Кунград

На сайте:

История › Документы › Торговля с Московским государством и международное положение Средней Азии в XV-XVII вв. › Торговые сношения Московского государства с народами Средней Азии XVI-XVII вв. часть 4.

I. Торговые сношения Московского государства с народами Средней Азии XVI-XVII вв.


68. 1645 г. января 6. — Челобитная хивинского гонца Шейх-Бабы ц. Михаилу Федоровичу о невзыскании пошлин с посольских товаров. [194-195]

А. — Перевод с челобитной, какову подал государю царевичю и великому князю Олексею Михайловичю бухарской гонец Ших-Баба в нынешнем во 153-м году генваря в 6 день.

Великому государю царю и великому князю Михаилу Федоровичю всеа Русии самодержцу и многих государств государю и облаадателю Надыр-Магаметя царя и Сеит-Маметя царевича гонец Ших-Баба челом бьет. Прислали меня холопа своего к тебе великому государю в гонцах для того, чтоб посла их Эмина отпустили к ним в Бухары, а в Астарахани воеводы ваши спрашивают на нем Эмине пошлин а мы надежны на твое государево жалованье; искони при предках ваших и при вас государе у бухарских послов и у купчин пошлин не имывали и вам бы государю пожаловать, у бухарских послов и у купчин пошлин имать ныне не велеть и тово б посла Эмина велел отпустить ко государю нашему к Надыр-Магаметю царю с нами вместе, потому чтоб меж вас государей дружба и любовь умножалась; а во всем надежны на ваше государское жалованье.

Б. — Великий падишах, великий хан, бий Михаил Федорович, всеа Руси падишах, убежище мира, многих областей властитель, гонец Шейх-Баба бьет челом: нас послали к вам, великий падишах, отправили меня с послом Амином. Теперь князья Хаджи-Тархана потребовали от посла Амина тамгу. Надеемся на помощь падишаха, убежища мира, с древних времен от отцов и дедов никогда не брали тамги от послов и купчин. Имеем надежду на помощь падишаха, убежища мира, что во время их правления также не возьмут тамги с послов и купчин, пошлют с нами, чтобы с каждым днем возрастала наша дружба и единодушие. Надеемся на помощь падишаха.

МД. А) Бух. ст-цы 1644 г. августа 24 — 1645 г. мая ., лл. 214. Б) Там же, л. 213. Подлинник на персидском языке, см. стр. 432.

69. 7645 г. мая 14. Две челобитные бухарского посла Козей-Ногая ц. Михаилу Федоровичу: 1) об обратном свободном, пропуске посольства из Астрахани, 2) о разрешении беспрепятственно закупить нужных для хана ясырей и 3) об отпуске вместе с членами посольства и жен их.

А. I. Перевод с челобитной бухарского посла Козей-Нагая, какову подал будучи у государя на отпуске в нынешнем во 153-м году майя в 14 день.

Великому государю царю и великому князю Михаилу Федоровичю всеа Русии бьет челом бухарского Надыр-Магметя царя посол Кузей-Нагай. Пожалуй государь нас, вели государь нам пожаловать, как принесет бог нас в Аста-рахань которою мы дорогою похотим из Астарахани ехать в свою землю, водяным путем или степью или на Кизылбашскую землю, чтоб с нашей воли астараханские воеводы не сымали, вели нас отпустить. Потом воля ваша государя и самодержца.

Помета: Указал государь их отпустить по прежнему своему государеву указу, на которые места прежних бухарских послов отпускивали.

II. — Перевод с челобитной бухарского Надыр-Магметева царева посла Кузей-Нагая, какову он подал будучи у государя на отпуске в нынешнем во 153-м году майя в 14 день.

Великому государю царю и великому князю Михаилу Федоровичю всеа Русии и многих государств государю и облаадателю бьет челом бухарского Надыр-Маг-метя царя посол Кузей-Нагай. Пожалуй, государь, вели нам в Асторохани купить ясырю и не вели, государь, астороханским воеводам нам запрещать. Да два, государь, человека наших женаты в Асторохани, а ныне они в Асторохани ж, и как они из Асторохани поедут с нами вместе, не вели, государь, у них жен их отнять. Бьем челом тебе самодержцу государю и желаю вашего милостивого жалованья. Государь, смилуйся.

Помета: Указал государь ясырю купить примеряся к прежнему, а про жон сыскать, да будет по сыску отдать доведутца, и их отдать.

Б. I. — Великий падишах, велики хан, бий Михаил Федорович, всеа Руси падишах, убежище мира, многих областей властитель, посол Козей-Ногай бьет челом, чтобы по прибытии нашем в Хаджи-Тархан, хаджи-тарханские князья пропустили бы нас по всякому пути, по которому мы захотим ехать, поедем ли мы через пески, или по пути кизылбашей, или по морю. Воля — воля падишаха, убежища мира.

II. — [Т.] (Раскрытый титул см. в предыдущей челобитной.) Посол Козей-Ногай бьет челом, чтобы где бы ни был взят ясырь для хана, хаджи-тарханские князья не задерживали бы. А еще двое-трое из нас взяли жен в Хаджи-Тархане. Надеемся, что их женам с пожитками позволят уехать. Воля — воля падишаха, убежища мира.

МД. — А) Бух. ст-цы 1644 г. августа 24 — 1645 г. мая ., лл. 253 и 255. Б) Там же, лл. 252 и 254. Подлинные на таджикско-персидском языке, см. стр. 432 — 433.

70. 1645 г. мая 14. — Челобитная бухарского и хивинского гонца Шейх-Бабы ц. Михаилу Федоровичу о разрешении ему купить несколько человек ясыря для хивинских султанов.

Перевод с челобитной, какову, подал государю царю и великому князю Михаилу Федоровичю всеа Русии бухарского Надыр-Магметя царя гонец Ших-Баба на отпуске в нынешнем во 153-м году мая в 14 день.

Великому государю царю и великому князю Михаилу Федоровичю всеа Русии и многих государств государю и облаадателю вашему царскому величеству обчей холоп ваш юргенского царевича Сеит-Магаметев гонец Ших-Баба челом бьет. Да наказали, государь, мне государи мои Сеит-Магаметь да Ашрефь царевичи бить челом вам великому государю, чтоб вы великой государь указали на них купить человека по 2 ясырю в своем государстве, и ныне я холоп ваш бью челом вам великому государю царю и великому князю Михаилу Федоровичю всеа Русии вашему царскому величеству, пожалуй, государь, для государей моих Сеит-Магаметя да Ашряфа царевичей, вели, государь, мне на них в своем государстве по ясырю или по 2 купить || где добудетца, на ваше царское милостивое повеленье надеючися приказали о том вам великому государю бить челом, и милости просить, пожалуй государь, вели купить. О том вам, великому государю, бью челом.

Помета: Государь пожаловал, поволил им тот ясырь купить. (См. связанную с этим посольством ответную грамоту ц. Михаила Федоровича бухарскому хану Надир-Мухаммеду от 14 мая 1645 г. с объявлением согласия на взаимную торговлю Московского государства с Бухарой, отказом в освобождении нагайских мурз и их улусных людей, с увещанием, чтобы хан возвратил русских пленных, находящихся в бухарских и хивинских владениях и с уведомлением об исполнении прочих ею требований. Напечатана в Сб. кн. Хилкова, Пбг. 1879, стр. 494-499.)

МД. Бух. ст-цы 1644 и августа 24 — 1645 г. мая .,лл. 257 — 258. [197]

71. 1646 г. мая 17. — Наказная память стрелецкому сотнику Леонтию Наумову, отправленному в провожатых на струге с возвращающимся в Бухару бухарским послом Козей-Ногаем-Бехадуром.

Лета 7154-го маия в 17 день по государеву цареву и великого князя Алексея Михайловича всеа Русии указу память сотнику стрелецкому Левонтью Наумову. Ехати ему из Астарахани в стругу до реки Берекети для того, по государеву указу отпущены из Астарахани в Яитцкой городок, а из Яитцкого городка в Бухары бухарского Надыр-Маметя царя посол Козей-Батырь, а с ним царевых людей 5 человек, да ево посольских людей 5 же человек, да 2 ясыря татарских куплены на царев обиход, да с ним же жена ево, да с ними же вместе отпущен тезик бухарец Ажи-Апсемет-хожа Арапов || с товаром, а товару с ним 9 шуб собольих, 3 половинки сукон, да с ним же товарыщ ево тезик Кочек, да сын ево Эшимко, да человек, да кошевар; а в провожатых до Яитцкого городка Левонтью ехати из Астарахани || до реки Берекети с бухарским послом и с царевыми и с посольскими людьми и з бухарцы с Ажи-Апсеметем с товарыщи с великим береженьем, и на станех ставитца в крепких местех, а приехав на Берекеть пересмотрити ему у посла и у царевых и у ево посольских людей и у бухарцов у Ажи-Апсеметя с товарыщи всяких товаров и ясырю, девок и жонок и робят, или у ково сверх сей памяти будет какие товары и ясырь жонки и девки и робята объявятца лишние, и ему те товары взять на государя, да ему же беречь накрепко, чтоб з бухарским послом и с царевыми и сь ево посольскими людьми и з бухарцы с Ажи-Апсеметем с товарыщи лишних руских беглых людей татар никово не было, а которые лишние люди объявятца, и ему тех людей привести с собою в Астарахань, да и тово ему беречи накрепко, будет в дороге бухарскому послу и царевым и ево людем и бухарцом Ажи-Апсеметю с товарыщи руские люди и татаровя учнут приезжая товары какие давать, и ему тех людей пе || реимав и товары привести с собою в Астарахань же; а проводя бухарского посла Козея-Батыря с царевыми и сь ево посольскими людьми и сь ясырем и бухарцов Ажи-Апсеметя с товарыщи с товаром до Берекети, того посла с людьми и бухарцов с товаром отпустить на Яик степью; а отпустя бухарского посла с царевыми и с посольскими людьми и сь ясырем и бухарцов с товаром з Берекети самому ехать в Астарахань, и приехав в Астарахань явитись и лишних людей и товары и ясырь, [что] сверх сей памяти объявятца лишние, объявити в сьезжей избе боярину и воеводам Борису Александровичю Репнину да окольничему князю Федору Федоровичю Волконскому, дияку Дмитрею Протопопову.

