанской татарин, после грабежу ис Хивы пошли в Бухары с торговыми людьми в наймех, а третей их товарыщ в Хиве пропал безвестно, а чает он, что ево хивинцы убили из денег. А товаров де, государь, у него у Ивашки взяли в Хиве на юргенского царя на 1000 на 200 на 70 руб., да 4 верблюда, да лошедь цена 54 руб., да платья и ружья на 20 на 3 руб. Да слышел де он Ивашка в Хиве от тези-ков карасанцов, которые приехали в Хиву с торгом из Кизылбашские земли, что Бухары де нынешняго лета взял индейской царевичь, а которого месяца и числа того не упомнит, а стояли де под Бухары индейские люди з год. А про бухарского де, государь, царя от тех же карасанцов слышел он, что бухарской де царь прибрав себе в Бухарех русских людей, которые были в Бухарех в полону, с 300 человек и из Бухар с ними побежал, а куды побежал и где он ныне того он не ведает. Да нынешняго же де, государь, лета приходили в Хиву к Абыл-Газыю царю калмыцкие послы 4 человека, а о чем приходили того не ведает, и тем де калмыцким послом дал в Хиве Абыл-Газы царь 3 пищали, одна медная а 2 железных, а каковы ядром сколько весу того он не ведает, и повезли де они те пищали в калмыцкие улусы, а слышел де он Ивашка в Хиве, что те пищали взяты у казаков в прошлых годех которые казаки приходили под Хиву.

На обороте: Государю царю и великому князю Алексею Михайловичю всеа Русии.

156-го октября в 17 день с астараханским сотником стрелецким.

Помета: Государев указ послан в Астрохань к боярину с товарыщи, велено писать в Юргень, штоб государевых людей всех отпустил и товары их и с прибылью отдал, а пока людей не отпустит и товаров не пришлет, послов ево и торговых всех людей из Астрохани не отпущать, и товары у них взяв переписать, и в одно место положа запечатать, и велеть беречь [333] до государева указу накрепко, чтоб не погнили и гад не перепортил и от огня б было бережно. (Изложение всех обстоятельств дела об ограблении русских купцов ханом Абул-Гази см. в отделе I , № 75, стр. 200 — 206.)

МД. Хив. ст-цы 1646 г. августа 12 — 1653 г. июля 10, лл. 12 — 30.

19. 1669 г. не ранее ноября 6. — Отрывок статейного списка русского посланника Ивана Федотьева о пребывании его в Хиве у хана Ануша-Мухаммед-Бехадура.

А в статейном списке астараханца Ивана Федотьева да посадцкого человека Дмитрея Муромцова написано: отпущен он из Астарахани в Юргенчи сь юргенским послом во 177-м году февраля в 15 день, а в Юргенчь приехал июня в 2 день, и ехали степью на калмыцкие улусы Дайчина-тайши. А как де они приехали к городу Хиве на подхожей стан, и юргенской Анавша хан прислал к нему Ивану городничего, а с ним 2 лошеди с седлы и с узды, и приказал тому городничему у него Ивана и в приставех быть. || А как он Иван приехал в Хиву, и ево с товарыщи поставили на дворех, а корму им прислано на 3 дни по 9 лепешок да по борану, и он Иван о корму выговаривал, что они перед их юргенским послом, которой был у великого государя у его царского величества на Москве, в корму и в подводах оскужены, потому что по указу великого государя его царского величества послу их великого государя жалованье поденной корм и питье как на Москве так и в дороге в оба пути даван довольной. || И пристав де ему говорил: великий де государь его царское величество милостив, кого изволит того и пожалует, да и жаловать де есть чем, государства у него великого государя многие и многолюдные и всем изобильные, а юргенскому де хану таких росходов держать не ис чего, владенье малое и скудное. И июня де в 16 день юргенской Анавша хан прислал к Ивану с товарыщи с приставом корму 4 борана да круп и пшеницы 70 батманов, а в батмане по 10 гривенок руских, а сказал пристав, сколько де он Иван в Юргенчах жить не станет, и ему и государевым людем больши того корму не будет, потому что в прошлых годех при прежних юргенских царех великого государя его царского величества послом и посланником, также и иных государств, корму опричь 3-х дней не давано.

