Кунград

На сайте:

История › Документы › Торговля с Московским государством и международное положение Средней Азии в XV-XVII вв. › Торговые сношения Московского государства с народами Средней Азии XVI-XVII вв. часть 2.

I. Торговые сношения Московского государства с народами Средней Азии XVI-XVII вв.


25. 1617 г. не позднее февраля 9. — Грамота ц. Михаила Федоровича хивинскому хану Араб-Мухаммеду I, отправленная с ханским послом Хаджи-Юсуфом о разрешении хивинским торговым людям приезжать для торговли в Московское государство через пристанище Кабаклы и о невозможности возмещения убытков, понесенных хивинскими купцами от разграбления людьми Ивана Заруцкого.

Бога безначального, невидимого, превыше небес пребывающаго и словом вся сотворшаго, и духом своим всем живот дарующаго, страшнаго и неприступнаго, владующаго силами небесными, и устрояющаго по всей земли всяческая, его ж трепещут и боятца небесная и земная и преисподняя, сего силою и действом стоим и движемся и пребываем и величеству его славу возсылаем, утвердившаго нас скифетр держати православия и пастырствовати словесным его овцам устроивша, ему же славу возсылаем. Мы великий государь царь и великий князь Михайло Федорович всеа Русии самодержец, [п. т.] Юргенчские земли начальнику Арап-хану милостивое наше царское слово с великою любовью и крепкое защищенье || от нашие царские власти тебе Арап-хану и всей твоей земле. Присылал еси к нашему царскому величеству вместе с станичники нашими с Девлекеем с Девлет Козиным с товарищи посла своего Юсюф-Хадзи з грамотою, и мы великий государь послу твоему Суфы-Хадзе велели наши царские очи видети и грамоту твою у него приняти велели и речи его выслушали милостивно и любительно, и что к нашему царскому величеству писал еси в своей грамоте и посол твой Суфы-Хозя речью говорил, чтоб нашему царскому величеству с тобою Арап-ханом быти в дружбе и в любви и в сылке по тому же как напередь сего прародители наши прежние великие государи цари и великие князи росийские. бывали в дружбе и в любви и в ссылке с прежними юргенчскими цари, и торговым бы твоим людем поволити приезжати в наши великия Российские государства на Кабалаклытцкое пристанище, а которые тут не исторгуютца и тем бы на наших бусах в нашу царского величества отчину в Астархань велети с товары приезжати || и по прежнему повольною торговлею торговати и назад отъезжати. И мы великий государь тебя Арап-хана в нашей царского величества в дружбе и любви держати и в сылке с тобою быти хотим по прежнему ... Далее следует постановление о повольной торговле с хивинскими купцами и о пропуске их [130] в разные "верховские городы" Московского государства, приведенное выше в речи думного дьяка Петра Третьякова, сказанной им хивинскому послу Хаджи-Юсуфу при вторичных переговорах в Посольской палает 8 февраля 1617 г., см. стр. 124 — 125. А что к нашему царскому величеству в той же своей грамоте писал еси, и посол твой нашим приказным людем говорил, что бутто нашего царского величества люди торговых твоих людей побили на Яике и животы все пограбили и привезли бутто на Самару в нашу царского величества казну 2700 руб. денег, и бутто те деньги в нашей царского величества казне, и нашему б царскому величеству по нашему царскому милосердому обычаю к тебе Арап-хану дружбу и любовь совершенную учинити тех людей твоих животы, которые есть в лицех, им велети отдати, а которых в лицех нет, и нашему б царскому величеству тех людей животы прислати || к тебе Арап-хану с послом твоим вместе. И мы великий государь тебе Арап-хану про то объявляем, какими обычаи над твоими торговыми людьми в то время учинилось, ведомо тебе самому Арап-хану ото всех твоих торговых людей, которые приезжали в наше государство и от послов твоих, что был в нашей отчине в Асторохани вор Ивашко Зарудской и воровка Маринка с сыном ... (В рукописи зачеркнуто: которой назывался бутто государской сын.) Далее следует повторное изложение обстоятельств разграбления хивинских купцов людьми Ивана Заруцкого, приведенное в речи думного дьяка Петра Третьякова, сказанной им хивинскому послу в Посольском приказе 26 января 1617 г., см. выше стр. 119 — 120. И что будет у тех воров взято ваших тезиков погромные рухледи и привезено на Самару или нашим ратным людем роздано, и мы великий государь, по нашему царскому милосердому обычаю, хотя тебя Арап-хана держати в нашей царской милостивой любви и в дружбе, и в сылке похотя с тобою вперед быти, велели есмя про тот погромной твоих торговых людей живот сыскати накрепко, и что будет вперед того погрому сыщетца, и мы великий государь то к вам велим отослать с вашими же людьми, которые вперед в нашем государстве у нас великого государя от тебя Арап-хана будут с послы и с гонцы и с торговыми людьми; || потому что нынешняго вашего посла велели есмя по его прошенью отпустить к вам не задержав зимним путем, и нашего человека к вам Арап-хану ныне с вашим послом не послали есмя для ж того, что послу вашему от нас отпуск по его прошенью отпуск учинился вскоре, а вперед мы великий государь вас Арап хана хотим держати в нашей царской пресветлой милостивой любви и в дружбе и в ссылке с тобою быти хотим. И ты б Арап-хан с нашим царским величеством был в дружбе и в любви и в ссылке и во всем на нашу царскую милость был || надежен, и торговым своим людем со всякими товары в наши великие Российские государства велел ходити на Кабалаклытцкое пристанище и в Астарахань. А мы великий государь бояром нашим и воеводам и всяким нашим приказным [131] людем во всем велим к ним для тебя Арап-хана береженье держати, и торговать им поволили по прежнему, а степью торговым людем ходити страшно, без людей поле не бывает, тем воровские люди кормятца, и послов бы еси и посланников к нашему царскому величеству посылал вперед без урыву, а мы великий государь по тому ж к вам наших людей учнем посылати, чтоб нам великому государю про тебя Арап-хана, также и про наше царского величества здоровье тебе Арап-хану ведати и вперед дружба и любовь меж нас утвержалась а торговым бы людем дорога не затворилась и на обе стороны как нашим, так и вашим торговым людем была прибыль. Писан в нашем царствующем граде Москве лета 7125-го февраля месяца.

МД. Хив. ст-цы 7677 г. февраль, лл. 7—11. Датируется на основании данных об отпускной аудиенции хивинского посла Хаджи-Юсуфа — См. табл. "хив. посол", п. 10.

Далее в деле следуют две "памяти" из Посольского приказа в Приказ Казанского Дворца от 17 и 18 февраля 1617 г. о посылке к астраханскому и казанскому воеводам грамот по исполнению всех перечисленных выше просьб и пожеланий посла, по коим последовали положительные резолюции. Обещанное послу разрешение тезикам торговать, помимо Астрахани, в понизовых городах получило при этом следующую формулировку: и государь их (тезиков) пожаловал поволил из Астрахани с товары ездить имянно на Царицын да на Самару да в Казань, а выше Казани ни в которые городы без своего государева указу ездити им не велели (л. 89).

Посол был отпущен из Москвы зимним путем через Нижний Новгород в Казань, где должен был дожидаться вскрытия Волги. Незамедлительно по открытии навигации посол имел быть отправлен в Астрахань, а оттуда морем на государевой бусе в Юргенскую землю.

Соответствующие грамоты в Казань и Астрахань были отправлены из Приказа Казанского Дворца 20 февраля 1617 г., причем казанским воеводам предписывалось отвести послу на время ожидания открытия навигации двор добрый, поставить к этому двору сторожей и наказать приставу, чтоб будучи у посла береженье держал, и никакие люди из русских и иноземцев к послу на двор не приходили, ни о чем не розговаривали, и сам бы посол никуды не ездил ... (лл. 95—96).

26. 1619 г. не позднее ноября. — Ярлык хивинскаго хана Араб-Мухаммеда I ц. Михаилу Федоровичу об отправлении к нему посла своего Рахим-кули для поддержания дружественных торговых сношений и с жалобой на астраханских воевод, причиняющих "продажи" и убытки хивинским купцам при взимании с них пошлин.

А се перевод юргенсково Арапа-Магамметя царя з грамоты, что прислана ко государю царю и великому князю Михаилу Федоровичю [132] всеа Русии в нынешнем во 128-м году с послом ево с Рагим-кулом февраля 18.

Высокопрестольному и благосчасному и милостивому и высокоручному и многое воинство имеющему, аки на небе звезды небесныя и разсудительному чесному и хвальному и дружелюбному великому государю белому царю и великому князю Михаилу Федоровичю с поздравлением поклон, а потом дай господи всякое ваше государево мысленно дело бог к доброму совершенью довел. А потом вам объявляем: ис прежних лет предки ваши московские государи с предками нашими с юргенскими цари послы и посланники о своих здоровьях ссылку держали и торговым людем || торг был на обе стороны повольной и дорога была чиста, и мы Арап царь смотря на прежней обычай послали ваше царское здоровье видеть и наше здоровье вам сказати посла своего Рагим-кулыя степью на Казань, и велел ему в твоем государстве что годитца на себя купити, а вперед даст бог к вам государю пошлю послов своих водяным путем. Да взяли у Рахим-кула астараханские князи 230 руб. денег, и вам бы те деньги Рахим-кулу велеть отдати, и что будет посол мой в твоем государстве на меня похочет купити, и вам бы великому государю ему в том повольна учинити. Да которые наши люди со всякими товары ездят в Астарахань и астараханские воеводы || им чинят продажи и насилованье и убытки и посулы емлют великие и товары их ценят великою дорогою ценою не по торговой цене и пошлины с них емлют не по прежнему уложенью, и наше прошенье у вас брата нашего, чтоб вам повеленье свое учинить и воевод своих уняти, чтоб торговым людем продаж и убытков не чинили и чтоб торговым людем ездити повольно и охотно. С тем с любовию грамота писана. А назади у грамоты в печати написано Арап-Магамметь царь.

Помета: Роспросить ево о всем подлинно, сколь давно деньги взяты и хто взял и хто какое насильство учинил и посул взял и какие пошлины емлют.

МД. Хив. ст-цы 1620 г. февраля 1 — июля ., лл. 11—13. При установлении даты настоящею документа учтено время проезда посла Рахим-кули от Ургенча до Москвы в связи с данными, сообщенными им в его распросных речах в феврале 1620 г., опущенных в настоящем издании, лл. 15—17 и сл. рукописи.

Из дела усматривается, что в связи с означенными жалобами, более подробно изложенными послом в специальных его "распросных речах", были посланы специальные грамоты в Самару и в Казань с запрещением чинить какие-либо притеснения приезжим восточным купцам, ценить их товары при взимании таможенной пошлины выше нормальной стоимости и брать с них посулы.

27. 1620 г. после февраля 19. — Челобитная хивинского посла Рахим-кули ц. Михаилу Федоровичу о разрешении ему купить несколько человек ясыр, об освобождении от уплаты пошлин с проданного им товара и об отпуске его в Хиву. [133]

Перевод с юргеньсково посла челобитной.

Великому государю царю и великому князю Михаилу Федоровичю всеа Русии бьет челом юргенской посол Рагим-кулы. Пожалуй государь, вели мне купить про Арап-ханов обиход в Казани или в Касимове немецкого или литовсково ясырю з двое или с трое, да пожалуй, государь, меня, не вели с моево живота в Казани имать пошлину, что я едучи к Москве продал в Казани для своево обиходу, а в Казани я продал живота своево для подъему 670 пестредей да 200 зенденей да 14 ямей бязи да десетеро коней да 270 бязей белых, и вели, государь, меня отпустить не задержав вь Юргенчь к государю моему Арап-хану, чтоб мне в Асторохани от бусново коровану не остатца, а ныне ставитца дорога поздая. Государь, смилуйся.