ИАИ Акад. Наук СССР. Астраханские акты, акт 1646 г. мая 17. На 3-х сставах.

72. 1646 г. сентября 1. — Явочная челобитная прибывшего в Астрахань хивинского посла Назара Надыркулова с извещением об ограблении [198] его близ Яика едисанскими татарами и с перечислением ограбленного имущества.

Царю государю и великому князю Алексею Михайловичю всеа Руси бьет челом и являет иноземец юргенского Абыл-Газыя царя посол Назарко Кыдыркулуев. В прошлом, государь, во 154-м году послал меня иноземца из Юргенчи в Астарахань с листы, и на дороге едучи за Яиком наехал я на калмыцкие улусы Далантай-тайсу и тот Далантай-тайса отпустил со мною в Астарахань калмыцкого посла, и как я иноземец с тем калмыцким послом приехал на Яик вь Яицкой городок и вь Яицком городке объявился голове стрелецкому Стефану Щукину, и голова дал нам провожатых до Астарахани пятидесятника стрелецкого, а с ним 4 человека, и как мы приехали на урочища Белужье и наехали на меня едисанские татаровя кишълытцкого родства Агыш да кильбеинского родства Шавкал с товарыщи 8 человек, меня иноземца розграбили и юргенского Абыл-Казыя царя посланые со мною к тебе великому государю 3 листы за печатьми, и 5 изуфрей золотных индейских, да 6 кисей индейских, да 5 бар-хатав черных, 4 барса добрых, 2 камени червчетые яхонты, да 4 кушака золотных, да 9 выбоек индейских большой руки, да 9 меллей индейских, полпуда пуху и все у меня иноземца отнели, да у меня ж иноземца царева данья отнели 2 челмы шолковые з золотом, 2 кушака з золотом, 10 азямов покрыто меллями, 10 азямов киндячных, 10 рубах пестрединных толковых, 10 шапок баранов индейских, 400 зенденей чаровых цветных, 200 зенденей красных чаровых, 90 меллей, 100 зенденей бурметей, 150 кушаков, 50 пестредей, полог кисейной, 9 ножей бухарских, полпуда инбирю, полпуда сахару, пуд кишмышу, котел медной с покрышкою, 14 лошедей а в них 3 иноходца, 2 сайдака с луками и стрелами, 5 пуд бумаги хлопчатой, 10 ямей бязи, и меня иноземца хотели истерять. Милосердый государь царь и великий князь Алексей Михайлович всеа Русии, пожалуй меня иноземца, вели государь се мое челобитьишко и явку записать, пока-место о том на них к тебе великому государю мое челобитьишко будет. Царь государь смилуйся.

На обороте: 155-го сентября в 1 день.

Толмач Офонька Мокеев.

На чагатайском языке: За Назарлыч, я Джабарнай руку приложил.

ИАИ Акад. Наук СССР. Астраханские акты, акт 1646 г. сентября 1, на двух сставах.

73. 1646 г. сентября … — Ярлык хивинского хана Абул-Гази ц. Алексею Михайловичу с извещением: 1) о вступлении своем на престол, 2) о желании поддерживать прежние дружественные торговые сношения и 3) с просьбой урегулировать некоторые вопросы имущественного характера. [199]

Великому государю царю и великому князю Алексею Михайловичу всех крестьян государю юргенской государь Абул-Казы царь с молитвою поздравляет. А потом объевляем, что мы пребываем в милости божии безо всякие кручины и прословляем творца своего бога, дай господи вы великий государь здорово были на многие лета, и соверши господи всякого вашего желанье добром, и поздравляем вам на престоле отца вашего; а мы також учинилися царем на государстве отца нашего тому еще год. Да желаем мы от вас как бывало искони меж государств наших при предках наших ссылка, и ныне б при вашие державы была б ссылка лутчи прежнего, и любовь бы меж нами учинилась свыше прежняго. Да объявляем мы вам: при брате нашем Исфендияре царе приезжал посол ваш Онисим, и при нем брата нашего Исфендияра царя не стало || и казначей ево Васи-лей дал Онисиму из царевы казны товаров на 2000 руб. на збереженье, и Василья не стало, и Ходжа-Маметь-бай, да ево Васильев человек Семен, послушествовали, что они то ведают, что на Онисиме царевой казны осталось на 2000 руб. Да еще вам объевляем: как был у вас посол наш Эминь, и в то время наш человек Нуреш из Кизилбаш … на гилянской бусе приехал в Астарахань, и в Астарахани ево не стало, а у нево живота осталось на 1000 на 200 руб. у Аджи-Кудаша. Да как был на Москве посол Иваз-Бакей, и в то время остался в Астарахани от него человек наш Аджи-Талыб, а с собою оставил царева живота на 5000 руб., и вам бы великому государю о чем писано выше сего велеть сыскать, и как сыщется велеть отдать гонцу нашему Ших-Бабе, а он довезет до нас. О том грамота с любовью писана. (Соответственная грамота ц. Алексея Михайловича с извещением о вступлении своем на престол и с просьбой об отпуске русских пленных была отправлена хивинскому хану Абул-Гази в июне 1646 г. — МД. Хив. грам. № 20. Копия нач. XIX в. на 7 лл. Содержание ее аналогично с одновременно с ней отправленной царской грамотой бухарскому и балхинскому хану Надир-Мухаммеду, напечатанной в Сб. кн. Хилкова, Пбг., 1879 г., стр. 499 — 508.)

МД. Хив. грам. № 21. Копия нач. XIX в. При установлении даты настоящего документа учтено время, необходимое для проезда от Ургенча и Хивы до Астрахани, см. табл. "Хив. посол.", п. 24, и принято во внимание указание о времени выезда из Хивы самого хивинского гонца Шейх-Бабы, сделанное им в его распросных речах 7-го ноября 1647 г. — см. отдел III наст, сборн., № 15.

74. 1646 г. сентября … — Ярлык хивинского хана Абул-Гази астраханским воеводам боярину кн. Федору Семеновичу Куракину с товарищами о неприсылке впредь, без предварительного согласования с хивинским правительством, торговых бус, отправляемых из Астрахани.

Перевод с листа турского письма, которой лист прислал в съезжую избу юргенской посол Ших-Баба.

Темир-Кутлука царя в бывшем юрте владетелем седящим астараханским князьям ото многа много с молитвою челобитье от юргенского [200] Абыл-Газыя царя. А после челобитья ведомо буди: 15 человек руских торговых людей вышли из бусы, и как дошли до урочища до Царева Колодезя и Ички салырские люди их переграбили, щепье и юфти поимали, и те грабленые торговые люди пришли к нам в отчину. И без нашего б ведома и без вестей бус не присылать для того, что те люди ныне нам не послушны и наших слов не слушают, а тамошние наши послы и люди по которой дороге похотят ехать и им задержанья не чинить, и Ази-Маметя с послом опустить к Москве. С челобитьем письмо совершено.

Назади у листа печать напечатана чернилы, а в печати пишет: Абыл-Газы царь. Толмачили у переводу толмачи Михайло Гарасимов, да Василей Михайлов да Лука Тимофеев.

ИАИ Акад. Наук СССР. Астраханские акты, акт 1647 г. Копия середины XIX в. Датируется на основании тех же данных, что и документ № 73.

75. 1646 г. ноября 6 — 1653 г. июля 10. — Дело о задержании и ограблении хивинским ханом Абул-Гази приехавших в Хиву русских людей и о конфискации вследствие сего московским правительством имущества находившихся в то время в Московском государстве хивинских послов и частных купцов, для удовлетворения претензии потерпевших русских.