А на приезде у хана он Иван был июня в 19 день; а как к хану шол и встретили ево ближние люди и спрашивали, от великого государя || от его царского величества к хану любительные поминки присланы ль. И он Иван сказал что поминков от великого государя с ними к хану не послано. А как он Иван пришол к хану и речь говорил и поклон от [334] великого государя правил по наказу, и хан де, выслушав речи, про великого государя здоровье спросил от места приподнявся. И он Иван сказав про великого государя здоровье подал хану великого государя грамоту. || И хан де приняв грамоту и выслушав, ответу ему никакого не дал, а велел им у себя есть, и того дни он Иван с това-рыщи того дни у хана ели. И июня в 22 день у хана был он в ответе, и хан де ему говорил: против де великого государя его царского величества любительной грамоты приказал отписать о всех делех свою грамоту и отпуск ему будет вскоре, а что де царского величества в грамоте к нему написано по объявке посла своего Паланды Рузумова, бутто в государстве их годятца товары на рускую руку шолк сырец и верблюжья шерсть, и бутто юргенцы склады имеют в торговле с ындейцы, и про то де посол ево будучи на Москве объявил ложно, и за ту де ложь велит он хан ему учинить указ, а в государстве де ево всяких чинов люди верблюжьего шерстью и индейскими товары не торгуют, и складов с ындейцы не имеют, а шолк сырец мастеровые люди делают на год пудов по 100 и больши, а купят шолк дорогою ценою. И Иван говорил чтоб он хан в те городы, где шолк сырец делают, и в ыные городы для проведывания торгов поволил ему ехать. Да он же Иван хану говорил: ведомо великому государю его царскому величеству учинилось, что || вь Юрьгенчах многие руские люди в полону, да и он Иван многих руских людей видел, и чтоб он хан для царского величества дружбы и любви тех полоняников велел отпустить с ним Иваном. И хан де ему Ивану говорил: об отпуске де полону чаять он сстатись невозможно, потому что покупной а не войною взят, а об отпуске в городы его Ивана с ближними людьми он хан помыслит, и отпустили ево Ивана на постоялой двор. И того же дни Иван Федотьев послал от себя хану в подарках пару соболей, 4 аршина сукна багрецу, ковш серебряной, аршин бархату червчатого, юхть кож телятинных, полтретьи гривенки кости рыбья зубу, зеркало в поталье, 12 пугвиц серебряных цена 4 руб.; хановым ближним людем: 1-му человеку треух соболей, 4 аршина сукна полукармазину, юхть кож; 2-му человеку исподь соболей шапочной, юхть кож красных; 3-му человеку юхть кож красных же; 2-м человеком конюхом 4 аршина сукна амбурского. А послал ту почесть к хану и к ближним людем для того, чтоб он хан и ближние люди об отпуске руского полону не заупрямились. ||