Помета: Государь слушел, поволил купити у татар от роду, а не крестьян; а пошлин с посольские рухляди не имати ж, а что было товаров с торговыми людьми, а не посольския рухляди, и с того пошлины взяти.

МД. Хив. ст-цы 1620 г. февраля 1 — июля ..., л. 29. Датируется на основании сопоставления с докладной выписью распросных речей Рахим-кули, сказанных им у себя на дому специально посланному к нему думным дьяком Иваном Грамотиным Прокофию Враскому в феврале 1620 г., лл. 14—22.

28. 1620 г. ранее июня 24. — Отписка казанского воеводы кн. Бориса Михайловича Лыкова с товарищами в Посольский приказ по делу о якобы неправильном начислении казанскими таможенными головами торговых пошлин с товаров хивинского тезика Ибрахима с товарищами, с приложением росписи тезиков, отпущенных из Казани вверх по Волге с перечислением имевшихся у них товаров.

I. — Государю царю и великому князю Ми[хаилу Федо]ровичю всеа Русии холопи твои Бориско [Лыков], Федька Лихачев, Ивашко Васильев челом бьют. В нынешнем, государь, во 128-м году майя в 24 день в твоей государеве цареве и великого князя Михаила Федоровича всеа Русии грамоте писано к нам холопем твоим ис Посольского приказу за приписью твоего государева дияка Савы Романчюкова по челобитью Юргецкие земли тезика Ибреима с товарыщи, чиняцта де им в городех убытки великие, которых де они товаров своих не испродадут, а поедут с ними назад, и с тех де товаров преж того у них имали отъезжие пошлины по 2 д. с рубля, а ныне де таможенные головы емлют с них отъезжие пошлины по полутретья алтына с рубля, а которого товару будет || у них на 50 руб. и таможники де емлют пошлину с 70-ти руб., а которых товаров на 40 руб. и с тех емлют с 50-ти и с 60-ти руб., а у кого на 20 на 5 руб. и с тех емлют с 40 руб., и нам бы, государь, холопем твоим таможенным головам о том приказати, чтоб они у тезиков имали пошлину прямую по твоим государевым уставным грамотам, а будет у тезика Ибреима ныне взяты с тех товаров, которые у него не проданы, рублевые пошлины с цены, а не проезжие пошлины, а преж того будет с непродажных товаров пошлины не [134] имываны и нам бы, государь, холопем твоим те деньги в[елеть] ему отдати чтоб … || и лишней деи пошлины у тех тезиков с товаров не имывал и цены на товар не прибавливал, имал пошлины с цены по чему в те поры в Казани тот их товар купили; да подал нам холопем твоим тезитцким товаром роспись сколько с кем отпущено вверх товаров, и мы холопи твои тое роспись послали к тебе ко государю под сею отпискою, а пошлин тезиком до твоего государева указу от[дати] не смели. ||

На обороте: Государю царю и великому князю Михаилу Федоровичи) всеа Русии.

128-го июня в 24 день подал отписку казанец Роман Бартенев.

Помета: Отписать ... [инозем]цов не берегут и по[шли]ны с них емлют … рублевые а товары не проданы а повезены дале, и тем меж государями чинят ссору и иноземцом продажу и вперед бы того не делали с непродажного товару котор[ый] в Казани не продадут пошлин рублевых не имали, а имали пошлины по уставной грамоте вправду, как то была преж сего, а лишних бы пошлин не имали и насильства не чинили и государя с шахом не сорили, а деньги б держали в казне, а в росход бы не давали, потому что взяты не по делу, хотя товар и в продажу явили, а не продали и с того рублевых пошлин взяти не довелося и над таможенными головами смотрели.

II. — Роспись тезиком, которые отпущены ис Казани вверх и сколько у ково какова товару.

Декабря в 1 день отпущен ис Казани на Олатор тезик Кизылбашские земли Мамаделейко Максютов а с ним товару: 35 ансырей шолку аряского, 15 дорогое цветных, 31 юфть сафьянов, 90 ансырей шолку пырсу, цена 248 руб., взято пошлин по 2 алт. з деньгою с рубля, итого 16 руб. 4 алт. Декабря в 9 день отпущен до Нижнево арменин Казаринко Меретев а с ним товару: 300 юфтей сафьянов, 200 ансырей шолку аряского, 6 пуд бумаги синие, 80 киндяков цветных, мяхкому товару цена 728 руб., а вещему 118 руб., взято пошлин с мяхково товару по 2 алт. з деньгою с рубля, а с вещево товару по 3 алт. с рубля, итого 57 руб. 31 алт. 2 д. Декабря в ... день отпущен в Перм[ь] арме[нин] Кизылба[шские земли] Алханко Харабет ... || лев, взято пошлин по 2 алт. з деньгою с рубля, итого 2 руб. 33 алт. Декабря в 16 день отпущен до Нижнево тезик Кизыл-башские земли Маметько Мамарифов а с ним товару: 200 ансырей шолку фарабату, 120 ансырей шолку аряского, цена 600 руб., взято пошлин по 2 алт. з деньгою с рубля, итого 39 руб.; а как тот Маметько приехал в Казань, и в Казани в таможне объявил и записал шолк в продажу фарабат и лас, а как поехал в Нижней и в отпуске объявился шолк аряской не против привозу. Да с ним же отпустил в Нижней шамахинского воеводы Исуп-ханов человек Кудабердей Вялеев Исуп-ханова товару: 100 ансырей шолку арясково, 30 дорогое гилянских, цена 305 руб., взято пошлины по 2 алт. з деньгою с рубля, итого ... руб. 27 алт. 3 д... || Декабря в 2 ... [день] отпущен до Нижнего [буха]ренин Хозя-Бречим Магметев а с ним [135] товару: 1300 киндяков цветных, 300 зенденей семенди цветных, 23 дороги бухарские, 20 завесов выбойчатых, 150 кушаков харчевых, 50 зенденей дюменди цветных, цена 1244 руб., взято пошлины по 2 алт. з деньгою с рубля, итого 80 руб. 28 алт. 4 д. Декабря в 21 день отпущен до Нижнево тезик Кизылбашские земли Мамин Бакин, а с ним товару: 80 киндяков цветных, полтретья пуда краски мяхкие, 6 кисей, 8 юфтей сафьянов, 10 зенденей дюменди, 4 выбойки уские, 6 ансырей шолку аряского, мяхкому товару цена 114 руб., а вещему 54 руб., взято пошлин с мяхково товару по 2 алт. з деньгою с рубля, а с вещев[о] товару по ... 12 ... || Генваря в 6 [день] ... тезик Кизылбашские з[емли] … метько Максутов а с ним то[вару]: 60 ансырей шолку пырсу, 10 ансырей шолку аряского, 30 дорогое гилянских плохих, 20 киндячишков плохих, цена 110 руб., взято пошлины по 2 алт. з деньгою с рубля, итого 7 руб. 5 алт. Генваря в 19 день отпущен до Нижнево тезик кизылбашенин Надрусеинко Мааметев а с ним товару: 120 ансырей шолку аряского, цена 300 руб., взято пошлины по 2 алт. з деньгою с рубля, итого 19 руб. с полтиною. И всего взято с продажного товару пошлин 255 руб. 21 алт. 5 д. А только б взяти было с них проез[жая] пошлина по 2 д. с рубля, итого 38 руб. 21 алт. 4 д. и государеве б казне было ., з деньгою ... || тезики же кизыл[башские] ... Касимов да Кирейко ... челом государю с теми же тезики … с товарищи, что бутто они … еха[ли] вверх с теми же товары, которые приехав в Казань явили, и тех тезиков в отпуске вверх не сыскано и отпуску им не бывало, нешто будет они с товарыщи своими проехали назвався кошевары, а кошеваров в отпусках имяны не пишутца, а взята у тех тезиков пошлина с приезду как товары свои явили в продажу. У Сеналейка взято пошлины и онбарщины 17 руб. 20 алт. 2 д., а с Кирейка пошлины и онбарщины взято 15 руб. 22 алт.

МД. Бух. ст-цы 1620 г. мая 24 — 1623 г., лл. 87—89 и 92—96. Ветхие, во многих местах столбцы истлели и осыпались.

Далее в деле следует соответствующая царская грамота в Казань, воеводе кн. Б. М. Лыкову с товарищами от июня 1624 г. с предписанием возвратить хивинскому тезику Ибрахиму и другим восточным купцам неправильно взятые с них лишние пошлины и с напоминанием впредь более внимательно наблюдать за всеми действиями таможенных голов. [До]сматривати над ними велели их крепко, чтоб они вперед так не делали, с приезжих иноземцов с тезиков с непродажного товару, которой повезут в дарех в отвоз продажных рублевых пошлин не имали, а имали нашии пошлины по нашим указом и по уставным грамотам в правду как было преж сего … чтоб в том меж нас и кизылбашского и бухарского и юргенского ссоры и нашим людем в тех государствах по … и убытков не было. В этой же грамоте приводится и извлечение из распросных речей таможенного головы Ивана Веретенникова, приводившего следующие мотивы в оправдание своего поведения: взял де он у тех тезиков пошлину большую потому, что они приехав в Казань товар свой [136] явили в таможне весь вместе, а сказали, что им тот товар свой весь продати в Казани, и торговали в Казани многое время, а в отвоз товару у себ[я] ничего не сказали, а у иных де тезиков в отпусках объявились иные товары не против приезду, потому что тезики в лавках сидят и живут вместе и торгуют меж с[ебя] тайно, а к[ото]рые де тор … приехав … и скажут что им вести в отвоз, и тот у них отвозной товар печатают таможенною печатью, и как поед[ут] ис Казани, и у них с того товару емлют отвозную меньшую пошлину, а большие де пошлины не емлют, а лишней де пошлины у тех тезиков с товаров не имывал … (лл. 97—109).

29. 1622 г. декабря … — Отписка казанских воевод кн. Ивана Одоевского с товарищами ц. Михаилу Федоровичу в связи с обвинением их в пропуске к Москве, вопреки указу, восточных купцов с малыми товарами.