I. — Государю царю и великому князю Алексею Михайловичю всеа Русии холопи твои Федька Куракин, Андрюшка Ли[тви]нов-Мосальской, Тимошка Голосов, Калистратка [Акин]феев челом бьют. В нынешнем, государь, во 155-м году ноября в 6 день приехал к нам холопем твоим в Астрахань из Юргенчь сь юргенским послом с Ших-Бабою калмыцкой выходец астараханской юртовской татарин Келимбетева табуна Ромазанова китайского родства Елумбетко Козюмбетев, а в роспросе нам холопем твоим сказал: в прошлом де, государь, во 152-м году как был бой у Федора Левашева с калмыцкими людьми на Крымской стороне под Царицыным, и на том де, государь, бою ево Елумбетка калмыцкие люди ранена взяли в полон и привели в калмыцкие улусы, и был де он в полону в Лаузан-тайшине улусе; а в те ж де, государь, поры был у Лаузана-тайши в улусе бухарского Надыр-Магаметя царя посол Мамбеть-Мурат, и ево де Елумбетка продал калмыченин бухарскому послу и бухарской де посол привез ево в Бухары; и в прошлом де, государь, во 154-м году на весне приходил из Шемархана города с воинскими людьми бухарского Надыр-Магаметя царя большой сын Абдулазиз царевичь, и отец де его от него побежал из Бухар в Балх город, а в Бухарех учинился царем Абдулазиз царевичь, и в те де поры он Елумбетка из Бухар побежал в город в Хиву, и как де государь отпустил хивинской Абыл-Газы царь в Астарахань посла своего Ших-Бабу и ево де Елумбетка хивинской посол || Ших-Баба взял из Хивы с собою; и ехали степью и наехали де они калмыцкого Далантая-тайшу с улусными людьми на реке Ембе на урочище Канлазуе, и поехали они [201] в Астарахань; и слышел де он от калмыцких людей что Олферей Кудрявцев живет у Мамсрен-тайши Дайчинова в улусе, а на чем он о твоем государеве деле с Калмыцкими людьми договор учинил, и вскоре ль ему отпуск будет, и в которых местех нынешние зимы калмыцким людем с улусы своими кочевать, и поход их войною куды будет ли, и ссылка у них с Нагайскими людьми есть ли или нет, про то он ни про что не ведает. Да в прошлом де, государь, во 154-м году в Оспожин пост приехали в город в Хиву степью от моря с пристанища твои государевы верховых городов и астраханские торговые руские люди человек с 15, и юргенской де Абыл-Газы царь тех руских торговых людей велел ограбить, животы их поимати все на себя, а их велел отдать за приставов, и слышел де, государь, он от тех руских торговых людей, что вперед их юргенской царь хочет своим людем роздать за жалованье вместо полонеников, а как де он Елумбетко поехал ис Хивы в Астарахань, и ему де дали те руские торговые люди челобитную, да грамотку посыльную, и велели отдать в Астарахани посадскому человеку Василью Кармачееву, и он де тое челобитную и грамотку в Астарахани посадскому человеку Василью Кармачееву отдал. И декабря, государь, в 10-м да в 29-м числех били челом тебе государю царю и великому князю Алексею Михайловичю всеа Русии гостя Григория Микитникова приказщик Пронька Федоров да астараханец посадцкой человек Васька Кармачеев с товарыщи, а нам холопем твоим подали 2 челобитные, а в челобитных написано … Далее следует краткое изложение обстоятельств ограбления русских торговых людей в Хиве, приводимое более подробно ниже, см. стр. 328. И мы холопи твои посылали к юргенским послом, которые ныне в Астарахани, а велели им говорить, что в прежних годех у отца твоего государева блаженные памяти у великого государя нашего царя и великого князя Михаила Федоровича всеа Русии самодержца с прежними юргенскими и з бухарскими цари была ссылка, и торговые руские люди вашего царского величества с торгом езживали в Бухары и в Юргенчи, а их бухарские и юргенские торговые люди с торги езживали в твою государеву отчину в Астарахань и в ыные твои государевы городы, а задержанья им нигде и грабежу никакова не бывало, а ныне приехали твои государевы торговые руские люди в их Юргенскую землю в город в Хиву, и Абыл-Газы царь || тех твоих государевых торговых людей велел отдать за приставы, а товары их велел у них пограбить, и тово николи ни в которых государствах не бывает, что у тебя великого государя с царем их ссылка, а он твоих государевых торговых людей ограбя велел отдать за приставов, и они б к царю своему писали и к ближним царевым людем приказывали, чтоб твоих государевых руских торговых людей в Хиве велел из за приставов свободить и товары их велел им отдати и из Юргенские земли отпустить в твою государеву отчину в Астарахань без задержанья со всем в целе; а будет царь их твоих государевых торговых людей в Хиве из за приставов свободить не велит и товаров [201] их не отдаст и из Юргенские земли в твою государеву отчину в Астарахань со всем в целе не отпустит и учинит им какую тесноту, и ты великий государь твое царское величество за то велишь им юргенским послом с людьми и торговым их людем в своей государеве отчине в Астарахани учинить задержанье (В повторных царских грамотах к этому тексту добавлялось, да им же всем быть кажненным.) и вь их землю до тех мест, покаместа твоих государевых руских торговых людей всех со всеми их товары в Астарахань отпустят, из Астарахани отпуску им не будет. И юргенской посол Назар сказал: послан де он в твою государеву отчину в Астарахань от Абыл-Газыя царя в прошлом во 154-м году, и до ево де из Хивы поезду твои государевы русские || торговые люди в Хиву нихто не бывал, и ничего он про них не ведает; а другой юргенской посол Ших-Баба, которой приехал в твою государеву отчину в Астарахань в нынешнем во 155-м году, сказал: твои де государевы руские торговые люди с товары приехали в город в Хиву при нем Ших-Бабе, и на дороге де они до Хивы от Ички салырских людей были граблены, и в Хиве де юргенской Абыл-Газы царь с приезду их велел у тех твоих государевых руских торговых людей достальные товары, сукна и юфти, поимать на себя, а их велел отдать за приставов, а за что де их Абыл-Газы царь велел отдать за приставов и товары у них поимал, тово де он не ведает; а писать де они к царю о том и нарочно послать людей не смеют, а как де, государь, будет из Астарахани в Юргенчь каким людем посылка, и они де с теми людьми в Юргенскую землю людей от себя пошлют и с ними к царевым ближним людем отпишут и словестно прикажут, чтоб твоих государевых руских торговых людей юргенской Абыл-Газы царь велел из Юргенские земли отпустить в твою госудавеву отчину в Астарахань совсем в целе, и чают де они, что их Абыл-Газы царь твоих государевых русских торговых людей в Астарахань отпустит, а задержанья им и убытков никаких от нево не будет. И мы холопи твои юргенскому послу Ших-Бабе с людьми, которой приехал в Астарахань || при нас холопех твоих, велели твое государево жалованье корм давать перед прежними юргенскими послы с убавкою для того, что юргенской царь прислал ево к тебе к великому государю в послех, а твоих государевых торговых руских людей в Хиве задержал и велел их ограбить и за приставов роздать, и юргенской посол Ших-Баба приказывал к нам холопем твоим с приставом с астараханцом с Ываном Булгаковым, что велели де мы холопи твои давати ему корм перед прежними юргенскими послы с убавкою за то, что твои государевы руские торговые люди в Юргенской земле задержаны, и тем твоим государевым руским торговым людем из Юргенча в Астарахань отпуску до тех мест как он посол с Москвы в Юргенскую землю приедет не будет, и о том де и в листу к тебе к государю от юргенского царя писано. И мы холопи твои в Астарахани на бухарском на гостине дворе велели [203] переписати юргенского Абыл-Газыя царя торговых людей всех по имяном, и сколько у ково товару, таможенному голове Рудельфу Булгакову с товарыщи да астараханцу Ивану Суслову, и из Астарахани до твоего государева указу отпускать их не велели, а челобитные, государь, гостя Григорьева приказщика Микитникова Проньки Федорова да астараханца посадцкого человека Василия Кармачеева с товарыщи послали мы холопи твои к тебе к государю царю и великому князю Алексею Михайловичю всеа Русии под сею отпискою, и велели подать в Посольском приказе твоим государевым дияком думному Григорию Львову да Алмазу Иванову. ||

На обороте: Государю царю и великому князю Алексею Михайловичу всеа Русии.

155-го марта в 20 день с астараханским с сотником стрелецким с Леонтьем Парыбиным.

II. — Царю государю и великому князю Алексею Михайловичю всеа Русии бьют челом холопи твои и сироты твои: гость Гришка Микитников, да гостиной сотни Ганка Онтипин, да казанцы посадцкие людишка Ивашко Мыльников, Васька Пастухов, Ивашко Селиванов, да нижегородец Ондреянко Аистов, да астараханские посадцкие людишка Васька Кармачеев, Васька Рубцов, Ивашко Шадра, да Троецкова астарахансково манастыря слушка Ермолка Ермолин, да стрелец Алексеева приказу Бахмурова Гришка Михайлов саратовец, да стрелец Васильева приказу Поретцково Мишка Архипов, да воротник Евсейко Иванов. В прошлом, государь, в 154-м году били мы челом холопи и сироты твои тебе великому государю и подавали челобитные твоему государеву боярину и воеводам князю Борису Александровичю Репнину с товарыщи, чтоб ты, государь, холопей и сирот твоих пожаловал, велел бы людишок и прикащиков наших из Асторохани отпустить на караганской бусе с товаренки нашими за море на Караганское пристанище, а с пристанища бы отпустить в городы в Хиву и в Бухары; и по твоему государеву указу людишка наши и прикащики отпущены из Асторохани на Караганское пристанище и с пристанища отпущены в Хиву и в Бухары, и как те наши прикащичишка и людишка наши приехали с товары в Хиву, и хивинской Абал-Газый-хан те наши товары пограбил и людишок наших || и прикащиков у себя засадил в крепях, а тавару моего Гришки Микитникова взял: 12 поставов сукон аглинских, цена поставу по 50 руб., итого 600 руб., 190 юфтей кож яловишных красных, цена юфти по 2 руб., итого 380 руб., клею карлушново 31 пуд, цена [за] пуд по 2 руб. с полтиною, итого 77 руб. с полтиною, и всего моего Гришки Микитникова товару на 1000 на 50 на 7 руб. с полтиною, окроме харчей, провозу и пошлины; а моего Ганьки Онтипина взял товару на 600 на 50 руб.; а моего Ивашка Мыльникова казанца взял: 10 сороков соболев, цена соболям 550 руб., да полшеста постава сукон одинцовых, цена постава по 50 руб., 130 юфтей кож красных, цена юфть по 2 руб., 1400 щепья, цена 30 руб., и всего [204] моего Ивашкова товару взято на 1000 на 100 на 15 руб., окроме харчей и провозу и пошлины; а моего Ондреянкова товару взял на 200 на 90 руб.; а моего Васьки Пастухова тавару взял всего на 600 руб.; а моего Ивашки Селиванова товару взял всего на 300 руб.; а моего Васьки Кармачеева тавару взял всего на 500 руб.; а моего Васькина || товару Рубцова взял всего на 100 руб.; а моего Ермошкина товару взято на 300 руб.; а моего Гришкина товару саратовца взято на 80 руб.; а моего Мишки Архипова товару взято на 100 на 30 руб.; а моего Евсейкина товару взято на 70 на 2 руб.; а моего Ивашки Шадры товару взято на 600 руб. Да он же Абал-Газы-хан говорил, что де есть мои люди в Асторохани хивинцы и балхинцы и бухарцы, и казна де моя с ними, и хозяевя де ваши все то в Асторохани на моих людях возьмут; а того, государь, хивинсково Абал-Газы-хана послы и посланники и торговые люди хивинцы и бухарцы и балхинцы с товары ныне в Асторохани. Милосердый государь царь и великий князь Алексей Михайловичь всеа Русии пожалуй нас холопей и сирот своих, вели государь тех торговых людей хивинцов и балхинцов и бухарцов товары их запечатать до своего государева указу, и вели, государь, се наше челобитьишко из Асторохани к себе великому государю отписать к Москве, чтоб те наши товары у того хивинсково Абыл-Газы-хана напрасно не пропали и людишок бы наших и прикащичишков в ыные босорманские городы и земли не запродал. Царь государь смилуйся.