Июня в 30 день ездил Иван Федотьев с приставом своим в городы в Канку да в Озарист для проведыванья торгов и товаров, и в тех де городех юргенские и хивинские всяких чинов люди меж себя торгуют зен-деньми и выбойки и бумагою хлопчатого и пестредьми и шолком сырцом, а купят де шолку сырцу пуд по 60 руб., выбойки по 13 алт. по 2 д., пе-стредь по 6 алт. по 4 д., зеньдень по 3 алт. по 2 д., бумаги хлопчатой пуд по полтора руб.; а делают шолк и бязи и зеньдени простые, а не чаро-вые, вь Юргенской земле, а бурмети и выбойки и бумагу и пестреди привозят из Бухар сами юргенцы, а бухарцы с товары в Хиву и в Юргенчь [335] приезжают мало, а индейцы и балхинцы не приезжают, и складов юргенцы с ындейцы в торгех не имеют, и верблюжьего шерстью не торгуют, и Росийского государства торговым людем от тех товаров большие прибыли и пожитков не чаять, || потому что в Астарахани тот товар купят не только шелк сырец и деланой немногим больши 40-а руб., а зендени по 4 алт. по 2 д., пестреди по 9 алт., бязи аршин по 3 д., бурмети и выбойки по 15 алт., бумагу хлопчатую по 2 руб. пуд. А как де он Иван в Хиву приехал, и хан имал ево перед себя и говорил ему: которые де руские люди живут у подданных ево, и тех людей привозят и продают дорогою ценою, и ему де хану своего владенья у подданных отнять купленных людей нельзе, потому что им то будет в оскорбленье. И отдал ему Ивану к великому государю грамоту, и отпустил ево хан изь Юргенчь сентября в 13 день, а подвод и корму им не дано. И ехал он Иван с товарыщи на наемных подводах до улусов Дайчина тайши, а кочевал де Дайчин-тайша за Яиком рекою от каменного Яицкого городка во днище. А от улусов Дайчин-тайша послал до Астарахани в провожатых улусных своих людей 10 человек, а подводы имали по улусом где прилучатца. || Да он же Иван будучи в Юргенчах слышел от многих руских людей, которые в Юргенской земле в полону, юргенской де Навша хан с великим государем сь его царским величеством в дружбе и в любви и в ссылке быть хочет, и послов своих и посланников к великому государю посылать учнет, да и купчий де своих с товары и торговым людем в Московское государство ездить и торговать велит. А ныне де послал он к великому государю посла своего, а с ним купчину с товары. Да и всяких де чинов торговые люди государские милости и присылки ко государю своему ради, и торговать Московского государства в городех хотят. Да при нем же де Иване был у юргенского хана бухарского хана посол, привозили хану платье для того, что он юргенской хан у бухарского хана зговорил на дочери женитца. А ратных де всяких чинов служилых людей во владенье юргенского хана с 15000 человек, служат лучным боем, а пищали есть мелкие и то не у многих людей. А земля де Юргенская не велика и хлебом и всем скудна и лесов нет, в летнее и в осеннее время есть варят травою, а в зимнее скудное время дрова привозят с великою нужею з Дарчи реки, а езды до той реки трои судки; да и вода приведена ис той же реки, а иных колодезей ключовых нет; а объезжают Юргенскую землю в 3 дни. А деньги делают медные и теми деньгами торгуют только меж себя. А с турским де салтаном и с крымским ханом у юргенского хана ссылок никаких нет, а с персидцким де шахом юргенской хан ведет [войну] || за то что персицкой шах против прежнего подарков погодно не присылает; и за то де юрьгенской хан ходил персицкого шаха в городы в Астрабат и в Карашар войною, и тех городов многих людей побили и в полон поимали; и ныне де у персицкого шаха в зборе многие ратные люди стоят в Мешете да в Страбате, и юргенской де хан имеет в том опасенье большое и чает на себя персицкого шаха приходу войною. [336]

Да он же Иван выкупил ис полону руских людей мужского полу 11 человек да жонку, а дал за них за всех окупу 828 руб.

МД. Хив. ст-цы 1668 г. июля 8 — 1670 г. июня 1, лл. 22 — 31. Датируется на основании сведений о возвращении в Астрахань Ив. Федотьева, см. табл. "Русск. посол.", п. 9. Напечатано Н. Веселовским в Туркестанских Ведомостях, 1882, № 20.

20. 1671 г. после февраля. — Запись "разговора" бухарского посла муллы Фарруха с подьячим Иваном Астафьевым о товарах, имеющихся в Бухаре.

Бухарской посол Муллофор говорил в разговоре с подьячим с Ываном Астафьевым, как переписывал бухарского хана поминки: на Бухарском де государстве государем учинился государь их хан после смерти отца своего Надырь-Магаметь-хана. А Надырь-Магаметь был на государстве после братей своих Абдулла-хана да Мам-кулы-хана. А до Бухарского де государства от Тобольска ходу будет 40 дней.

И подьячей Иван Остафьев спрашивал: какие в Бухарском государстве есть товары, || и селитра и шолк сырец в государстве их есть ли? И посол говорил: товары де у них киндяки да зендени и китайки, а камок и отласов мало, а которые и есть и те обышные. А селитры де в государстве их добре много и персицкой лутче, а продают ее в батманы, а батман их весом полтора пуда, а купят батман на их бухарские деньги по 5 алт., а бухарская копейка против русских 5-ти копеек, итого будет на русские деньги по 25 алт. А шолк де сырец имянуемой паф купят на их деньги по 2 руб.

МД. Бух. посольск. кн. 1669 — 1675 гг., № 1, лл. 31 об. — 32. Датируется на основании времени приемной аудиенции посла Фарруха ц. Алексеем Михайловичем — там же, л. 17. Напечатана в Сб. кн. Хилкова, Пбг., 1879, стр. 522 — 523.