Государю царю и великому князю Михаилу Федоровичю всеа Русии холопи твои Ивашко Одоевской, Лучка Щербатой, Потапко Внуков, Васька Частой челом бьют. В нынешнем государь в 131-м году в твоей государеве Цареве и великого князя Михаила Федоровича всеа Русии грамоте писано к нам холопем твоим, что писано от тебя государя к нам холопем твоим наперед сего, а велено кизылбашен и бухарцов торговых людей, которые учнут приезжати в Казань з большими товары и с теми товары учнут проситись для торговли ис Казани к тебе ко государю к Москве, и нам холопем твоим тех торговых людей кизылбашен и бухарцов з большими товары к Москве пропускати велено с проезжими грамотами, а с малыми товары иноземцов торговых людей ис Казани к Москве отпущати не велено. И ныне государь проезжают к Москве из Казани иноземцы торговые люди кизылбашеня и бухарцы и юргенцы с невеликими товары без приставов и без проезжих грамот и бьют челом тебе государю царю и великому князю Михаилу Федоровичю всеа Русии о пошлинах, чтоб с них твоих государевых пошлин не имати; и по прежнему твоему государеву указу и по нынешней твоей государеве грамоте кизылбашен и бухарцов торговых людей, которые учнут приезжати в Казань з большими и с узорочными товары, а учнут с теми товары проситися для торговли ис Казани к Москве, и тех торговых людей з большими и с узорочными товары велено нам холопем твоим к Москве отпущати и давати им проезжие || грамоты, а подводы им велети наймовати собою, а без проезжих грамот и с малыми товары иноземцов торговых людей к Москве ис Казани отпускати нам холопем твоим не велено, а велети б им торговати в Казани и в Нижнем, и твои государевы пошлины со всех торговых людей имати по твоему государеву указу и по уставным грамотам, а лишних бы пошлин мимо твоего государева указу с ыноземцов имати и насильства им никакого чинити не велеть, и того б нам холопем твоим беречи накрепко, чтоб головы собою затевая лишних пошлин на иноземцах не имали [137] и обид им никаких не чинили, да и самим бы нам холопем твоим во всяких мерах иноземцов ото всякого насильства оберегать и обид им никому чинить не велеть. И в нынешнем государь во 131-м году в ноябре да в декабре по прежнему твоему государеву указу отпустили мы холопи твои из Казани тезиков кизылбашен, Исуп-хановых людей, Арезепа Магаметева да Войта Валеева да Саналея Касимова, да тезиков же Садея Алибекова, Мамисея Янмаметева, Халыбердея Велеева с племянником с Авдалком, Айдара Амирбекова арменина, Богдашка Матвеева, да казанского жильца Мирсалейка Мирмагаметева с их товары в Ярославль, и проезжие государь грамоты за твоею государевою печатью царьства Казанского мы холопи твои им дали от Казани до Ярославля, и в Ярославль к воеводе к Богдану Воейкову да к диаку к Ивану Тимофееву мы холопи твои о том писали, чтоб они тех тезиков из Ярославля без твоего государева || указу к Москве и ни в которые городы торговать не отпускали, а к Москве к тебе ко государю тезиков кизылбашен и бухарцов торговых людей ни с какими товары ис Казани мы холопи твои не отпускивали, нечто, государь, будет тех торговых людей тезиков и бухарцов с невеликими товары отпускали к Москве из Нижнево и из Ярославля твои государевы воеводы и дьяки; а о пошлинах, государь, мы холопи твои таможенной голове и целовальником приказывали накрепко, чтоб они с тезиков с торговых людей, с кизылбашен и з бухарцов, твою государеву пошлину имали по твоему государеву указу и по уставной грамоте, а лишних бы пошлин с тех иноземцов с торговых людей затевая собою не имали и насильства б им никакова не чинили, а мы холопи твои по твоему государеву указу иноземцов тазиков во всяких мерах и ото всякого насильства оберегаем и обид им никаких никому чинити не велим.

На обороте: Государю царю и великому князю Михаилу Федоровичю всеа Русии.

Помета: Отписать в Ярославль против того ж, что в Казань.

МД. Бух. ст-цы 1623 г., лл. 1—3.

30. 1623 г. после февраля 15. — Дьячья помета на отписке тобольских воевод Матвея Годунова с товарищами о прибытии в Тобольск через Тюмень бухарского посла Чобака Балыкова.

Государь слушел, велел отписать чтоб посла бухарского отпустили в Бухары, а сказать что государь посылал к бухарскому посланника своего дворянина Ивана Хохлова, и царь держал у себя Ивана многое время и отпустил ни с чем, а приказные ево люди государеву посланнику чинили многие насильства и убытки и отпустили посланника ни с чем, и своего посла ко государю не прислал, а ныне прислал для кречатов, и кречаты потеха царская и посылает их государь от своей любви к великим государем, и будет бухарскому царю надобно поискати государские милости и любви и он бы прислал ко государю посла своего, а ехал бы п[осол] [138] на Асторохань, а ис Сибири к Москве дорога дальная и послы не ходят, а выговори отпустить его в Бухары совсем, а отпусти велеть о кречатах заказать накрепко, чтоб их нихто не ловил и с ними не ездил, а хто учнет кречаты промышлять и их ловить и с ними ездить и тешитца и тем быть кажненым, потому что те птицы потеха царская и ни х кому с ними ездить и тешитца не пригож; а о том велеть проведать, каковы в Сибири кречаты ловятца красные или подкрасные или крапленые и серые и в которых городех их ловят и какие люди, || да однолично ловить не велеть под смертною казнью. (В отписке тобольских воевод сообщалось, что прибывший в Тобольск 30 октября 1622 г. бухарский посол Чобак Балыков привез с собою в подарках московскому царюбархат червчат с искрою, мерою 8 арш. 2 верш. и камочку цветную, одновременно вручивши грамоту, написанную форсовским письмом, каковую на месте перевести не сумели. Основная просьба хана, переданная словесно послом, заключалась в желании иметь 3-х кречетов. Воеводы спрашивали, как им поступить с послом, и могли ли они послать кречетов от своего имени, имея в виду, чьо их можно было достать у местных ясачных людей.)

МД. Бух. ст-цы. 1620 г. мая 24—1623 г.,лл. 137 об.-138 об. Датируется на основании опущенной в настоящем издании записи на обороте отписки о времени ее подачи в Москве—15 февраля 1623 г.—л. 137 об.

Грамота соответственного содержания тобольским воеводам была отправлена 5 марта 1623 г.— Там же, лл. 140—147.

31. 1633 г. июня … — Ярлык бухарского хана Имам-кули, выданный купчине Хаджи-Ата-кули, посланному в Московское государство для закупки товаров, необходимых хану и его двору.

А. — Список с переводу татарского письма, какову подал бухарского Иман-гулыя царя купчина его Хозя-Итакулия 142-го году сентября в 23 день.

Облаадателя Иман-гула-Богатыря царя слово то есть. Князьям и диаком и всяким приказным людем руских отчин ведомо буди наше царское милостивое жалованье к ним будет; преж сего от деда нашего и от отца послы и купчины хаживали, а потом долгое время такова приезду и отъезду не бывало; и в нынешнем году ведома нам учинилось, что дорога очистилась, и мы для того послали старого своего холопа купчину || Хожи-Итакулия, а преж сего таких наших людей в Кизылбаши и во все пограничные государства пропускивали; а ныне мы ево послали в Астарахань и в Казань и к Москве и в ыные городы, а велено ему покупати что годно про наш царский обиход, и к нам бы то привести; о том ему указ свой учинили, да к тому б купчине приставити человека добра, чтоб ему ни в чем обид и насильства никакова не было, и с покупки и с продажи пошлин никаких и с людей головщины и ни с чево имати не велеть. А как он исторгуетца и куды похочет ехать, и ево б отпустите безо всякого задержанья, а однолично б наш сесь указ почтити. Писана грамота лета 1042-го месяца махаррама, а по русскому языку лета 7141-го месяца июня.

Б. — Он — богатый! Абул-Гази-Имам-кули-Бехадур-хан слово наше. Ведомо да будет правителям, приставам, чиновникам, сборщикам податей, караульным и заставам земли русской, что ныне светлейшие, высочайшие и святейшие августейшие помыслы обращены и направлены на охрану и поддержку людей достойных и совершенных. Так как хаджи обоих священных городов Кемал-ад-дин-Хаджи-Ата-кули принадлежит к числу рабов и слуг этого дома, по достоинству равного дому халифскому, и с юности и доныне носит аркан служения на плече и серьгу рабства в ухе, то пусть [139] он раздобудет, приложив старание, и доставит из ценных товаров и материй стран Индийской и Ирака и Тюрэ (?) и Казани и Москвы и прочих стран … то, что нужно. Потому вышеупомянутый по некоторым надобностям высочайшего двора за товарами и ценностями этих стран в ту область купцом послан, чтобы товар и добро всякого рода, которое он признает подходящим и подобающим нашему двору, оттуда закупив, в стольный город и высокую столицу доставил. Посему мы приказали, чтобы ни одно сотворенное существо не посмело препятствовать вышеупомянутому покупать те товары, добро и ценности, купить которые он для двора нашего захочет и пожелает, и чтобы никто не смел никаким образом притеснять его и мешать ему в приходе и уходе и двигался бы он и возвращался, каким путем пожелает. Пусть караулы и заставы караульной и заставной платой и податями его не затрудняют, ничего на него не накладывают и ничего не требуют и точного смысла высочайшего ярлыка не нарушают. Написано в священном месяце мухаррама 1042 г.

Вверху документа оттиснута черным миндалевидная печать с именем: Имам-кули-Бехадур-хан.

МД. А) Бух. ст-цы 1633 г. сентября 23, лл. 1—2. Б) Бух. грам. № 4. Подлинник на таджикско-персидском языке.

32. 1633 г. после октября 14. — Отписка астраханских воевод кн. Алексея Никитича Трубецкого с товарищами ц. Михаилу Федоровичу с извещением о прибытии в Астрахань присланного от бухарского хана купчины Хаджи-Ата-кули с товарами, о пропуске его, по его просьбе, вверх по Волге до Ярославля, и с просьбой дать указания по [140] вопросу о том, как поступать впредь в подобных случаях в отношении взимания пошлин.

Государю царю и великому князю Михаилу Федоровичю всеа Русии холопи твои Алешка Трубецкой, Бориско Нащокин, Федька Степанов, Васька Тимофеев челом бьют. В нынешнем государь во 142-м году сентября в 23 день приехал из-за моря в Асторохань на твоих государевых бусах с Караганские пристани бухарец Хозя-Такули, а сказал нам холопем твоим, что де он приехал из Бухар в твою государеву отчину в Асторохань от бухарского Мам-гулыя царя в купчинах с его товары, и подал нам холопем твоим лист писан татарским письмом, и мы холопи твои тот лист велели перевесть, а в переводе государь с того листу написано от Иман-гула царя: послал он купчину своего Хозя-Такулыя в Асторохань и в Казань и к Москве и в ыные городы, а велел государь тому купчине своему покупати про свой обиход товары какие годятца и с его б государь товаров что на него купчина его купит или что продаст и с людей головщины твоих государевых пошлин имати нам холопем твоим не велеть и насильства б и обид купчине ево никакова ни от ково не было, а как де государь || купчина ево товары исторгуетца и похочет ехать назад, и тово б государь ево купчину отпустить назад безо всяково задержанья. И мы холопи твои бухарского Мам-гулия царя купчину Хозя-Такулыя с товары велели поставить на бухарском дворе, а для, государь, береженья велели у него быть бухарского двора сыну боярскому Ондрею Тарбееву; и октября, государь, в 6 день бил челом тобе государю царю и великому князю Михаилу Федоровичю все Русии бухарского Мам-гулыя царя купчина Хозя-Такулы, а нам холопем твоим подал челобитную, чтоб тобе государю ево пожаловать, велеть ево Ман-гулыя царя с товары отпустить из Асторохани вверх || до Казани и до Нижнего и до Ярославля, а в Асторохани де он торговать не хочет. И мы холопи твои велели в сьезжей избе доискатца прежних твоих государевых указов, наперед сего от бухарских царей купчины с их товары в Асторохань приезживали ли и с товаров их твою государеву пошлину имывыли ли, и в сьезжей, государь, избе о приезде в Асторохань от бухарских царей купчин с товары твоих государевых никаких указных грамот и записок не сыскано, да и купчина, государь, Хозя-Такулы нам холопем твоим сказал, что де государь наперед сего от их бухарских царей в Асторохань ни с какими товары николи не бывали, а ездят де от их бухарских царей с товары купчины в Казань и в Нижней и в Ярославль, а дорога их бывает на Самару, а твоих де государевых пошлин бухарского царя с товару на Самаре и в Казани и в Нижнем и в Ярославле не имывали; и мы холопи твои велели таможенному голове Василью Босова с товарыщи принести || к себе роспись на сколько рублев бухарского царя Мам-гулыя купчина Хозя-Такулы товаров в Асторохань привез и какие товары и что с тех товаров доведетца взять твоих государевых пошлин; и таможенной голова Василей Босов с товарыщи нам холопем твоим принес роспись за рукою товарыща своего Гарасима [141] Гребенкина, а в росписи государь написано по их смотру и по цене бухарского Иман-гулыя царя у купчины Хозя-Такулыя товару: || зенденей и шолку и бязей и пестредей и кушаков и кафтанов азямских зенденных на 4000 на 800 на 90 на 1 рубль, а твоих де государевых таможенных всяких пошлин с тех товаров доведетца взять 171 руб. 6 алт. з деньгою; и мы холопи твои тех твоих государевых пошлин бухарского Иман-гулыя царя на купчине его Хозя-Такулые таможенному голове Василью Босову с товарыщи до твоего государева указу имати не велели, а в тех твоих государевых пошлинах по купчине Хозя-Такулые велели в твою государеву казну взять поручную запись, будет ты, государь, укажешь на нем купчине с царевых товаров свои государевы пошлины взять, и те, государь, ему пошлины в твою государеву казну заплатити в те поры как он исторговався в верховых городех приедет в Асторо || хань; и того, государь, купчину Хозя-Такулыя из Асторохани отпустили вверх до Казани и до Нижнего и до Ярославля октября в 14 день, потому что, государь, в твоем государеве наказе нам холопем твоим написано, которые торговые люди в Асторохани торговать своими товары не похотят, а похотят с товары своими ехать в верховые городы, и тех, государь, торговых людей из Асторохани в верховые городы отпускать велено, потому что, государь, с тех торговых людей в верховых городех сь их товаров емлют твою государеву большую пошлину; и о тех, государь, своих государевых пошлинах что довелось взять на купчине Хозя-Такулые, и вперед, государь, о приезде и об отпуске бухарского царя о купчинах, которые учнут в Асторохань приезжати бухарского царя с товары, вели нам холопем своим свой государев указ учинить. А каков, государь, лист бухарской Мам-гулы царь прислал к нам холопем твоим, и мы холопи твои тот лист для подлинного ведома послали к тебе ко государю под сею отпискою.