На обороте следуют подписи челобитчиков.

III. — Царю государю и великому князю Алексею Михайловичю всеа Русии бьет челом холоп твой казанец Микитка Сыроежин. В прошлом, государь, во 154-м году поехали людишка мои на твоей государеве бусе на Кораганское пристанище для торгового промыслу с торговыми с русскими людьми, человек мой Ивашка Гладкой да Микитка ветлуженин, и на Караганском пристанище торгу не было, и они, государь, с торговыми людьми поехали в Бухары через степь; руских торговых людей и людишек моих трукменские люди до Юргенча до первого города до Хивы проводили здорова и хивинскому царю отдали их здорова сь их товары, а вь Юргенче хивинской царь их и торговых людей ограбил и товары их на себя поимал, и велел было их порубить, и отпечаловали тех торговых людей и людишек моих тутошные торговые люди, которые ездят на Русь до его царева указу, и дали их за приставов; а товару государь было с людишками моими на 1000 на 200 на 70 руб., и то у них царь пограбя взял на себя; а я холоп твой ныне послан на твою государеву службу в Ындею, а ныне, государь, в твоей государеве отчине в Астрахани есть многие его хивинского царя торговые люди с своими товары. Милосердый государь царь и великий князь Алексей Михайловичь всеа Русии пожалуй меня холопа своего, не вели государь тех ево торговых || людей из Астрахани до своего государева указу отпущать покаместа наши руские люди с нашими товары в Астрахань будут и вели, [205] государь, сею мою челобитную послать к себе государю к Москве. Царь государь смилуйся.

На обороте: Вместо Микиты Сыроежина по ево велению Андрюшка Алексеев руку приложил.

Далее в деле следуют две отписки: астраханских воевод от 1647 г, ранее октября 17 (лл. 12 — 30), см. в последнем отделе Сборника, стр. 326 — 333 и отпуск грамоты из Посольского приказа к астраханск им воеводам от 9 декабря 1647 г. о производстве переписи товаров у проживающих в Астрахани хивинских послов и торговых людей, с тем, чтобы переписанные товары были у них отобраны и сложены для хранения в безопасное место, а сами послы и торговые люди были бы задержаны в Астрахани впредь до того времени, когда будут отпущены из Хивы русские торговые люди с ограбленными у них товарами (лл. 31 — 37).

Вследствие длительного неполучения Посольским приказом затребованной им с самого начала росписи товаров и животов, переписанных у хивинских послов и торговых людей, 4 декабря 1648 года последовала новая грамота к астраханским воеводам с напоминанием о незамедлительном выполнении предписания о переписи и наложении ареста на товары, принадлежащие проживающим в Астрахани хивинским торговым людям. В ответ на эту грамоту астраханские воеводы сообщали, что царский указ ими исполнен, животы, товары и всякая рухлядь у хивинских людей переписаны, оценены и перепечатаны, при чем оказалось у посла Амин-Абыза товаров и всякой рухляди на 278 руб. 26 алт; у другого посла Назара — на 7 руб. с полтиною, у гонца Шейх-Бабы с сыном — на 64 руб. 7 алт. и у хивинских торговых людей, у 5-ти человек — на 851 руб. 7 алт. 2 д. В той же отписке сообщались результаты опросов тезика Ажи-Талыка и астраханского бухарского двора жильца Ажи-Кудаша, по делу о взятых ими у прежнего хивинского хана животах на сумму, первым 5000 руб., вторым 1200 руб.; оба отказались признать свою вину в незаконном будто бы завладении ханским имуществом. И наконец здесь же Посольский приказ ставился в известность о мерах, предпринятых воеводами в связи с челобитной потерпевших русских торговых людей от 18 февраля 1649 г., чтоб государь их пожаловал, не велел у тех иноземцов ... торговых людей товары и животы имать, потому что де те их животы в полате излежатца и моль переест, а отдати бы те товары и животы тем иноземцом, а по них взять поруки добрые. Все высказанные пожелания были удовлетворены, на иноземцах были взяты поручные записи, и товары их было строго запрещено продавать кому-либо до государево указа.

Далее на лл. 111 — 136 приведена переписка по челобитьям ограбленных в Хиве торговых русских людей, добивавшихся указа о взыскании понесенных ими убытков из имущества проживающих в Астрахани хивинских послов и хивинских купцов путем правежа. [206] Действительно послы и купцы стояли на правеже великое время, после чего договорились с потерпевшими русскими людьми о прекращении этого дела миром. Остались неудовлетворенными лишь Ив. Кир. Мыльников да гость Григорий Никитников, отсутствовавшие тогда в Астрахани. По поводу поданных ими о сем специальных челобитных (лл. 136 и 164) в Посольском приказе состоялось особое рассмотрение. В результате по государеву указу и грамоте из Посольского приказа 27 января 1651 г. велено было астраханским воеводам торговых людей, которые сь юргенскими послы зделку чинили, поставить и допросить, зделку они сь юргенскими послы по совету ли з гостем з Григорьем Никитниковым или с прикащики ево учинили, и что у них за ково повытья взяли, и в записях и в мировых челобитных велено досмотреть чье имяна о зделке тех грабежных животов в записях и в мировых челобитных писаны, и гостя Григорья Никитникова имя или прикащиков ево в тех записях и в мировых челобитных написаны ли, и будет написаны и что те прикащики по своей зделке на нево Григорья у послов взяли, а будет в тех записях и в мировых челобитных гостя Григорья Никитникова и прикащиков ево имян не написано, и торговые люди которые || с послы зделку чинили в допросе скажут, что они в тех грабежных животах сь юргенскими послы зделку учинили в своих повытьях, а за гостя Григорья Никитникова повытье в той зделке послом не ималися, и тех торговых людей допрося про то подлинно и взяв скаску за их руками велено за то повытье грабежного живота гостя Григорья Никитникова на юргенском после Эмине взяти по прежнему государеву указу и отдати прикащиком ево с роспискою, чтоб в том вперед спору не было, а сколько каких животов им отдадут и на сколько ценою и о том велено отписати ко государю к Москве в Посольской приказ (лл. 152 — 154, 195).Тем же порядком, но несколько позже, по особой грамоте из Посольского приказа от апреля 1653 г., должен был быть удовлетворен и казанец торговый человек Иван Мыльников (лл. 210 — 216).

МД. Хив. ст-цы 1646 г. августа 12 — 1653 г. июля 10, на 222 лл., лл. 1 — 11.

76. 1652 — 1653 г. ранее апреля … — Ярлык хивинского хана Абул-Гази ц. Алексею Михайловичу с объяснением причин задержания в Хиве имущества приехавших туда русских торговых людей.

Бога вседержителя великопреславнейшему государю, венец на главе имеющу, подобно солнцу сияющу, над государи государю. Буди вам ведомо: наперед сего из Астрахани пришли морем на Караганское пристанище 11 человек руских торговых людей и прислали с того пристанища к нам от себя в гонцах руского человека Гарасима с тем, что де наперед сего торговые люди с торгом в наше государство хаживали, чтоб де и им к нашему благосчасному порогу с торгом притти попрежнему ж; и мы те речи || у того Гарасима выслушав говорили ему, что наперед сего [207] тюркменцы были в нашем повелении, а ныне они нам не послушны, как вы ис Караганского пристанища с товары к нам пойдете и на дороге тюркменцы вас пограбят, и тем учинитца ссора, чтоб им из бусы не выгружать итти назад и терпеть до нового году, и аже даст бог как тюркменцов приведем под свою руку, и в те поры нарошно степью от нас гонца пошлем, и вы в те поры с торгом приедете безстрашно. С сим ответом ево Гарасима отпустили назад к товарыщем ево, и они те наши слова не послушали, из бусы выгрузились на Караганском пристанище, и тюркменцы их пограбили, а приехали они к нам не з большими товары, и хотели было те руские люди итти в Бухары, и в Бухарех в то время была война, и они затем в Бухары не пошли, а пошли назад; и мы для того у них || животы взяли в свою казну на збереженье, чтоб на дороге тюркменцы их опять не пограбили, денег и живота на 2765 руб. на 30 коп., потому, чтоб меж нами ссоры не было. И мы для ради того дела послали к вам наперед сего посла нашего Эмина-Багатыря с нашею грамотою и с поминки, а поминков послано было жеребец аргамачей гнед, да жеребец аргамачей сер, 3 пансыря, 2 седла нарядных, двои тебеньки бархатные, да кушак, да тулунбас оправлен золотом, 5 кож бабровых; астраханские ваши воеводы до вас государя того нашего посла не допустили и те наши поминки и посольские животы те деловые люди поИмали в Астрахани грабежем и на правеже мучили без милости и дву человек замучили на правеже до смерти. А ныне мы з гонцом своим з Девлет-Маметем к вам государю в поминки посылаем 2 камки золотных, да 2 лука, а велели те поминки вам государю поднесть послу своему Эминю-Багатырю.