21. 1671 г. марта 2. — Запись "разговора" бухарского посла муллы Фарруха с думным дворянином Артамоном Сергеевичем Матвеевым о многих вопросах внешней политики и внутреннего быта Бухарского ханства.

179-го марта в 2 день великий государь царь и великий князь Алексей Михайловичь [т.] указал бухарского Абдулазиз хана послу Муллофору быть для розговору у думного дворянина у Артемона Сергеевича Матвеева в дому. И того числа бухарской посол Муллофор с товарыщи у думного дворянина у Артемона Сергеевича в дому были, и думной дворянин Артемон Сергеевичь в розговорех послу говорил: к великому государю кь его царскому величеству прислал бухарской Абдулазйз хан з грамотою ево, посла своего, а в грамоте || великому государю кь его царскому величеству писано, что за дальним путем до нынешнего времени ссылки не было, а ныне послал к нему великому государю ево посла желая его [337] царского величества к себе милости и ссылки, и чтоб торговые люди на обе стороны промысл свой имели; и царское величество изволил ево принять честно, так ж и отпущает милостиво, и с ханом ссылке быть и торговым людем торговать изволил. И посол говорил: на его де великого государя милости и жалованье он челом бьет, что милостью своею взыскать ево изволил, а как он будет у государя своего у хана, и он великого государя его царского величества милость роскажет, а хан де послал ево к великому государю кь его царскому величеству для того нарочно, || чтоб с ним великим государем сь его царским величеством ссылки иметь безурывно и торговые б люди на обе стороны ходили. И у посла спрашивано: к великому государю кь его царскому величеству написано в хановой грамоте, что до сего времяни за трудностью дело не совершено, и какое дело и за какими трудностьми не совершено? И посол говорил: то де и дело, что хан их давно имеет охоту чтоб с царским величеством ссылкам быть, и не допущали до того калмыцкие ссоры и послать было хану послов своих опасно, потому что путь имеют чрез улусы их, || а как де тайши учинились спокойны, и хан де послал ево к великому государю кь его царскому величеству, чтоб изволил ево принять и впредь послом и торговым людем на обе стороны изволил ходить свободно. Да спрашивано у посла: Бухарское государство с которыми государствы смежно, и сколько езду от государства их царского величества до сибирских городов, и какие в государстве их есть товары, также какие товары им в государствах великого государя его царского величества потребны. И посол говорил: государство де их смежно с Ындейским государством и неподалеку и с калмыками, а ходу де от государства их чрез калмыцкие улусы || царского величества до города Тобольска 40 дней, и ход им на Тобольск податнее Астарахани, а до Индейского государства до порубежных мест поблиску, а до стольного города индейского, где живет индейской шах, будет ходу месяца с 4; а товары де у них в Бухарской земле: шолк сырец, каменье лалы, киндяки, китайки, камки, руда серебряная и оловя-ная, селитра, а иные де товары привозят к ним из Ындеи, потому что торговые люди беспрестанно ходят и привозят каменье и жемчюг и всякие узорочные товары; а в государстве де царского величества потребны им товары: соболи добрые, лисицы черные, горностаи, сукна, кость рыбья || зубу. И послу говорено: как то каменье и руду серебряную и селитру в государстве их добывают, и какими способы, и много ль ис пуда руды серебра выходит, и шолк и селитру в какову цену купят. И посол говорил: каменье де добывают промышленики, копают в горах и розбивают то каменье булатными снастьми и в средине находят лалы и иное каменье; а руды де серебряной в государстве их много, только промышлеников мало, а по скольку ис пуда руды серебра выходит, того он не ведает, только де руду ворят в котлах; а шолк || сырец покупают у них в дешевую пору по 2 руб. пуд, а селитры переплавливаной по 10 д. пуд на руские деньги. И как де межды великим государем его царским величеством [338] и ханом их дружба утвердитца и хан де поминки к царскому величеству учнет присылать немалые, что его царскому величеству будет годно. И послу говорено: ведомо великому государю учинилось, что есть в Бухарском государстве его царского величества пленные люди, которые вышли с полону из ыных государств и ныне живут в Бухарской земле, и чтоб он хан тех царского величества пленных людей || велел всех отпустить к великому государю кь его царскому величеству без задержанья, и тем подвижность свою к дружбе и любви показал, а великому государю его царскому величеству то будет в приятную дружбу и любовь. И посол говорил: как де он будет у хана и о том ему донесет, и надеетца он естьли которые руские люди к царскому величеству итти похотят и хан их отпустит, для того что хан их царского величества дружбы и любви с великим желанием ищет, только де те царского величества пленные люди у хана их в государстве в великой чести и многие из них начальными и ближними людьми || учинены и при ханове дворе пребывают. У посла же меж речей спрашивано: какими потехами хан их забавляется, и много ль при нем бывает тех людей, которые при дворе ево живут, и город где хан живет каким строеньем, и много ль при хане живет ратных людей, и какой у них бой. И посол говорил: хан де их к потехе охоту имеет звериную, потому что в государстве их зверей много, львов, маранов, бабров и иных диких зверей, а при дворе ханове бывает всегда людей по 3 и по 4 тысячи человек, а бой у них || копейной и лучной, и огненой бывает же только мало, а города где хан живет нет, построены слободы. И думной дворянин потчивав посла отпустил ево на подворье.