На обороте: Государю царю и великому князю Михаилу Федоровичю всеа Русии.

142-го декабря в … день с астараханцем с Борисом Малыгиным.

МД. Бух. ст-цы 1633 г. сентября 23, приложение, лл. 7—12.

33. 1633 г. октябрь — ноябрь. — Ярлык хивинского хана Исфендиара ц. Михаилу Федоровичу с предложением совместного выступления против калмыков, кочующих на Эмбе и прервавших сухопутный торговый путь между Хивою и Московским государством.

Великому государю и превыше Александра царя и благосчастием и многое войско имеющу, превыше Джемшида царя, подобен солнцу сияющу, и пресветлому лицу, божиею милостию на престол вознесенному, великому государю белому царю ото многа много челом бью. А после челобитья ведома вашему величеству буди: из прежних лет предки наши с предки вашими о дружбе и о любве меж собой ссылку послами держали и добрыми дарами меж собою ссылались, и торговые люди на обе [142] стороны с товары хаживали повольно, и ныне хотенье наше о том же, чтоб меж нас также послы о дружбе ходили, и торговые бы люди на обе стороны ходили повольно, а то || нам не годно, что в нынешние наши дни ссылка урвати. Да буди вам ведомо, что в нынешнее время воры калмы[ки] собрався кочуют на Ембе, которы[е] наши торговые люди хаживали с торгом в ваше государство сухим путем, и они ныне дорогу занели, и людей наших не пропущают; и только вы поволите с своей стороны, и повеленье свое к холопам своим к нагайским людем только послать велите, чтоб они шли на калмыков, а с здешныя стороны я пойду с своими люди на тех калмыков, и милостию божиею чаяли того, что их с того места збить, и попрежнему б торговым людем на обе стороны [дорога] очистилась. Да слышели есми, что у вас великого государя в государстве вашем есть добрые пансыри, и вам бы пожаловать, прислать ко мне доброй пансырь, а что к вашему величеству годно в нашем государстве, и повелите нам, и мы то учиним. Да как был у вас на Москве юргенской посол Махтаман-бай, а в Юргенче в те поры было межъусобье, и у нево Махтаман-бая, да у Хажи-Исупа животы поиманы, и взяты в вашу великого государя казну, а оба они люди мои, и только поволите те животы отдать, и вам бы велеть их отдати послу нашему Хоже-Магаммет-Богатырю, и яз бы их отдал тем людем || чье те животы; и посла б моего вам задержати не велеть, а велеть бы вам ево отпустить ко мне вскоре, чтоб мне ведать будет ли ваше повеленье нагайским людем о походе на калмык, и мы бы также готовились. Со униженьем (Так в рукописи.) грамота писана. Да послал есми к вашему величеству скорым делом жеребец аргамачей да жеребец аргамачей же сер иноход, да два тулунбаса, да саблю, да два лука, да елбарсова кожа. Так вашему величеству буди ведомо.

МД. Хив. грам. № 4, лл. 1—2. Копия нач. ХIХв. Имя хана, приведенное в заголовке, установлено на основании хронологических данных — см. табл. № 1. При установлении даты настоящего документа учтено время, необходимое для проезда от Ургенча до Москвы — см. табл. "Хив. посол.", п. 14.

34. 1634 г. ранее марта 9. — Челобитная прибывшего в Ярославль бухарского купчины Хаджи-Ата-кули ц. Михаилу Федоровичу о разрешении беспошлинно продать в Ярославле привезенные им товары бухарского хана и вывезти обратно закупаемые им для того же хана русские товары также без уплаты пошлин.

Царю государю и великому князю Михаилу Федоровичю всеа Русии бьет челом бухарского Инмам-гулыя царя купчина Хозя Атакулов. Послан я из Бухар от государя моего бухарского царя Имам гула в твою государеву отчину в Асторохань с ево государевым товаром; отпущен, государь, я из Асторохани от бояр и воевод по проезжой грамоте до Ярославля и с тою, государь, (В рукописи очевидно пропущено — грамотою.) в Ярославле путь последной, ехать нельзя. А [143] товару государь со мною в Ярославль пришло царева: 2626 зенденей червчатых, да 2000 зенденей цветных чаровых, 1530 зенденей семенди цветных, 735 ансырев шелку ласу, 38 киндяков, 325 пестредей, 664 балха белых безей, 30 азямов зенденных, 200 ямей бязи, 70 выбоек, и те товары стоят в Ярославле до твоево государева указу. Милосердный государь царь и великий князь Михайло Федоровичь всеа Русии, пожалуй государь, вели мне тот тавар государя моего бухарского царя Имам-гула в Ярославле продати и на тавары променяти которой тавар со мною от бухарского царя послан, и вели, государь, мне в Ярославле про государя моего бухарского царя обиход товару купити, и с тово, государь, тавару государя моего бухарского царя не вели своих царьских пошлин имати. Царь государь смилуйся, пожалуй.

Помета: 142-го марта в 9 день государь пожаловал, велел выписав доложити себя государя … пошлину с купчины бухарского … (По этой челобитной 11 марта 1634 г. состоялось соответствующее постановление, изложенное в памяти дьякам Федору Панову и Ивану Переносову о посылке грамоты астраханским воеводам о невзимании пошлин с товаров, привезенных Хаджи-Ата-Кулом, потому что о том купчине и о товарех своих писал к нему ко государю, бухарской царь, да и потому что и с шаховых товаров его государевых пошлин не емлют ж.)

МД. Бух. ст-цы 1633 г. сентября 23, приложение, л. 14.

35. 1634 г. июня … Грамота ц. Михаила Федоровича хивинскому хану Исфендиару о согласии своем на совместное выступление против калмыков, кочующих по Эмбе, о мерах, принятых к облегченью условий торговли в Московском государстве хивинским купцам, и о прочем.