На обороте печать, а в ней написано: Раб божий Абдул-Газы царь Арапа царев сын.

МД. Дело 1616 — 1744 гг. "Выписка о бывших хивинских в России послах и проч.", лл. 65 — 66. Рукопись второй половины XVIII в. Датируется на основании времени прибытия посла в Астрахань с учетом понадобившегося ему времени для проезда от Хивы до московской границы.

77. 1654 г. мая 5. — Отписка астраханских воевод кн. Ивана Петровича Пронского с товарищами в Посольский приказ о результатах переговоров с хивинским послом Амин-Бехадуром по делу о задержанном в Хиве имуществе русских людей и о прочем.

Государю царю и великому князю Алексею Михайловичю всеа Русин холопи твои Ивашка Пронской, Васька В[олкон]ской, Алешка Иевлев, Васька Герасимов чело[м бьют]. В нынешнем, государь, во 162-м году апреля в 9 [день] в твоей государеве и великого князя Алексея Михайловича всеа Русии грамоте за приписью дия[ка] Ивана Патрекеева писано к нам холопем твоим, а велено юргенскому послу Эминю-Багатырю сказать: писал к тебе великому государю в грамоте своей юргенской Абыл-Газы царь, что взято де у твоих государевых торговых людей в его цареву [208] казну на збереженье денег и животов на 2000 на 700 на 60 на 5 руб. на 10 алт., и он бы посол гонца своего [Де]влет-Маметя, которой прислан к нему от ца[ря], к Абыл-Газыю царю отпустил и с ним к нему писал, чтоб он Абыл-Газы царь против тех [вз]ятых прислал в Астарахань товаров же бухарских зенденей и иных [каких] товаров по бухарской цене то ж число [и тво]их государевых людей, которые у него задержаны, велел отпустить в твою царского величества от[чи]ну в Астарахань, и торговым бы своим людем юргенцом с товары в Астарахань приезжать так же и бухарцов с товары велел пропускать на Караганское пристанище попреж || нему, а ты великий государь ево Эминя с товарыщи из Астарахани также в Юргенчи велишь отпустить, и твои государевы торговые люди к ним в Юргенскую землю по твоему государеву указу приезжать учнут же; а сказав твой государев указ юргенского б гонца Девлет-Маметя из Астарахани отпустить и с ним мне холопу твоему Ивашке к юргенскому Абыл-Газыю царю от себя о том о всем отписати ж; да как юргенской Абыл-Газы царь против того ко мне холопу твоему [отпи]шет и твоих государевых торговых людей, которые задержаны в Юргенской земле, в твою государеву отчину в Астрахань отпустит и товары о которых к нему писано пришлет, и нам холопем твоим тех юргенских послов Эминь-Багатыря с товарыщи по тому ж отпустить в Юргенскую землю, а товары, которые пришлет юргенской царь в твою государеву отчину в Астарахань за грабленые товары, прислать к тебе государю к Москве с кем пригож, и по твоему государеву указу те товары челобитчиком отдадут по розделу на Москве; а послом Эминю-Багатырю с товарыщи покаместа они побудут в Астарахани велети б нам холопем твоим да[вать] кормец как пригоже, чтоб их з голоду не поморить, а юргенского Абыл-Газыя царя камки и луки, что прислал к тебе государю в дарех з гонцом своим, || прислати б нам холопем твоим к тебе государю к Москве; а что, государь, у юргенских послов каких животов взято и челобитье отдано, и тех бы челобитчиков отпуски в Юргенчь велеть нам холопем твоим ис таможенных книг выписать, [и к]оторой будет челобитчик сверх своего живота, что с кем отпущено, взял у послов лишнее и помирились без совету иных челобитчиков, а иным челобитчиком за грабленые животы не досталось ничего, и те лишние взятки велеть на них доправить и прислать к тебе государю к Москве; а будет и гостя Григория Микитникова прикащики с послом не розделалися ж и о той их нерозделке потому же бы к тебе к государю отписать имянно. И апреля же в 10 день по твоему государеву цареву и великого князя Алексея Михайловича всеа Русии указу мы холопи твои велели быть в приказную избу юргенскому послу Эминь-Багатырю и твой государев указ ему о всем против твоей государевы грамоты сказали. И посол Эминь-Багатырь говорил, что де он гонца своего Девлет-Маметя к Абыл-Газыю царю отпустит на твоих государевых бусах, на которых поедут из Астарахани твои государевы торговые люди для торгу на Караганские пристанище, и к Абыл-Газыю де царю [209] с ним отпишет, чтоб он || (Далее за утратой подлинника печатается по копии XIX в.) Абыл-Газы царь против взятых товаров, что взято в ево цареву казну у твоих государевых торговых людей на збереженье денег и животов на 2000 на 700 на 60 на 5 руб. на 10 алт., прислал в Астарахань товаров же бухарских зенденей и иных каких товаров по бухарской цене то ж число, и твоих государевых людей которые у него задержаны велел отпустить в твою государеву отчину в Астрахань, и торговым бы своим людем юргенцом с товары в Астарахань приезжать также и бухарцов с товары велел пропускать на Караганское пристанище попрежнему; а что де против того Абыл-Газы царь учинит, того он не ведает. А мне холопу твоему Ивашку как к Абыл-Газыю царю о том от себя отписать, и в Астарахани в приказной избе таковы образцовые грамоты как из Астрахани бояром и воеводам от себя к юргенскому и к бухарскому и к иным царем грамоты писать нет; и я холоп твой как к юргенскому Абыл-Газыю царю гонца Девлет-Маметя пошлю, о том о всем против твоего государева указу прикажу словесно, а что к тебе государю юргенской Абыл-Газы царь прислал в дарех з гонцом своим з Девлет-Маметем 2 камки кизыл-башские цветные одна бруснична, а другая зелена з золотом, да 2 лука мешецкие, и мы холопи твои те камки и луки (Отсюда печатается по подлиннику.) послали к тебе государю с астараханцом сыном боярским с Ондреем Вихоревым, а приехав к Москве велели ему явитися и отписку, камки и луки подать в Посольском приказе твоим государевым дияком, думному Алмазу Иванову да Андрею Неми-реву, а послом Эминю-Багатырю с товарыщи покаместа они побудут в Астарахани велели мы холопи твои давать твоего государева жалованья кормец, чтоб им з голоду не помереть, маия с 5-го сего числа послу Эминь-Багатырю по 10-ти д., другому послу Назару да гонцу Ших-Бабе по 6 д. денег человеку, да гонцу же Девлет-Маметю по 4 д., царевым людем [п]яти человеком Касиму да Мишику да Бабе да Халдару да Тары-бердею по 3 д. человеку на день, да питья послу Эминь-Багатырю по 3 чарки вина да по 2 крушки меду, послу же Назару да гонцом Ших-Бабе да Девлет-Маметю по 2 чарки вина да по крушке меду, людем царевым 5-ти человеком по чарке вина человеку, да вопче им || (Далее за утратой подлинника печатается по копии XIX в.) по ведру пива на день. А которого, государь, числа посол Эминь-Багатырь гонца своего Девлет-Маметя с письмом к Абыл-Газыю царю из Астарахани пошлет, и как юргенской Абыл-Газы царь (Отсюда печатается по подлиннику.) против того ко мне холопу твоему Ивашке отпишет или словесно прикажет и твоих государевых торговых людей, которые задержаны в Юргенской земле, ково в твою государеву отчину в Астарахань отпустит и товары пришлет, и как по твоему государеву указу мы холопи твои юргенских послов Эминь-Багатыря с товарыщи из Астарахани отпустим в Юргенскую землю, и о том к тебе государю мы холопи твои отпишем впредь с ыными твоими государевыми делами, а товары которые пришлет юргенской царь к нам холопем твоим в Астарахань за грабежные товары твоих государевых торговых людей [210] пришлем к тебе государю к Москве с кем пригож. А что, государь, у юргенских послов каких животов взято и челобитчиком отдано, и мы холопи твои тех челобитчиков отпуски в Юргенчь велели ис таможенных книг выписать, и которой будет челобитчик сверх своего живота, что с кем отпущено, взял у послов лишнее и помирились без совету иных челобитчиков, а иным челобитчиком за грабленые животы не досталось ничего, и те лишние взятки по твоему государеву указу велим мы холопи твои на них доправить, и пришлем к тебе государю к Москве; и гостя Григорья Микитникова прикащики с послом будет не розделалися ж и о той их нерозделке и о всем по тому же к тебе государю мы холопи твои отпишем имянно впредь с ыными твоими государевыми делами.