МД. Бух. посольск. кн. 1669 — 1675 гг., № 1, лл. 51 об. — 56. Напечатано в Сб. кн. Хилкова, Пбг., 1879, стр. 526 — 529.

22. 1677 г. после мая 24. — Отписка с пути, из Яицкого городка, возвращающегося из Хивы русского посланника Василия Даудова ц. Федору Алексеевичу с изложением последних вестей о политической обстановке в среднеазиатских государствах и Индии.

Государю царю и великому князю Феодору Алексеевичю [т.] холоп твой Васька Даудов челом бьет. По твоему великого государя царя и великого князя Феодора Алексеевича [т.] указу послан я холоп твой на твою великого государя службу в Хиву и в Бухары для твоих великого государя дел. И маия, государь, в 23 день приехали в Еицкой в Гурьев город, а ходу было степью ис Хивы з государьскими и пленными людьми до Яицкого Гурьева городка дикою безводною степью 6 недель, а руских пленных людей со мною холопом твоим выехало 55 человек да 3 человека казанских ясачных татар, а под пленных людей я холоп твой подводы купил заняв деньги в кабалы и их вывез на своих подводах. И живучи я холоп твой в Хиве и в Бухарех с твоими великого государя людьми [339] испроелся, потому что корму денежного и хлебного и подвод не было, а в Бухарех и в Хиве покупали хлеб и всякой харчь || самою дорогою ценою для того, что у них война и междоусобство великое; у бухарского хана война з балховским Супхан-кули-ханом, тому третей год безпрестанное кровопролитие, да на бухарского хана воюют ево хановы аламаны а живут они в горах. А бухарской и балховской ханы призывают себе на помочь на обе стороны хивинского Навша-Магамметь-хана и о том присылают в Хиву безпрестанно послов своих со многими подарки. А бухарской Абулазиз хан в ноябре месяце присылал в Хиву ближного своего человека Кара-Батырь хазю послом, а с ним прислал в дарех золота и серебра и иные многие парчи немалое число, и дочь свою бухарской хан за хивинского хана дает и призывает ево к себе в помочь, чтоб сопча итти с ним войною на балховского хана. И хан подарки ево принял и слово свое дал, что дочь ево взять за себя и в помочь к нему итти, а балхинской хан такожде присылает к хивинскому хану послов своих с поминки и призывает итти на бухарского хана войною, а дает дочь же свою. А месяца, государь, апреля 4-ое число хивинской хан послал в Бухары к хану ближного своего человека Ханмурзу, чтоб бухарской хан готовился, а он де хивинской хан едет к нему женитца на ево дочери и итти войною на балховского хана сопча. А с кизылбашским, государь, шахом бухарской и хивинской и балховской ханы в миру и послы и посланники меж себя ссылаютца, такожде и с ындейским шахом. Да при мне же холопе твоем бухарской хан послал к турскому салтану || посла своего с поминки, да со мною холопом твоим к тебе великому государю обещал послать посла своего с любительными своими поминки и не послал за войною и за междоусобством, а говорил мне холопу твоему, как де у него в земле смиритца и он де хан к тебе великому государю посла своего конечно пришлет вскоре. А хивинской хан послал к тебе великому государю со мною холопом твоим посла своего Надыра, а с ним поминков 9 лошадей иноходцов да парчи, а какие парчи того проведать не могли. А таварыщ мой Маметь-Юсуп Касимов повортился назад ис порубежного города Кабыла, а у индейского шаха не был, а сказал бутто ево не пропустили, а твою великого государя казну будучи в Кабыле продал, и в Хиве покупал руских пленных людей. А балховской хан послал к тебе великому государю посланника своего Чюра-Газы, а с ним 2 живые рыси да 9 иноходцов. А в Ындейской, государь, земле великая война и междоусобство, а воюют на индейского шаха авганы, а служили они авганы ему ж индейскому шаху, а живут те авганы в горах в крепких местех, и индейской шах посылал на них авганов царевичей своих и бояр со многими войски, и им авганом ничего не учинили. Да маия, государь, против 24-го числа на празник Вознесения христова на утренней зоре Яицкой город взяли яицкие воровские казаки, ворота городовые выломили барсом, а в то время я холоп твой с головою стрелецким с Антипою Казаковым || и с подьячим з Данилом Голдобиным ворота запирали, и от ворот [340] они нас из ружья отбили, и казаки в город вошли, и меня холопа твоего Ваську и астараханского голову стрелецкого Антипу Казакова ухватили и посадили за караул на твоем великого государя деловом дворе, и казаки из твоей великого государя зелейной казны зелье ручное и пушечное и ружье и ядра да 3 пушки и всякую казну взяли. А которые, государь, посланники хивинской и балховской и торговые люди человек 100, и меня холопа твоего с твоими государьскими и с пленными людьми, казаки переграбили донога без остатку, только осталися твои государевы иноходцы да 2 зверя живые рыси. Да от меня холопа твоего пошли в казаки человек мой кабальной Левка Дементьев немчин да наемной человек Антипка Афонасьев, и им казаком на меня холопа твоего ушничали злыми делами, чтоб меня им убить до смерти и посадить в воду. А воровских, государь, казаков яицких только было 250 человек, атаман Васька Петров сын Касимов, и начевали ночь и поехали на низ и лес многой с собою поимали и сказывали что им воровать на море. (Ср. документы, напечатанные выше, отд. I , №№ 99, 100, стр. 247 — 244.)