Божиею милостию от великаго государя царя и великаго князя Михаила Федоровича всеа Руссии самодержца [п. т.] Юргенские земли начальнику Исминдеяр-хану || наше царское слово. Присылал еси к нашему царскому величеству посла своего Хозю-Маммет-Богатыря с грамотою, и мы великий государь послу твоему Хозе-Маммет-Богатырю велели наши царские очи видети и грамоту твою у него приняти велели, и речи его выслушали милостивно, и что к нашему царскому величеству писал еси в своей грамоте, и посол твой Хозя-Маммет-Богатырь речью говорил, чтоб нашему царскому величеству с тобой Исминдеяр-ханом быти и в любви и в ссылке по тому ж, как наперед сего прародители наши прежние великие государи цари и великие князи российские бывали и в любви и в ссылке с прежними юргенскими цари, и послом бы меж нас о любви и торговым людем на обе стороны ходити повольно, а в нынешнее время меж нас великого государя с тобою ссылка урвалась, потому что воры калмыки собрався кочуют на Ембе, и которые торговые люди в наше царского величества государство хаживали сухим путем, и ту дорогу у них калмыки заняли и людей ваших не пропущают; и мы великий [144] государь тебя Исминдеяр-хана в нашей царского величества || дружбе и в любви держати и в ссылке с тобою быти хотим по прежнему, как наперед сего прежние великие государи цари и великие князя российские прародители наши прежних юргенских царей держали в своем царском любительном жалованье и в дружбе и в ссылке с ними были, и торговых твоих людей для тебя Исминдеяр-хана пожаловали есмя, поволили им с их товары в наши великии российские государства приежати на Кобалаклытское пристанище по прежнему, и с нашими с русскими людьми торговати повольною торговлею, а будет тут не исторгуется, и мы их пожаловали велели из нашие отчины из Астарахани посылати под них и под их товары на Кабалаклытское пристанище бусы, и их самих и товары их в Астарахань привозити, а в нашей отчине в Астарахани поволили есмя им с нашими торговыми людьми торговати и товары на товары меняти во всем повольною торговлею, опричь заповедных товаров; а будет которые вашия земли тезики вперед похотят из нашия царского величества отчины из Астарахани для торговли ехати с товары по Волге вверх в наши царского величества || городы, и мы великий государь и тех для вас Исминдеяр-хана пожаловали, поволили им ездити бояр и воевод наших и приказных людей по проезжим грамотам, и во всем им вперед в торговле повольность и береженье и ласку и милость велели есмя держати, а задержанья им и обид и насильства никому чинити не велели, и о том о всем в нашу царского величества отчину в Астарахань и во все наши поволские городы к боярам нашим и воеводам и ко всяким нашим приказным людем наш царской крепкой указ послати велели есмя. А что к нашему царскому величеству в той же своей грамоте писал еси, чтоб нам великому государю наше царское повеленье к нагайским людем велеть послать, чтоб они шли на колмыков, а ты с своей стороны пойдеш на них с своими людьми, чтоб их с того места збить, чтоб торговым людем на обе стороны дорога очистилась, и посла б твоего велеть к тебе отпустить вскоре, чтоб тебе ведать, будет ли наше царское повеленье нагайским людем в походе на колмыков, и ты б на них також готовился, и мы великий государь наше царское || повеленье в Асторохань к воеводам нашим пошлем, а велим им наших ратных людей и нагайских татар на калмыков посылати, и над ними за их воровство промышляти, сколько бог помочи подаст, потому что калмыки и нам великому государю грубны, на ногайские улусы приходят и животину отгоняют и нагайским людем шкоту чинят, а ты б с своей стороны на них своих ратных людей посылал и над ними по тому ж промышлял, чтоб над ними поиск учинити, и послом бы и торговым людем на обе стороны дорога была чиста. А что к нашему царскому величеству ты же в грамоте своей писал, как был на Москве юргенской посол Махтаман-бай, а в Юргенче было межъусобье, и у нево Махтаман-бая, да у Хожи-Исупа животы поиманы и взяты в нашу царского величества казну и нам бы великому государю велети те их животы отдати послу твоему, и мы великий государь тебе [145] Исминдеяр-хану объявляем какими обычаи над теми юргенскими послы в то время учинилось: в прошлых годех посылан был от нашего царского величества в Бухары к Имам-гулию царю посланник наш Иван Хохлов а ехал он в Бухары через Юргенскую землю, и в Юргенской земле ему Ивану и переводчику || и толмачом, которые с ним посыланы для нашего царского величества дела, и нашим торговым людем от прежнего юргенского Абеша царя и Ильбарса царевича была многая теснота и убытки великие, и в Юргенской земле, в Тюрхмени, и в Тюп-Карагани юргенские люди ево Ивана и с ним наших царского величества людей всех хотели побить; и он Иван и торговые наши люди от них откупались, и давали им многие свои животы, а как он ж Иван и наши царского величества люди ехали назад, и их потому ж во многих местех юргенские Абеш царь и Ильбарс царевичь из животов велели побить, и они от них пооткупились, а полонеников которых было отпустил к нашему царскому величеству бухарской Имам-кулый царь, и которых он Иван и торговые наши люди окупали 23-х человек у них отняли и животы их все Абеш царь и Ильбарс царевичь пограбили, а отца своего ослепили, и в прошлом в 133-м году как были в нашем государстве прежнего юргенского Абеша царя да Ильбарса царевича послы Юсуф-Азия да Мантан-бай, и в те поры у них животы их в нашу казну взяты за неправды юргенского Абеша царя и Ильбарса царевича, что || они посланнику нашему Ивану Хохлову и переводчику и толмачом и торговым нашим людем многую тесноту и убытки починили и животы их пограбили, а самих хотели побить, и полон которой к нашему царскому величеству отпустил было бухарской Имам-кулый царь отняли, а взяты послов их животы немногие против их Абеша царя и Ильбарса царевича грабежу, тех посольских животов и вполы не было. И тебе Исминдеяр-хану о том вперед нашему царскому величеству писать не о чем, учинилось в те поры тем послом, что за неправды прежнего юргенского Абеша царя да Ильбарса царевича, и в те поры тем послом сказано за что у них те животы взяты и сыскивать тех их животов и отдавать не доведетца, а вперед к послом твоим и к посланником и к торговым людем велим в нашем государстве … и береженье держать и обид им ни от кого не будет. Да послал есмя к тебе Исминдеяр-хану с послом твоим с Маммет-Богатырем 4 сорока соболей, а посла твоего Хожу-Магаммет-Богатыря велели есмя отпустить к вам не задержав, а нашего человека к вам Исминдеяр-хану ныне с вашим послом не послали есмя для того, что послу вашему по его прошенью отпуск || учинился вскоре, а вперед мы великий государь вас Исминдеяр-хана хотим держати в нашей царской милостивой любви и в дружбе и в ссылке с тобою быти хотим, и ты б Исминдеяр-хан с нашим царским величеством был в любви и в ссылке и во всем на нашу царскую милость был надежен, и торговым своим людем со всякими товары в наши великие российские государства велел ходить на Кабалаклытское пристанище и в Астарахань; а мы великий государь бояром нашим и воеводам и всяким нашим приказным [146-147] людем во всем велим к ним для тебя Исминдеяр-хана береженье держати и торговать им поволили по прежнему, а степью торговым людем ходити страшно, без людей поле не бывает, тем воровские люди кормятца; и послов бы еси и посланников к нашему царскому величеству посылал, а мы великий государь потому ж к вам наших людей учнем посылати, чтоб тебе про … и нам великому государю про тебя Исминдеяр-хана и про здоровье ведати, и вперед бы ссылка, дружба и любовь меж нами утвержалась, а торговым бы людем дорога не затворилась и на обе б стороны, как нашим, так и вашим торговым людем была прибыль. Писан в нашем царствующем граде Москве лета 7142-го июня месяца.

Грамота писана на александрейской на середней бумаге, божие имя и государево титло по "владимерского" писано золотом, подпись диячья на загибке, печать большая на красном воску под кустодьею.

МД. Хив. грам, № 5, лл. 1- 4 об. Копия нач. XIX в.

36. Ранее 17 января 1640 г. — Два ярлыка хивинского хана Исфендиара и сына его Сеида к астраханским воеводам о пропуске к Москве посылаемых ими послов и торговых людей с товарами и дарами, с приложением росписи посылаемых даров.

А. I. — Астараханским воеводам наше милостивое слово. Да слово наше то, что ныне послали есмя к благородному и много войска имеющему к великому государю царю и великому князю Михаилу Федоровичу всеа Русии ближняго и надежнаго нашего человека Авез-Бакея в послех; да с ним послали есмя своих людей 6-ти человек: ходжа Талыб, Салтан-Магаметь, ходжи Мир-Алей, Мискин-Кюгалдаш, Азиз-Магаметь, Ходжа-кулы-Богатырь; да с ними ж послали 12 человек, да на 20-ти вьюках верблюжьих товаров всяких. Да прошу у вас, чтоб вам тех наших послов со всеми товарищи отпустити и проводити чесно к великому государю, и та дружба ваша к нам будет приятна, а мы писали к вам про людей наших имянно, потому что наперед сего о том писали вы к нам, а велели про людей наших писати имянно, а учинили мы то для вашей дружбы, чтоб вам было ведомо.

А у грамоты в печати написано: раб божий Исфендеяр царь.

II. — Астараханским воеводам наше милостивое слово. А потом буди вам ведомо: ныне послали мы в послех ко благодарному и многое войско имеющему к великому государю царевичу князю Алексею Михайловичу ближнего своего человека Кошут-Багатыря в послех, а с ним послал есми с товары 7-ми человек с 9-ю вьюки верблюжьих. И хотенье наше от вас то, чтоб вам послов наших со всеми товарищи ко государю отпровадити здорово вскоре, как к дружбе достойно, а писали мы про своих людей имянно по вашему письму, что вы писали к нам, велели про наших людей писати имянно.

А у грамоты в печати написано: раб божий Сеит-Салтан, Исфендияра царя сын.

III. — Да перевод же с росписи, что послал ко государю царю и великому князю Михаилу Федоровичу всеа Русии юргенской царь Исфендияр от себя в поминках. Великому государю царю и великому князю Михаилу Федоровичу всеа Русии: аргамак сер, бабр что человек от него страшится. Да юргенского Исфендияра царя посол Авез-Бака челом бьет государю от себя: аргамак гнед, бабр, барс, камка белая, лук бухарской в кольце. Государю царевичу князю Алексею Михайловичу от Исфендиярова царева сына от Сеит-Салтана с послом ево с Кушут-Богатырем в поминках аргамак сер. Да посол ево Кушут-Багатырь от себя государю царевичу князю Алексею Михайловичу челом бьет иноходец арапской.

МД. А) Хив. грам. 1640 января 17, № 6, лл. 1 и 6. Копия начала XIX в. Б) Там же лл. 2—5. Подлинник на литературном хивинско-узбекском языке, см. стр. 419. Датируется условно на основании старой архивной датировки, не противоречащей в данном случае последовательности дальнейших событий.

Б. I. — Он — богат!

Абуль-Гази-Исфендиар-Бехадыр-хана слово наше начальствующим, уважаемым, могущественным, верным князьям Астрахани. Милостивое слово таково, что ныне отправили мы к могущественному и высокому великому падишаху, великому повелителю всей Руси послом доверенного и приближенного к двору … Авез-Баки-Бехадыра и присоединили [к нему] еще 12 человек из приближенных слуг с 20 верблюдами поклажи во главе с следующими 6 людьми из избранных слуг: хаджи Талиба, Султан-Мухаммеда, ходжу Мир-Али канцеляриста, Мескин-Кугельдаша, Азиз-Мухаммеда и Ходжам-кули-Бехадыра, дабы упомянутый посол путешествовал спокойно. Ныне просьба к тем уважаемым в том, чтобы вы осведомившись об обстоятельствах вышеназванного посла и его свиты, отправили [их] к великому падишаху скорее, что будет причиною увеличения любви. Так как вы сами ранее писали, мы старательно перечислили [имена] людей. С исключительным расположением [?] написана высокая августейшая грамота.

Вверху документа оттиснута черным миндалевидная печать с именем: Исфендиар-Бехадыр-хан.

II. — Ярлык Сеид-Султан-Бехадура, сына Исфендиар-хана, написан почти дословно в тех же выражениях, что и ярлык его отца. Отличием являются: 1) упоминание имени князя Алексея Михайловича, 2) в качестве посла назван Кошут-Бехадыр 3) в качестве его свиты 7 человек во главе с Амином при 9 верблюдах, 4) при слове "письмо" отсутствуют эпитеты могущественный (августейший) и высокий. [148]

37. Ранее 17 января 1640 г. — Ярлык хивинского хана Исфендиара ц. Михаилу Федоровичу с просьбой о денежной помощи по случаю женитьбы сына султана Сеида.

Един господь бог надо всеми государи!

Над великими величайшему самодержцу, изначала государскому корени великородному, из государей праворазсудному и преславущему, над великими величайшему и высокопрестольному, храбростью подобну Дарию царю, государство свое исправляющему подобну Джемшиду царю, в государстве своем самодержавному, красотою подобну небесной звезде, богатырством подобну Баграму царю, всего Росийского государства государю Михаилу Федоровичю всеа Русии вашему величеству сдружбою и с любовью много множеством челом бью, и прямым сердцем об вашем здоровье бога молю. А после молитвы буди вашему величеству ведомо: божиею милостию на своем || государстве на престоле живем дал бог здорово и со всех четырех сторон ни от кого не имеем опасения, и вам бы на своем высочающем престоле быти неисчетные лета, дай господи по сем моим молитвам быти в добром здоровье и в покое. А по том вам с любовью объявляю, что изстари отцы и деды наши наперед сего и ссылку держали и межь собою друг другу поминки посылывали ежегод, а ныне б также межь нами послы, ежегод послы и посланники ходили для нашего поздравления, да и торговые б люди межь обеими нами ходили на обе стороны без зацепки и в покое, и с вашей бы и с нашие стороны дела их свершались наскоро по их желанию, а что в нашем государстве годится вашему величеству и вам бы о том к нам велеть объявить, а мы к вам то пошлем ни часу не задержав. Да вам же про другую статью объявляем: буди вам и про то ведомо, сердцу моему радость и очей моих светлость, хочу сына своего женить, а как у нас сына женят или дочерь выдают и в те поры друг другу помогают, то у всяких у великих и у середних людей повелося, что друг другу помочь присылают, и я також у вас прошу, чтоб вам ко мне несколько денег прислать для свадебного подъему, серебро живет надобно. А я на вашу дружбу надеясь || послал к вам ближнего своего человека ото всего своего сердца пожалованого своего верного человека Авез-Баку-Багатыря, а с ним к вам послал в поминках аргамак да бабр живой.

А назади у грамоты в печати написано: раб божей Исфендияр царь.

МД. Хив. грам. 1641 г. янв. 10, № 9. Датируется на основании документов, приведенных выше под № 36. [149]

38. Ранее 17 января 1640 г. — Ярлык хивинского султана Сеида царевичу Алексею Михайловичу с просьбой прислать в подарок соболей, лисиц, "да девку черкаску добрую".