ИАИ Акад. Наук СССР. Астраханские акты, акт от 1654 г. мая 5. Печатается частью по подлинной рукописи, частью по копии середины XIX в.

78. 1669 г. ноября … — Ярлык хивинского хана Ануша-Мухаммед-Бехадура ц. Алексею Михайловичу о возобновлении дружественных и торговых сношений.

Перевод с фарсовского письма з грамоты, что писал к великому государю царю и великому князю Алексею Михайловичю [т:] || юрьгенской Ануша-Магмет-Багадыр-хан с послом своим с Пелван-кулы-Баадырем в нынешнем во 181-м году декабря в 19 день.

Бога непорочного! Велеможнейшему, превысочайшему и превысокую честь имеющему, множества войска имеющему, от благаго корени благо-рожденному, великие Росии великому государю белому царю и великому князю московскому и болгарскому, праведному и пресловущему, милостивому и всех христиан || облаадателю, благое поздравление. Прежде сего междо вашими и нашими предки дружба и любовь и ссылка бывала, и в прошлых годех от вас о делех присылка была ж, и потому мы желаем всякого добра свыше прежняго, чтоб между вами и нами дружба и любовь и ссылка свыше прежняго была о всяких добрых делех, и торговым бы людям на обе стороны ходить было повольно, что в нашей стране к руке, то б привозили: немецкие узорочные товары и соболи и зуб рыбей и добрые скорлатные сукна и бельи шубы и иные товары, а те товары в наших странах в Юргенской и в Семерханской || земле также и в Бухарех годны. А по вашей присылке, наказав о всем, послал к вам посла своего Пелван-кулу-Баадыря, и вам бы велеть с ним послом нашим о всем о добрых делех договор учинить, как бывало между вашими и нашими предки наперед сего, чтобы отныне и впредь между вами и нас была добрая дружба и ссылка свыше прежняго; а о всем наказано с послом нашим, чтоб ему верить и жаловать ево на приезде и на отпуске, и о всем на мере положить и его пожаловать отпустить. Потом умножи бог благоденствие ваше на ваших великих государствах. [211-212-213]

В печате на грамоте написано: Ануша-Багадырь-Магметь-хан. (См. еще более раннюю грамоту хивинского хана Ануша-Мухаммед-Бехадура ц. Алексею Михайловичу, от времени не позднее 15 сентября 1669 г., присланную с русским послом Иваном Федотьевым о том же возобновлении дружественных и торговых сношений, напечатанную в примечаниях к ст. Н. Веселовского "Прием в России и отпуск среднеазиатских послов" — Журн. Мин. нар. просв., 1884 г., июль, стр. 82 — 83. Дата установлена нами на основании срока отбытия русского посланника из Хивы. См. табл. "Русск. посол.", п. 9. — ср. также связанную с посольством Ивана Федотьева грамоту ц. Алексея Михайловича хивинскому хану Ануше от 15 апреля 1668 г., о поддержании и дальнейшем развитии торговли между обеими странами, напечатанную в Полном собрании законов, т. I., стр. 741 — 743, № 428.)

МД. Хив. посольск. кн. 1670 — 1673 гг., № 1, ал. 68 — 70. При установлении даты настоящего документа учтено время проезда хивинсного посла от Хивы до Астрахани и задержка его там вследствие восстания Степана Разина. См. табл. "Хив. посол.", п. 28

79. 1671 г. марта после 16. — Выпись из расходной книги Приказа Большой Казны 1645 — 1646 гг., о количестве товаров и денег, выданных отправленному в Бухару с торговыми целями астраханскому посадскому человеку Анисиму Грибову.

В росходной книге прошлого 154-го году написано: по указу великого государя царя и великого князя Алексея Михайловича [т.] ис Приказу Большие Казны послан для торгового промыслу в Бухарскую землю астараханец посацкой человек Анисим Грибов с товарыщи, а с ними великого государя казны послано соболей на 4000 на 200 на 50 на 1 руб., кости рыбья зубу на 100 руб. на 2 гривны, сукна гранату 15 аршин, цена 32 руб. 13 алт. 2 д., киноварю на 100 на 40 на 3 руб. на 13 алт. на 2 д., 2500 || золотых по рублю золотой, денег 268 руб.; да ему ж Анисиму дано денег на товарную покупку, что ему покупать на Москве и вести те товары в Бухары 10 000 руб.

МД. Бух. и хив. посольск. кн. 1671 — 1676 гг., № 4, лл. 7 — 7 об.

80. 1673 г. апреля 9. — Челобитная хивинского посла Пехлеван-кули-бека ц. Алексею Михайловичу о пограбленных у него при взятии Астрахани Степаном Разиным всяких "животах и деньгах", и о пожаловании его "государским жалованьем" для расплаты со своими заимодавцами.

А. — Перевод с фарсовского письма с челобитной юргенского посла Палван-кулы-бека, каково подал в Посольском приказе толмачь его Яков Лазарев в нынешнем во 181-м году апреля в 9 день.

Великому государю, высокоместному, на главе венец имеющу, подобно солнцу сияющу, много войска имеющу подобно небесным звездам, и всего Российского государства обладателю князю Алексею Михайловичю юргенского Анавша-Магметь-Батырь-хана посол Палван-кулы-бек бьет челом. В прежних летех при предках ваших великих || государей безурывная ссылка и дружба бывала и ныне государь наш с вами великим государем такоже дружбы и любви желает, и на обе стороны послом и посланником и всяким торговым людям путь был чист и торговым людям торговать повольно водяным и сухим путем приезжать безопасно ж, а буде из вашие страны послы и посланники и купчины и всякие торговые люди учнут приезжать в наши государства и мы такоже будем их через государства наши в Бухары и в Семерхант и в Балг и в Кабул и Лягандурь и до Индейского государства пропускать || без задержанья. А что с вашею государскою любительною грамотою прислан был ко государю нашему Иван Матвеев, и против той вашей государской грамоты приказано отвечать мне послу его Анавша хана Палван-кулы-беку во всем, а с вашими торговыми людьми наши торговые люди будут промышлять вместе повольным торгом и вашей государской казне что будет годно всяких узорочных товаров, и им те товары покупать будет повольно ж. А как я пришел в Астарахань при боярине при князе Иване Семеновиче Прозоровском и в то || время прислал ко мне подьячего и велел переписать государя нашего Анавша хановых поминков, что прислано было к тебе великому государю, и мои дары холопа вашего, и тем животам хановым и моим и которые посланы были продавать на Русь и вместо того покупать руские товары буде годно в казну государя нашего.

Роспись хановым поминком: 9 инохотцов добрых, 4 оправных сабель с каменьем, зверь бабр, 5 талумбасов оправных каменьем, || 9 зарбафов золотных, 9 выбоек золотных на миткалех, 9 кисеи волочены серебром, 18 луков бухарских. Да у меня же холопа вашего посла было даров: 5 инохотцов, 2 рога индриковых, 300 серых овчинных курпеков бухарских, юфть рукавиц шиты золотом и с узорочными с каменьми и з жемчюги, 9 луков бухарских писаны золотом. И после того спустя 9 месяцов || пришли воровские казаки под Астарахань и воеводы город укрепили, а нам отвели место меж дву башен блиско бухарского гостиного двора, и приказали нам быть тут бережно, стоять крепко; и как учали воровские казаки приступать к городцкой стене за 3 часа до света и в то время мы с ними бились, и убили у нас хановых людей 20 человек, а торговых наших людей 50 человек, и те люди головы положили за вас государей; а как город Астарахань воровские казаки взяли и нас ополонили и мучили розными муками и все наши животы и деньги все || пограбили, и что было на бухарском дворе наших торговых людей животов и то все пограбили ж. А взяли окроме хановых поминков и моих холопа вашего даров, что было прислано к тебе великому государю, и продажных хановых товаров, которые были присланы со мною холопом вашим на Русь продавать, и моих холопа вашего товаров взяли 82 таи, да сверх того взяли у меня 2-х жонок и отдали юртовским татаром, которые в Астарахани живут, и всякую || нужду и голод терпели и одолжали великими долги, и взяли в долг 1500 руб. и хановых и своих людей теми деньгами прокормил, и те заимодавцы ныне пришли с нами же к Москве, долгов своих на нас просят, а нам дать нечего; и ныне видя ваши великого государя пресветлые очи славим бога и желаем вашей государской милости, чтоб нам от тех долгов очиститца вашим государским жалованьем. И как пришел боярин Иван Богдановичь Милославской в Астарахань воеводою, и стал подле реки Поздалы, и к нам прислал присыльщиков своих || уговаривать казаков воровских, и мы служа тебе великому государю и радея к тем казакам воровским не по одинова своих людей посылывали уговаривать их казаков и казаки меня к боярину посылали многожды. По сем вашей государской милости желая молим, умножи бог благоденствие ваше.

Б. — Он!

Князь Алексей Михайлович.

Челобитная нижайшего раба Пехлеван-кули-бека посла. До зенита доклада величайшему царю, обладающему несметным как звезды войском и сверкающим как солнце венцом, повелителю страны русской доводит и докладывает, что раба Ануша-Мухаммад-Бехадур-хан послал лобызать ноги великого царя и соблаговолил сказать: вот уже долгое время и многие годы, что между этими двумя сторонами и отцами и дедами их есть и будет любовь и дружба — через Караган 3 — 4 корабля в нашу сторону приходили, а по суше 300 — 400 возов ездили по торговым делам туда и назад. Путь дружбы между обеими сторонами в том, чтобы старые сношения возобновить и любовь и дружбу умножив, упомянутые 2 пути обезопасив, послов, купчин и торговцев через Караган и по суше послать.