На обороте: Государю царю и великому князю Феодору Алексеевичю [т.].

Помета: 185-го августа в 12 день великому государю известно и бояром чтена в передней.

МД. Бух. ст-и,ы 1675 г. февраля 19 — 1685 г. января …, лл, 347 — 344.

23. 1677 г. не ранее июля 3. — Отрывок статейного списка русского посланника Василия Даудова, бывшего в Хиве и Бухаре в 1675 — 1677 гг.

А в статейном списке Василья Даудова, как он посылан в прошлом во 183-м году в Хиву, написано: не доезжая до Хивы за 2 днища встретил ево ханов дядька и привез к нему хлебов и овощей довольно, где начевал; и до Хивы едучи даван корм довольно ж, и была встреча за версту, а было на встрече ясаулов и узбеков человек со 100 и больши. В Хиве до ханова приезду даван сьестной корм довольно, а хан в то время был на войне в Бухарах, а как хан приехал, и ему даван корм сьестной же; а как у хана были на приезде, и в то время у него ели, а сидели особо поблиску хана, || и отпущен ис Хивы в Бухары. А как он Василей, едучи из Бухар назад, в Хиве был, и он был у хана у стола ж, а после того принесено к нему Василью 3000 хивинских денег, а руским счотом 150 руб. на отпуске; а потом у хана был у стола ж и сидел блиско хана, и воздев руки помолясь учинил хан ему Василью отпуск.

МД. Хив. ст-цы 1675 г. февраля 28, лл. 2 — 3, Датируется на основании времени возвращения Василия Даудова в Астрахань, см. табл. "Русск. посол.", п. 17.

<<<НАЗАД          В НАЧАЛО         ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ>>>

Материал предоставлен автором журнала Антикварная англофобия
liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня  

© 2006-2009. Права на сайт принадлежат kungrad.com.
При использовании материалов с сайта ссылка на источник обязательна.
Администратор