Бог непорочен!

Над великими величайшему самодержцу, изначала государство свое под своею рукою имеющему, честнейшему, от благаго корени рожденному, храброму и высочайшему, великаго саду благой отрасли. Руского государя зеница и око сердешное, любительному князю Алексею Михайловичу ото многа много челобитье. Как вас бог милует, здорово ль вы? А после поздравленья буди вам ведомо: наперед сего деды наши и прадеды с вашими деды и прадеды ссылалися для ради того, чтоб межь ими доброе здоровье было ведомо, по всякой год послами ссылывалися и промежь себя послами о здоровьях своих спрашивались. И ныне о любительстве послали || есмя к вам в послех ближнего своего человека Кошут-Богатыря, а с ним послали к вам аргамак сер. А что будет вам в нашем государстве годно и вам бы о том нам ведомо учинити и мы то не мешкая к вам пришлем. А только будет вы похотите по тому ж прислати к нам свои любительные поминки и вам бы присылати к нам соболей черных добрых да лисиц черных да девку черкаску добрую и то нам будет гораздо приятно в любовь. Потом вам с молитвами многое челобитье, чтоб вам в своей благодати многолетствовать.

А назади у грамоты в печати написано: Сеит царевичь, Исфендеяра царя Багатыря сын.

МД. Хив. грам. 1641 г. янв., № 10. Копия нач. XIX в. Датируется на основании документов, приведенных выше под № 36.

39. 1640 г. ранее марта 28. — Отписка астраханских воевод князя Юрия Андреевича Сицкого с товарищами ц. Михаилу Федоровичу о бывшем в Астрахани балхинском после Ходжа-Ибрахиме, ограбленном по дороге калмыками и вынужденном вследствие этого вернуться обратно в Бухару, не заезжая в Москву.

Государю царю и великому князю Михаилу Федоровичю всеа Руси холопи твои Юшко Ситцкой, Степашко Уготцкой, Савка Самсонов челом бьют. В прошлом, государь, во 147-м году генваря в 1 день приехал в твою государеву цареву и великого князя Михаила Федоровича всеа Русии отчину в Астарохань степью из за Еика с торговыми калмыки вместе из Бухар от бухарского царя посол Хозя-Ибреим, а в распросе нам холопем твоим сказал, что де послан он из Бухар к тебе великому государю царю и великому князу Михаилу Федоровичю всеа Русии к Москве в послех от бухарского от Надыр-Магаметя царя, а с ним де, государь, были посланы к тебе государю листы, да с ним же де, государь, к тебе ко государю послано было в дарех 4 аргамака да каменья 41 яхонт красных больших и малых, 9 яхонтов желтых больших же и малых, 27 яхонтов больших и [150] малых лазоревых, 2 юфти яхонтов же лазоревых сережных, 4 лала а весу в них 13 золотников да 5 лалов весу в них 10 золотников с полузолотником, 9 портиш участков з золотом и с серебром, 9 чалм кисейных шолко || вых концы з золотом, 9 топок миткалей большие руки в топе по 3 портища, полаз суконной розными цветы, 2 ковра цветных с шолком, 27 кисеи большие руки. И как де, государь, он приехал на урочище Чекур и ево де калмыцкого Дайчин-тайши люди учали грабить, и в ту де пору его 2 человека на дву аргамаках побежали назад в Бухары и листы, которые к тобе к государю были посланы, увезли с собою, а он Хожа-Ибреим от калмык ограблен ушел на аргамаке же, которой послан к тобе же ко государю, и прибежал в Алтыульские улусы к Салтанай мурзе, а Салтанай де, государь, мурза кочевал по ту сторону Енбы на 3-х протоках Учкана, и начевал де, государь, ночь поехал х калмыцкому к Лаузан-тайше, а Лаузан де тайша в ту пору кочевал за Алтыульскими мурзами во шти днищах на урочище Оилькарагаше, а с ним де Лаузаном-тайшею было калмыцких и алтыульских татар с 5000 человек и приехав де, государь, к Лаузан-тайше ему говорил, что его погромили калмыцкие Дайчин-тайшины люди и его людей пограбили; и Лаузан де тайша для тех ево людей послал людей своих 4-х человек с подводами и тех де, государь, || его людей Лаузан-тайшины люди к нему привезли; и жил он у Лаузан-тайши 46 дней, и поехал от Лаузан-тайши в твою государеву отчину в Асторахань; а как де, государь, он поехал от Лаузан-тайши и он де Лаузан-тайша кочевал на том же месте на урочище Оилькарагаше. И по твоему государеву цареву и великого князя Михаила Федоровича всеа Русии указу мы холопи твои тому послу Хозя-Ибреиму велели давати твое государево жалованье поденной корм, деньги и питье, против прежних бухарских и юргенских послов, которые бывали в твоей государеве отчине в Асторахани, послу по 8-ми денег, да питья по 3 чарки вина по 3 крушки меду да по 3 крушки пива на день, да людем ево по 3 деньги, да по чарке вина на день; и пристав сын боярской Иван Сорокин, которой был у него в приставех, пришед к нам холопем твоим сказал, что Хозя-Ибреим того твоего государева жалованья || корму не взял, а сказал: тому де, государь, ныне 19 лет был он с торгом в твоей государеве отчине на Москве и в Казани, и ему де, государь, давано твоего государева жалованья, покаместа он был на Москве и с Москвы отпущен до Асторахани, по 8-ми алт. по 2 д. на день, а как де, государь, приехал в Асторахань, и ему де твоего государева жалованья поденного корму не давано, потому что он ис твоей государевы отчины Асторахани отпущен на бусе за море вскоре. И в пришлом, государь, во 147-м году как по твоему государеву указу мы холопи твои учали отпускати твои государевы бухарские бусы с торговыми людьми за море, и тот, государь, бухарский посол Хозя-Ибраим бил челом тебе государю царю и великому князю Михаилу Федоровичю всеа Русии, а к нам холопем твоим приказывал с приставом своим с Ываном Сорокиным, чтоб тобе государю ево пожаловати, велети его [151] отпустить из Асторахани на бусах назад в Бухары к Надыр-Магаметю царю для листов, а ныне де ему ехати к тобе ко государю к Москве не с чем; и мы холопи твои того бухарского посла Хозя-Ибреима из Асторахани на твоей государеве бусе отпустили за море с Ываном Сорокиным, || а в Асторахани, государь, тот посол Хозя-Ибреим оставил аргамак сер, а сказал что он тот аргамак вел к тобе ко государю от бухарского Надыр-Магаметя царя в дарех, и мы холопи твои тот аргамак велели держать на твоем государеве деловом дворе и велели давати корм овес и сено и береженье держать. И в нынешнем, государь, во 148-м году Иван Сорокин на бусех в Асторахань приехал, а сказал, что он того бухарского Надыр-Магаметя царя посла Хозя-Ибреима переехав за море в Бухарскую землю отпустил в Хиву, и назад к нему к бусной пристани тот посол не бывал, потому что Надыр-Магмет царь велел ему быть к собе в Балх. И мы холопи твои того аргамака послали к тобе ко государю царю и великому князю Михаилу Федоровичю всеа Русии к Москве с станичники з Григорьем Неклюдовым, а корму велели дати от Асторахани овса и сена до Черново Яру, а от Черново Яру на нево корм, сено и овес, велели до Москвы имати по городом, и о том мы холопи твои по городом к твоим государевым воеводам и приказным людем писали, чтоб по тому ж аргамаку сено и овес от города до города давали, как ему сытому быть.

На обороте: Государю царю и великому князю Михаилу Федоровичю всеа Русии.

148-го марта в 28 день с астараханцом з Григорьем Неклюдовым.

Пометы: О балхинском после. Государю чтена. Указал государь аргамак взять на свою государеву конюшню.

МД. Бух. ст-цы 1639 г. января 1, лл. 1 — 5; в подлиннике листы перебиты.

40. 1640 г. июль — август. — Ярлык балхинского хана Надир-Мухаммеда астраханским воеводам об оказании содействия имеющему быть отправленным в Москву балхинскому послу Ходжа-Ибрахиму.

Абуль-Гази-Надир-Мухаммад-Бехадур-хана наше слово: высокоместным, богатым счастьем князьям и дьякам области Хашт-Тархана и державы белого бия милостью и помощью хакана … да будет известно, что счастливый обладающий высоким саном Ходжа-Ибрахим долгое время находится на службе у этого порога … похвально выполняет обязанности. Тайные помыслы правления все время стремились к тому, чтобы выше названного в качестве посланника в те края [послать]. Теперь, когда вышеупомянутый направился в ту сторону, дали мы ему в сопровождение 4 ловчих и 12 человек людей, что бы они находились у него в услужении … при проходе и проезде и исполняли бы всякую работу, и 5 харваров груза. (В переводе XVII в. — МД. Хив. ст.-цы 1641 г. ноября 17 — 1644 г. авг. лл. 5 — 6, — против этого места значится: 25 вьюков товаров.) Необходимо … [152] чтобы положение Ходжа-Ибрахима было таково, чтобы никто никоим образом не задерживал его при проходе и проезде и не чинил бы ему препятствий и вреда … (В переводе XVII в. в конце документа значится : Писана грамота 148-го году. — Ярлык прислан с хивинским гонцом Назар-Меликом 18 апреля 1641 г.)

Вверху документа оттиснута черным миндалевидная печать с именем: Надир-Мухаммад-ибн-Дин-Мухаммад-хан и датой: 1039.

МД. Хив. грам. № 8. (В МД. ошибочно соединена с русским переводом хивинской грамоты 1641 г.) Подлинник на таджикском языке, см. стр. 419 — 420. При установлении даты настоящего документа учтено время необходимое для проезда от Балха до Ургенча и обстоятельства, задержавшие посла Ибрахима в пределах Хивинского ханства, — см. нижеприводимый ярлык хана Исфендиара 1641 г. № 44.

41. 1640 г. июль — август. — Ярлык балхинского хана Надир-Мухаммеда ц. Михаилу Федоровичу, отправленный с балхинским послом Ходжа-Ибрахимом для установления дружественных дипломатических и торговых сношений Балха с Москвой.