Если будет желание, то в славные города Бухару и Самарканд и Балх и Кабул и Лахор до границ Индии пусть ездят. И желание наше таково, чтобы прислав всякого рода товары, какие пожелают, продавали и покупали. То, что есть в этой стране нашей из шелку сырого мы пошлем и шелк обработанный в Бухаре и Самарканде тоже пусть покупают, а мы тоже послов, купчин и торговцев отправим.

А я смиренный посол, во время князя Иван Семеныча Прозоровского прибыл в Астрахань и пришли … и составили сначала список высочайших подарков, а потом подарков нижайшего раба и имущества раба; и список высочайших подарков такой: бухарских иноходцев 9, юлбарс 1, тулунбасы разукрашенные 5, мечи в инкрустированных ножнах 4, зербафт . 9, ситец ручной золотом шитый 9, бар-дадж (?) 9, шкура юлбарса 2x9, луки специальные (?) 2x9. Подарки раба следующие: иноходцев 5, рога носорога одна пара каракуль 300, билэ золототканная с жемчугом одна пара, луки позолоченные 9.

А потом, когда через 4 месяца злокозненные казаки появившись у крепости обосновались, князья, об укреплении крепости постаравшись, мне с людьми из караван-сарая и слугами 2 башни крепости назначили. Когда злокозненные казаки на крепость напали, до 3-х часов мы бились, 22 человека из ханских людей и 50 — 60 человек купцов погибли и царю долго жить приказали. Потом они 3 дня приходили и добро купцов и караванщиков бухарских забрали, а мне с людьми моими руки и шею связали, мучали и пытали много и все звонкие деньги и товары, что были, забрали кроме из подарков 82 не развязанных тюков (?) из добра царского и моего добра. И 2-х рабынь моих взяли, одну в Ногай дали, а другую в Тен (?) послали. И остались мы пленниками в руках злокозненных казаков. После 19 месяцев, по счастью именитого царя, Иван Богданович в Астрахань придя на берегу Аб- и- Баллы расположился и 7 раз между казаками и Иваном Богдановичем, душой и телом из благожелательного к славному царю обратившись ..., посольство я делал. Кое что из неописуемых бед моих я дерзнул изложить. Прошу у чести святейшей и высочайшей, чтобы по милости простил мне. Дни жизни и счастья [214] да будут благоприятны. Господь рабой.

На полях: И долгое время, что в руках у казаков [я был], доныне 1500 руб. задолжал царевым людям и своим людям еду и одежду давал, и кредиторы вместе со мной в Москву прибыли. Слава аллаху, удостоился я поцеловать стопы августейшие славного царя. Надеюсь, что снизойдя и смилостивившись, соблаговолят меня от долга избавить. Приказ — высочайший есть.

На полях 1-го листа: И преданный раб Пехлеван-кули-бек посол обстоятельную ответную грамоту [написал] и на все им ответ даю.

МД. А) Хив. посольск. кн. 1670-1673 гг., № 1, лл. 97 — 101; Б) Хив. ст-цы 1670 г.; января 7 — 1673 г. августа ., лл. 98 — 99. Подлинник на персидском языке, см. стр. 433 — 435.

81. 1673 г. мая 27. — Грамота ц. Алексея Михайловича хивинскому хану Ануша-Мухаммед-Бехадуру: 1) о согласии своем на возобновление свободной торговли для хивинских купцов, при непременном, [215] однако, условии взимания с них положенной по новому уставу пошлины, и 2) об отказе московского правительства компенсировать убытки, нанесенные хивинскому посольству казаками Степана Разина.

Божиею милостию от великого государя и великого князя Алексея Михайловича [п. т.] || Юргенские земли начальнику Анавша-Магаметь-Багадырь-хану наше царского величества с помощию бога всесильного самодержательное слово. || В нынешнем во 181-м году декабря в 19 день присылал к нам великому государю к нашему царскому величеству ты Анавша-Магметь-Багадырь-хан посла своего Спелвал-кулы з грамотою. И мы великий государь наше царское величество тому вашему послу указали наши царского величества пресветлые очи видеть и грамоту у него принять велели и выслушали милостиво. А в грамоте своей к нам великому государю к нашему царскому величеству ты Анавша хан писал, напоминая предков наших великих государей царей и великих князей росийских [с] предки ваши юргенскими ханы прежнюю милостивую обсылку, и желаете нам великому государю нашему царскому величеству всякого добра свыше прежняго, и чтоб купетцкие люди с обоих сторон для своих торговых промыслов ходили || повольно, а особно б в вашу страну наши царского величества подданные возили узорочные товары, соболи и кость рыбья зубу и иные товары, которые в вашей стороне годны, а на знак нашие государские к себе милости присылали к нам великому государю к нашему царскому величеству зверя бабра; и мы великий государь наше царское величество ту вашу присылку приняли милостиво и в любовь. Да тот же ваш посол, будучи у нашего царского величества на Москве, прислал в наш царского величества государственной Посольской приказ письмо на фарсовском языке, а в письме ево написано: буде впредь с нашие царского величества стороны учнут приезжать в вашу землю наши царского величества послы и посланники также и купецкие люди, и вы их || чрез вашу землю в Бухары и в Семерхант и в Балг и в Кабул и в Лягундарь также и до Индейского государства пропускать велите без задержанья. А как де он ехал к нам великому государю нашему царскому величеству и был в нашей царского величества отчине Астарахани, и тогда при ево бытности в Астарахани поминки ваши, что к нашему царскому величеству вы с ним послали, также и ево посольские дары, которыми было ему нам великому государю челом ударить, и товары, что были везены на продажу, в Астарахани воровские казаки пограбили и разорили, и чтоб за то пограбленное было ему нашею государскою милостию взыскано. И мы великий государь наше царское величество вам Анавше-Магметь-Багадырь-хану ведомо чиним, что мы великий государь наше царское величество желаем быти || с вами в любительных ссылках неотменно и подданным вашим нашего царского величества Росийского царствия в Астарахань для своих торговых промыслов приезжать и торговать повольною торговлею позволяем з достойным [216] платежем пошлин по уставу нашего царского величества Росийского царствия. А что в Астарахани будучи тому вашему послу и всем при нем будучим вашим людям учинили грабеж и разоренье воровские казаки Стенька Разин сь единомышленники своими, которые нам великому государю нашему царскому величеству изменили, и учинили они такой грабеж и разоренье своим изменничьим злым поступком, и не только что поминки ваши и посольские дары и товары тот вор у посла вашего пограбил, но и наших царского величества астараханских боярина и воевод побил || до смерти и Астарахань взял и многих начальных знатных и приказных и жилецких людей побил же и животы их все розграбил, также и нашу царского величества казну потому ж всю розграбил и государственные наши царского величества дела пожег и всякие злости и поругательства и досадительные грубости починил; и над тем вором за ево воровство и за злые дела по нашему царского величества повеленью и по правам нашего царского величества Росийского царствия казнь учинена; и которые убытки вашим поминкам и посла вашего даром и товаром от того вора починились, и тех всех убытков и грабежу нагородою (Так в рукописи.) нашие царского величества казны причитати не доведетца, а довлеет то все положить на волю божию. А посла вашего пожаловав нашим государским || жалованьем указали мы великий государь наше царское величество отпустить к вам не замотчав. Писан государствия нашего во дворе в царствующем велицем граде Москве лета от создания мира 7181-го месяца мая 27 дня.

Писана на середней александрейской бумаге, запечатана государственною большою печатью против прежняго, писана золотом по "московского", татарским письмом вся; подпись на загибке; писал грамоту в лист переводчик Алексей Месетев; послана в черфчатой тафте.

МД. Хив. посольск. кн. 1670 — 7673 г., № 7, лл. 709 — 772 об.

82. 1673 г. июля 3. — Грамота ц. Алексея Михайловича астраханским воеводам боярину кн. Якову Никитичу Одоевскому с товарищами о возвращении хивинскому послу Пехлеван-кули-беку взятых с него в Астрахани пошлин вследствие разорения его казаками Степана Разина.

От царя и великого князя Алексея Михайловича [т.] в нашу отчину в Астарахань боярину нашему и воеводам князю Якову Никитичю Одоевскому да стольнику нашему князю Ивану Михайловичю Коркодинову да Василью Лаврентьевичю Пушечникову да дьяком нашим Степану Шарапову да Петру Самойлову да Василью Протопопову. Бил челом нам великому государю юргенской и хивинской посол Полван-кулы-бека || Ажи-балк-Маметев: в прошлом де во 180-м году после разоренья вора Стеньки Разина занимал он для своей скудости и разоренья в Астарахани у [217] иноземцов и всяких чинов у людей заморских товаров для пропитанья, и тот де заемной товар объявил он в Астарахани в таможне, а прежде сего как к нам великому государю юргенские послы приезживали и по нашему великого государя указу пошлин с них не имывано, и после ево к нам великому государю отпуску с тех ево заемных товаров с людей ево пошлин взято 48 руб., по гривне с рубля, а на Москве по нашему великого государя указу наших великого государя пошлин с товаров || ево, которые он продавал на Москве, для ево разоренья не взято, и нам бы великому государю пожаловати ево посла для ево разоренья и великие скудости по астараханской выписи те пошлины, что взяты в Астарахани, ему выдать. И как к вам ся наша великого государя грамота придет, а юргенской посол в Астарахань к вам приедет, и вы б пошлины, которые с него взяты в Астарахани, велели для ево разоренья, что ему починил в Астарахани вор Стенька с товарищи, ис таможенных доходов выдать потому, что по нашему великого государя указу на Москве с товаров ево что он привез к Москве || для ево разоренья по ево ж челобитью пошлин имать не велено; а впредь сь юргенских послов пошлины с товаров их, буде в Астарахань будут, имали по новому уставу. Писан на Москве лета 7181-го июля в 3 день. За приписью дьяка Ивана Евстафьева.