Господь велик и многомилостив! Высокоместному и многое войско имеющему и многих государств повелителю и северные страны облаадателю и честью своею преславнейшему … мочи имеющему подобно … царю, многие рати имеющему … Дарию царю величеством, подобно… Фиридону царю, высокопрестольство имеющему, подобен Джемшиду царю, и великому государю Михаилу Федоровичу всеа Руссии государю. Дай господи вам многолетствовать и государству б вашему было прибавленье, а после много с молитвами и поздравленье. Буди вашей пресветлости ведомо, искони повелось меж великих преславных государей о добре и о дружбе грамотами своими || ссылатися послы и купчинами, и мы то ведали и мыслили с вами быть в ссылке в д[ружбе] по се число изволения бож … путь был от калмыков нечист … учинилося ведомо, что послом прот … мочно есть такие нестрашные места, которыми мочно проехать послом, и мы хотя с вами всчать ссылку и быть в дружбе и в любви послали к вам верного своего человека Ходжа-Ибреима в послех, чтоб вспомня прежних великих государей и меж ими о добре ссылку и свою дружбу и любовь подкрепить и чтоб меж нами дружба прибавлялась и путь бы очистить за одно с обе стороны, калмаков с пути б збить. А здешния стороны двунадцати сердаром начальник Елантеш аталык послан будет на них калмаков войною … как посол наш Хожа-Ибрагим … к нам придет и про то нам … с которые стороны мочно на них рать послать, потому что он места их разсмо … Да объявляем вам: наперед сего за несколько лет посланы от нас в ваше государство холопи наши Шах-Усеин с сыном || с Ходжа-Усеином, а с ними послано нашие казны товаров на 7000 на 500 руб. для продажи и купли, и приказали им купить что в нашу казну годно будет, и про них нам и по се время неведомо [153] было. А ныне нам ведомо учинилось, что Шах-Усеин умер, а сына его Хожу-Усеина убил до смерти Мурат-баем зовут татарин, а тот Мурат-бай нашие ж земли тяглой татарин, и вам-бы исполнить … дружбу и любовь того … татарина Ходжа-Усеина … Мурат-бая и с животами велети сыскав отдати послу нашему Хоже-Ибрагиму; а как учините так и нам будет приятно и дружба и любовь ваша явна к нам будет; то искони меж великих государей повелося, что для дружбы и любви прошенья не оставливают исполняют; для того мы о том к вам и пишем и чаем от вас прошенье своему совершенье будет. Да что вам годно в нашей стороне и вам про то нам учинить … и мы ваше хотенье исполним … велети б вам прислать к нам || 9 кречетов, которые перемытились, а в нашей стороне кречетов мало, нам то годно и от вас в любовь будет и дружбе прибавленье да велети б прислати к нам 4 пансыря; да что в вашей стороне годно и посол наш Ходжа-Ибрагим учнет покупать, и вам бы велеть ему то купить без заказу и без запрещенья, и чтоб путь меж нами розчищался и дружба б и любовь прибавлялась и ссылка б была … без урыву. Да проси… вам посла нашего у себя … дву месяцов не держать … даст бог и опять к вашей службе ево пошлем. Потом дай господи милость божия вам прибавлялась. Писана грамота 1050 году. (1050 год хиджры = в переводе на европейскую эру времени от 23 апреля 1641 г. по 12 апреля 1641 г.)

А назади у грамоты в печати написано: Тин-Маметев царев сын Надыр-Магамет царь. (Ярлык доставлен в Астрахань 11 сентября 1641 г.)

МД. Балх. грам. 1640 г. № 1, лл. 1 — 20 об. Копия нач. XIX в. Датируется на основании тех же данных, что и предыдущий документ — см. № 40.

42. 1640 г. июль — август. — Ярлык ("роспись ") балхинского хана Надир-Мухаммеда ц. Михаилу Федоровичу с перечислением посланных даров и с просьбами: 1) расследовать дело об убийстве балхинского подданного Ходжа-Усейна и 2) не задерживать в Москве отправленного туда балхинского посла Ходжа-Ибрахима.

На свету нет того лутче, что друг к другу держать ссылку и посылать любительные поминки и мы вспом … брата своего поел … в поминках: 2 сабли одна оправлена золотом, а другая серебром, 9 лалов и в тех 9 лалах 4 лала весу 11 золотников, а 5 лалов 10 золотников, 81 камень яхонтов, а в них 41 камень красных, а 9 каменей жолтых, 31 камень лазоревы, 11 камок золотных, 9 бархатов цветных, 18 косяков пестре[дей], 18 косяков кисеи, 18 косяков миткали, || 3 фаты индейские, 17 тулунбасов, 9 рогов керковых, шатер, 2 ковра цветных по 11 аршин, 2 ковра шолковых по 4 аршина, 13 полстей бурнатных, 2 полавочника су … 6 аршин, 2 иноходца с седлы и с узды, один сер, другой гнед, 9 кож бабровых, [154-155] 9 кож барсовых, 2 сосуда керкова зверя. Да в той-же росписи написано: буди вам ведомо после убитого Ходжи-Усеина осталось людей ево ясырю 9 человек, а из них 4 человека в Астрахани, одну зовут Ал … ыном, родом черкаска, и ее де взял Чубар-Магмед мурза к себе, а 2 ясыря того Усеина в Казани, да у него же де Усеина была жонка калмыцкая, и ту де жонку взял обманом в Казани юргенец || Касим, а живота с нею взял на 600 руб; и вам бы Касиму учинить свой государский указ, а жонку б калмыцкую з животами велети отдати послу нашему Хоже-Ибреиму; да Усеиновых же людей 2 ясыря были в Сибири у татарина у Алим-бая … ведомо в Сибири … и просим у вас чтоб … того Ходже-Усеин … людей и животы велети сыскать и отдати послу нашему, чтоб наша прямая дружба и любовь была явна. Да у вас же брата нашего просим, чтоб посла нашего больши дву месяцов у себя держать не велеть для того, что Елантеша над двунадцатью воеводами с пятьсодесять тысячии ратными людьми готовлю послать войною на калмыков, а только вы поволите на калмыков послать рать cвою войною, и вам бы велети о том приказать к нам с послом нашим с Ходжи-Ибреимом. А как посол наш к нам будет, и мы перед посылкою ратных своих людей пошлем к вам опять вскоре, а потом буди божия милость над вами. Писана грамота лета 1000 в 50-м году.

А назади у росписи 2 печати, а в них написано: Тин-Магамметя царя сын Надыр-Магаммет царь.

МД. Балх. грам. 1640 г. № 1, лл. 3—4. Копия нач. XIX в. Датируется на основании тех же данных, что и документы, приведенные выше под №№ 40 и 41.

43. 1640 г. август — сентябрь. Ярлык бухарского хана Имам-кули астраханским воеводам об оказании содействия бухарскому послу Бехбуд-Бехадуру, отправленному в Московское государство.

А. — Перевод з грамоты бухарского Имам-кулия царя, что писал в Астарахань к боярину и воеводам ко князю Миките Ивановичю Одоевскому с товарыщи.

Астараханским князьям безчисленное милостивое наше государское слово: послали есмя ближняго своего дворового человека Бегбуд-Богатыря в послах к белому царю, и как он Бегбуд к вам будет, и вам бы по сей нашей милостивой повеленной грамоте того нашего посла Бегбуда безо всякого задержанья отпустить от себя к Москве. Да приказному человеку начальному над бусы Онисиму милостивое наше слово то: сего нашего посла Бегбуда-Богатыря с товарыщи и с товары и з животы посадя в бусу отпустил бы еси безсловно. Да и всем воеводам || и приказным людем в тех сторонах, чтоб естя посла нашего Бегбуда пропущали везде без задержанья и безубыточно, а хто задержит или изубытчит и он о том известит белому царю. С тем грамота писана.

А вверху у грамоты в печати написано: Имам-кулий-Багатырь царь.

Б. — Князьям Астраханской области после изъявления бесконечных царских благоволения и милости сообщается, что мы отправили ныне к белому бию, в качестве посла, придворного слугу не внушающего сомнений Бехбуд-Бехадыра. После того как вы осчастливитесь по прибытии названной персоны в ту область ознакомлением с благословенным содержанием этой благородной высокославной грамоты о содействии, позаботьтесь быстро отправить названную персону, не чиня никаких задержек в следовании, и не препятствуйте.

Старшине и начальнику судна Анисиму также, после выражения сочувствия, сообщается, чтобы он по прибытии посла Бехбуд-Бехадыра посадил помянутую особу на судно с принадлежностями и предметами, посланными от высокого серкара, не проявляя небрежности, и чтобы он не выказывал нерадения и не чинил задержек.

Кто бы из правителей и чиновников на том пути и в тех областях ни причинил препятствия и малейшего ущерба, названная персона по прибытии сообщит белому бию. Такого содержания грамота о содействии написана.

На свободном месте среди орнамента золотом в документе оттиснута черным миндалевидная печать с именем: Бохадур-хан …

МД. А) Хив. ст-цы 1641 г. ноября 17 — 1644г. августа ., лл. 7 — 8. Б) Ошибочно помещена в МД. в Хив. грам. 1642 г. сент. 11, № 12, лл. 2 — 3. Подлинник на чагатайском языке, см. стр. 420.

При установлении даты настоящею документа учтено время, необходимое для проезда от Бухары до Ургенча, а также сведения, заключающиеся в печатаемом ниже ярлыке 1641 г., № 44.

44. 1641 г. не позднее половины марта. — Ярлык хивинского хана Исфендиара астраханскому воеводе князю Никите Ивановичу Одоевскому об урегулировании присылки государевых бус на Мангышлак за восточными купцами.

Он!

Величайшему, могущественнейшему, величественнейшему, опоре грозного царства и поддержке великого государства, князю астраханскому после милостей царских и почета государева, известно да будет, что посол султана Имам-кули-хана из Бухары со многими купцами прибыл и посол султана Недир-Мухаммад-хана из Балха прибыл со многими купцами и мы тоже посла назначили. Дело в том, что великое множество купцов и послов ждало корабля и во время он не пришел. И еще слышно стало, что 2 корабля пришли. Что за польза в них, если поздно пришли? В это время слышно стало, что на дорогу разбойники напали и большая часть собравшихся, решив, что корабль не пришел, отказалась [156] от пути и успокоилась на том. И холода подошли и по причине опасности пути теперь послы и купцы и некторые русские, приехавшие для торговли, предпочли остаться. Ибо, если разбойники на пути убьют и ограбят, это станет причиной закрытия пути. Теперь лучше всего будет, чтобы в начале весны, как только сойдет лед, послали 4 корабля. Для этого великого множества 2-х кораблей не хватит. И тогда от разбойников никакой опасности нет. А затем, если будут посылать корабль, пусть каждый год весной посылают, как только взломает лед. Если так не сделают, путь сообщения закроется. А затем, известно да будет, что если в начале весны корабль не пошлют, мы сушей пошлем в Москву к высочайшему двору гонца с тем, что князь, мол, астраханский в безопасное время корабля не шлет; по этой причине купцы не могут ехать, потому же и путь закроется. Так как это [ради] обогащения казны и процветания стран, то пусть известным будет. Дело в том, что если в начале весны корабль не придет, всенепременно по этому поводу кого-нибудь отправим и тогда пусть на нас не обижаются. А затем пусть корабельщики о содержании этого августейшого письма осведомятся и немедля выполнят. Ради того послан преданный и доверенный слуга Назар-Мелик-Бехадур, а с ним 8 вьюков. Милостивое [наше] письмо.

Вверху документа оттиснута черным миндалевидная печать с именем: Исфендиар-Бехадур-хан.

МД. Хив. грам. № 7. Подлинник на персидском языке, см. стр. 420 — 421. При установлении даты настоящей грамоты учтено время, необходимое для проезда хив. гонца Назар-Мелика от Ургенча до Астрахани, см. табл. "Хив. посол.", п. 19.

45. 1641 г. не позднее половины марта. — Ярлык хивинского хана Исфендиара астраханским воеводам о поддержании старого торгового пути и с просьбой прислать охотничьих соколов.

Он богатый!

Абуль-Гази-Исфендияр-хан-Бехадыра слово наше. Благоденствующим счастливым всем астраханским боярам по царскому попечению и по августейшим милостям слово то: что от давних дней из рода в род … с обществами поездки в оба конца, взаимно получали нужные вещи. Если и ныне вы, не меняя старого пути, будете хорошо его поддерживать, это будет ваша собственная польза. Старый путь и не будет иным. В той стране водятся хорошие, крупные … соколы. Послали бы вы несколько … крупных … соколов. Остальные наши речи выскажет надежный Назар-Мелик-Бехадыр. Такого содержания высочайшая грамота с печатью по попечению и сочувствию написана.

Вверху документа оттиснута черным миндалевидная печать с именем: Абул-Гази … Исфендиар-Хан.

МД. Хив. грам. № 7. Подлинник на литературном хивинско-узбекском языке, см. стр. 421-422. Датируется на основании тех же данных, что и документ № 44. [157]

46. 1641 г. мая 31. — Грамота ц. Михаила Федоровича хивинскому хану Исфендиару с извещением о получении посланных от него и сына его султана Сеида ярлыков, о желании своем поддерживать добрососедские отношения, об отправлении к хану посланников Савина Горохова и Анисима Грибова с дарами и с просьбой об отпуске в Московское государство находящихся в Хиве русских пленных.

Божиею милостию от великого государя царя и великого князя Михаила Федоровича всеа Русии самодержца [п. т.] Юргенские земли начальнику Исфендеяру царю наше царское слово. Присылал еси к нашему царскому величеству посла своего Авез-Бакия да к сыну нашему государю к царевичу князю Алексею Михайловичу сын твой Сеит царевичь присылал посла своего Кошут-Богатыря с грамоты, и мы великий государь || послом вашим Авез-Баке и Кошуту-Багатырю велели видети наши царские очи и грамоты ваши у них приняли, и велели перевесть и выслушали любительно. А в грамоте твоей Исфендеяра царя к нашему царскому величеству писано, что наперед сего изстари деды и отцы ваши с предки нашими; с великими государи Росийского царства ссылку держали и межь собою друг другу поминки посылывали ежегод, а ныне б так же для нашего поздравленья послы и посланники ходили да и торговые люди ходили на обе стороны без зацепки и дела их [совершались по их желанью наскоро; а что в вашем государстве нашему царскому величеству годно и нам бы великому государю о том вам велеть объявить и вы к нам то пошлете ни часу не задержав. Да ты ж Исфендеяр царь нам великому государю объявляешь, что ты хочешь женить сына своего и просишь у нас великого государя, чтоб нам великому государю нашему царскому величеству прислати к вам для свадебного подъему денег несколько; и послал ты к нам ближнего своего верного человека Авез-Баку-Багатыря, а с ним прислал к нашему царскому величеству в поминках жеребец аргамачей темно сер да бабр живой, а к сыну нашему к государю царевичу князю Алексею Михайловичу сын твой Сеит царевичь в грамоте своей писал о ссылке же и о дружбе и о любви в поминках прислал с послом своим с Кошут- || Богатырем жеребец аргамачей сер. И мы великий государь для вашия дружбы и любви поминки ваши велели приняти и пожаловали послов ваших велели им давати нашего жалования корм против прежняго обычая и торг им велели дать повольной, а с ними послы были ваши товары да с ними же были торговые люди Аджи с товарищи со многими с своими товары, а с тех торговых людей с их товаров довелось было взяти в нашу царского величества казну астараханских пошлин 552 руб. и 23 алт. пол-третьи деньги, опричь ваших товаров. И мы великий государь наше царское величество для вашие Исфендеяровы царевы дружбы и любви с тех ваших и торговых людей товаров наших царского величества пошлин имати не велели, и вперед мы великий государь хотим с тобою быти в дружбе и в любви и в ссылке по тому ж [158] как прежние великие государи и цари росийские в дружбе и в любви и в ссылке с прежними юргенскими цари были, и торговым людем со всякими товары в наше государство ездить и торговать велели есмя повольно и послов ваших пожаловав нашим царским жалованьем … и вам бы Исфендеяру царю от нас великого государя то было приятно. Да мы ж великий государь объявляем вам Исфендеяру царю: ведомо учинилося нам великому государю, что в Юргенчах нашего Росийского государства полоняники Федор Матвеев сын Мясоедов, арзамасец Микифор Григорьев сын Владыкин, Евтихей Иванов сын Потулов, Иван Семенов сын Измайлов, || ряшенин Василий Степанов Лазарев, Ивашко Андреев сын астраханец, Казаринко Христофоров, Мартын Кошелев от Николы Зарайского, Демка Григорьев Капустин, шатченин Микифорко Степанов Найденов, да московского стрельца Агейка Микита мать Афимьица, которую взяли на Михайлове в прошлом во 122-ом году и продали в Юргенчи крымские люди, а в Юргенчах она отжилась и отработалась, да иные многие руские полоняники в Юргенчах задержаны; а поиманы они в полон в прошлых годех в розных местех, а живут многое время, а в наше Росийское государство из Юргенчь их не отпустят; а иные де руские полоненики выходят в Юргенчь и в Хиву и в Азарист к вам Исфендеяру царю из полону ж из Бухар и из Балха и из Казацкие орды и из Калмык и из иных многих орд, а иные де полоняники отжив у хозяев своих урочные годы отпущены бывают на волю и отпускные им грамоты даны, кто в которую землю итти похочет, и их пропускати велено не задерживая и ничем не неволить, а податнее им из Юргенчь ходить на Караганскую пристань, где приходят из нашие отчины из Астарахани бухарские бусы с рускими торговыми людьми, и бьют челом те полоняники и за них нашего царского величества астараханские торговые люди вам Исфендеяру царю безпрестанно, чтоб ты их полоняников отпустил из Юргенчь на Русь и у себя их не неволил, и ты де Исфендеяр царь из Юргенчь их полоняников не отпускаешь, а говоришь, что к вам от нашего величества || об них письма и приказу ни с кем не бывало, а как от нашего царского величества к тебе о том письмо будет и ты Исфендеяр царь для нашие царские дружбы и любви их полонеников в нашу сторону отпускати учнешь безо всякого задержанья. И многие де полоняники из Юргенчь ворочались назад в те земли из которых в Юргенчь выходили и живот свой мучат в полону многие лета и помирают голодною смертью без покояния, и вам бы Исфендеяру царю тех полоняников Федора Мясоедова с товарищи и иных, которые в Юргенчах, в Хиве и иных городах вашего государства живут на свободе и в неволе, для нашия царские дружбы и любви велеть сыскать и отпустить в наше государство в Астарахань нашего царского величества с посланники да с Онисимом Грибовым. А как ты Исфендеяр царь к нашему царскому величеству дружбу и любовь учинишь, полонеников руских всех, которые в Хиве и в иных городах вашего государства на свободе и в неволе велишь сыскати и нам царского величества посланником отдати велишь и в наше [159] государство их отпустишь, и мы великий государь наше царское величество для тех полоняников велели послати к вам Исфендеяру царю сею нашею царскою грамотою … янина нашего да с ним астраханского же посадского человека Онисима Грибова [и] с теми нашими посланники послали есмя к вам Исфендеяру царю для нашия дружбы и любви наших любительных поминков 6 [сороков] соболей добрых … да сын наш государь царевичь князь Алексей Михайловичь послал к сыну вашему к Сеиту царевичу поминков же 2 сорока соболей добрых. И послов ваших мы великий государь пожаловав нашим царским жалованьем отпустили к вам Исфендеяру царю с теми ж нашими царского величества посланники вместе, и вам бы Исфендеяру царю и сыну вашему Сеиту царевичу у тех наших царского величества посланников нашу царского величества грамоту и наши и сына нашего государя царевича князя Алексея … велел сыскать … нашим царского … покаместа наши ... величества посланники … из Бухар в Юргенчь придут велеть их беречь и корм чем им сытим быти давати, а посланников бы еси наших отпустити из Юргенчь в Бухары к бухарскому Имам-кулию царю для полоненников же не задержав, и подводы им и корм и провожатых до Бухарские земли для нашие царского величества дружбы и любви дать велел, и велел бы от себя отписать в бухарские … быти в дружбе и в любви и в ссылке и торговые б люди на обе стороны со всякими товары ездили по прежнему и торговали повольною торговлею и тесноты тем нашим людем чинить не велели. Писан в нашем царствующем граде Москве лета 7149-го маия 31 дня.

МД. Хив. храм., № 11. Копия нач. XIX в.

47. 1641 г. мая 31. — Грамота и. Михаила Федоровича бухарскому хану Имам-кули об освобождении русских пленных, находящихся в Бухаре, и об отпуске их в Московское государство.

… Федора Матвеева Мясоедова, арзамасца Никифора Григорьева Владычкина, Яфтафия Иванова Потулова, Ивана Семенова Измайлова, из города Раскай Василья Степанова Лазарева, Ивашку Андреева сына астраханца, Казарина Христофорова, Мартына Катулова из Зарайска, Димку Григорьева Капустина, из города Шача Микифорку Степанова Найденова и много других русских пленных по слухам держат в Бухаре. И те пленные люди взяты в плен в минувшие годы в разных местах и пребывают в плену много лет. И другие русские пленные по слухам попадают в Бухару к вам Имам-кули хану от калмыков и из других областей. И некоторые пленные по прошествии положенных лет выходят от своих господ свободными, им на руки выдают освободительные грамоты и они, по слухам, живут в Бухаре же свободными. В освободительных грамотах, будто-бы написано, что если каждый из них вознамерится отправиться в любую область, их нигде не задерживали бы и чтобы их ни коим образом не лишали свободы. И будто для прибытия в область нашего величества [160] великого царя и великого хана для пленных из Бухары и Ургенча путь лежит в наш опорный пункт Астрахань из Кабаклы на лодках. Всяких мест нас великого царя наши русские люди из Астрахани ради торговли отправляются в Кабаклы и торгуют. И в Бухару из других областей много пленных прибывают и снова обратно отправляются в области, из которых прибыли, и много лет в плену по слухам притеснения и муки испытывают от голода и беспощадности умирают.

И вот мы, наше величество, великий царь и великий хан ради тех пленных повелели отправить к вам Имам-кули-хану с письмом нашего вельможу [наших вельмож?] и с ним [с ними?] нашего человека астраханского купца Анисима Грибова и с теми нашими вельможами мы послали вам Имам-кули-хану по дружбе и по любви в качестве подарка драгоценных соболей на 4 шубы. И вы Имам-кули-хан приняли бы с любовью от тех посланных наших людей наше великого хана письмо и отправленные наши подарки и выслушали бы с любовью письмо нашего величества великого хана и приказали бы ради дружбы и любви нашего величества великого хана разыскать, распросить, найти находящихся в Бухаре пленных и проживающих в других ваших городах в качестве свободных, и тарханов, и пленных и выдать их посланным людям нашего величества великого хана. И вы отправили бы спешно без задержки в Ургенч обратно из Бухары тех наших вельмож с теми пленными и вы выдали бы нашим вельможам и тем пленным подводы и корм, проводив их чрез ваши области по суше и на лодках до Ургенча. И ежели вы Имам-кули-хан по причине дружбы и любви нашего величества великого хана отправите к нам тех пленных, в таком случае это было бы принято за весьма великую любовь к нам к нашему величеству, тому царю и великому князю. Мы великий хан воздадим за это нашей дружбою и нашею любовью. И впредь вы пребывали бы с нами великим царем в дружбе и любви и сношениях. И по прежнему обычаю на обе стороны нашим торговым людям давались бы разрешения на торговлю и они торговали бы по своей воле. Писано в стольном городе нашем Москве в царских хоромах [?] в лето от Адама, да будет над ним мир, 7149.

МД. Бух. столбец 1647 г., № 3/6, на 3 сст. Начало документа утрачено. Подлинник на чагатайском яз., см. стр. 422 — 424. Датируется на основании документа № 46 и табл. "Русск. посол.", п. 7.

<<<НАЗАД          В НАЧАЛО         ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ>>>

Материал предоставлен автором журнала Антикварная англофобия
liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня  

© 2006-2009. Права на сайт принадлежат kungrad.com.
При использовании материалов с сайта ссылка на источник обязательна.
Администратор