МД. Хив. посольск. кн. 7670 — 7673 г., № 7, лл. 148 об. — 150.

83. 1673 г. октября 2. — Отрывок из дела Воеводской астраханской избы о вывозимых хивинским послом Пехлеван-кули-беком товарах.

Прошлого 180-го году в таможенных книгах збору таможенного головы Ильи Колупаева с товарыщи написано: апреля в 11 день у хивинского посла Палан-кули-бека товару: 9 топ пестредей мозондронских, цена 5 руб. 13 алт. 2 д., топа по 20 алт., 9 переспирей белых, цена 9 руб., по рублю переспиря, 147 кумачей синих, цена 58 руб. 26 алт. 4 д., по 13 алт. по 2 д. кумачь, 130 бязей мозондронских, цена 52 руб., по 3 алт. по 2 д. бязь, 410 ансырев шолку ряского, цена 369 руб., по 30 алт. ансырь; всему товару цена 494 руб. 6 алт. 4 д. Проезжих пошлин взято 49 руб. 14 алт., по гривне с рубля, для того, что он тот товар повез к Руси.

Да сентября жь в 27 день боярину и воеводам князю Якову Никитичю Одоевскому с товарыщи голова московских стрельцов Андрей Дохтуров у юргенского и хивинского посла Палан-кулы-бека на стругах что по ево досмотру объявилось подал письмо таково, а в письме пишет: || 182-го сентября в 27 день по государеву цареву и великого князя Алексея Михайловича [т.] указу и по приказу боярина и воеводы князя Якова Никитича Одоевского по досмотру головы московских стрельцов Ондрея Семеновича Дохтурова в дву стругах вятцких у хивинского посла у Полан-кули-бека против великого государя грамоты пересматривал лишных и заповедных товаров и людей, а по досмотру у хивинского посла: вина [218] в 10 бочках, по смете, в дву бочках ведр с 50, в дву ж бочках ведр с 30, да во шти бочечках ведр з 20 с лишком, по досмотру ж ясырю 5 человек калмыцкие породы женскова полу, да у хановых людей 4 человека девок калмыцкие ж породы, 6 соколов, 7 ястребов, даны ястребы в подарках, а которые есть у него посла товары и на те товары есть у него великого государя грамота, тех товаров у него смотреть и пошлин с них имать не велено || и старые пошлины велено отдать. А о поезде своем он посол сказал: пошлет де он к своему хану из Астарахани гонцов и до тех мест он из Астарахани не поедет для того, что де у него есть великого государя казна послана с ним к хану, и без повеления ханова величества ему ехать не сметь, а в грамоте великого государя указано юргенскому послу вина 100 ведр.

И по указу великого государя боярин и воеводы князь Яков Ни-китичь Одоевской да Василей Лаврентьевичь Пушечников да дьяки Степан Шарапов, Петр Самойлов юргенского и хивинского Навша-Мамбеть-хана послу Палан-кулы-беку о взятых таможенных пошлинах что укажут.

Помета: Выписать из указу великого государя и из грамоты, сколько вина привести велено, и ясырь и птицы провозить им указано ль ныне ||. Против сей пометы выписано: в государеве Цареве и великого князя Алексея Михайловича [т.] указе в новоуставных статьях о торговом деле, каковы статьи даны боярину и воеводам князю Якову Никитичю Одоевскому с товарыщи, под наказом в 23-й статье написано: боярину и воеводам князю Якову Никитичю Одоевскому с товарыщи велеть смотреть накрепко, чтоб нихто заповедных никаких товаров золота и серебра и железа и олова и стрельной стружи и стрел и железец стрельных и пищалей и гвоздей и топоров и ясырю нагайского и татар и татарченков мужска полу и женска и птиц соколов и кречатов и чегликов кречатьих торговым тезиком никоторыми делы не продавали, а послом и посланником и купчинам кизылбашским заповедные товары давать покупать по грамотам великого государя сколько кому чево купить указано, а будет послы и посланники и купчины повезут заповедные товары и птицы, а великого государя грамот о тех товарех и о птицах не будет, и боярину и воеводам те заповедные товары и птицы имать на великого государя и о том писать к великому государю || … А сентября ж в 23 день в государеве Цареве и великого князя Алексея Михайловича [т.] проезжей грамоте написано: бил челом великому государю юргенского Навша-Мамбеть-хана посол Палан-кулы-бек, чтоб ему великого государя в понизовых городах про ханов обиход купить птиц и ясырю, да про свой обиход вина, и по указу великого государя юргенскому послу про ханов обиход птиц и ему послу вина купить поволено, и как он посол в которой город приедет и по городом бояром и воеводам и всяким приказным людем велено ему послу продать соколов гнезда 2 или 3, и ясырю бусурманского которые у великого государя не в подданстве, а кречатов ему послу также и лишних соколов и ясырю [219] кроме указного числа отнюд продавать не велено, а будет объявятца у него посла или у людей ево кречаты, также и сверх указного числа соколы и ястребы, и у него посла и у людей ево тех птиц имать безденежно и прислать к великому государю к Москве, а вина ему послу велено с кружечного двора в котором городе похочет по указной цене продать ведр 100, а больши того продавать не велено и купленое вино велено ему пропускать везде без задержанья.

Помета: 182-го октября в 2 день по указу великого государя царя и великого князя Алексея Михайловича [т.] .

По склейкам скрепа: Диак Петр Са[мойлов]. Андрей Дохтуров руку приложил.

ИАИ Акад. Наук СССР. Астраханские акты, акт 1673 г. октября 2, на 5 сста- вах, конец утрачен.

84. 1675 г. марта 4. — Распросные речи бухарского посланника Хаджи-Фарруха "на разговоре" с ближним боярином Артамоном Сергеевичем Матвеевым.

183-го года марта в 4 день по указу великого государя царя и великого князя Алексея Михайловича [т.] был у ближнего боярина Артемона Сергеевича Матвеева на дворе бухарского Абдулазиз хана посланник Аджи-Фарук на розговоре. И ближней боярин Артемон Сергеевичь посланника спрашивал, о каких делех к великому государю кь его царскому величеству государь ево Абдулазиз хан сверх листа словесно с ним наказал, и он бы ему ближнему || боярину объявил, а он донесет о том царскому величеству. И посланник ближнему боярину говорил: он де Аджи-Фарук руской породы, отец у него жил в Дорогобуже и в Астарахань был сослан, а он родился в Астарахани и взят в полон в калмыки мал 8-ми лет, и ис калмык ходил посол к бухарскому хану и ево отдал хану в подарках, а какова чину отец ево был того он не помнит, только слыхал он, что отец ево слыл Теряев. И жил он у бухарского Недер-Магаметь-хана, нынешнего Абдулазиз-Богадырь-хана у отца, 3 годы, и тот Недер-Магаметь-хан умре и после ево учинился на государстве сын ево нынешней Абдулазиз хан тому уже ныне 30 лет, и живет он || все при хане. И как был в Астарахани боярин князь Григорей Сунчелеевичь Черкаской, и в то время из Астарахани приходили в Бухары торговать торговые люди, а с ними астараханские татары, а до тех мест в Бухары руские люди не хаживали. И он де Аджи-Фарук и с ыными рускими людьми написав челобитную великому государю послали с теми торговыми людьми в Астарахань, а из Астарахани боярин послал ее к великому государю, а у той де челобитной и печать ево Аджи-Фару-кова, и ту де челобитную как Борис Пазухин в Бухарех был к ним привозил и с собою к Москве повез. И боярин посланника спрашивал: с [220] великим || государем сь его царским величеством государь ево Абдулазиз хан желает быть в дружбе и в любви и в ссылке? И посланник говорил: государь де ево Абдулазиз хан с великим государем в дружбе и в любви быть зело желает и послал к великому государю кь его царскому величеству посла своего Назар-Магаметя, а с ними послал к великому государю поминков на 200000 руб. и того посла ограбили калмыки на Яике в то время как Облай тайша с Тайчином бились, а осталось в городе Яике посланных с тем послом животов на 13 верблюдах, а хто тех верблюдов с теми животы взял казаки ль воровские, которые с Разиным были, или государевы люди, того не ведомо, только де || тот посол к хану ограблен пришол. (См. указание на это неудавшееся бухарское посольство 1671 г. также в ярлыке бухарского хана Абдалазиза ц. Алексею Михайловичу от времени не позднее 20 октября 1671 г., с сообщением о разграблении калмыками послов Назар-бека и Ходжа-Мухаммеда, посланных в Московское государство еще до прибытия в Бухару русских посланников Бориса и Семена Пазухиных, и с пожеланием поддерживать постоянные дружественные отношения между обеими странами. (Сб. кн. Хилкова, Пбг. 1879 г. стр. 512 — 514). — Ярлык датирован нами на основании времени отъезда бр. Пазухиных из Бухары — см. табл. "Русск. посол.", п. 10.) И хан де их Абдулазиз желая быть с великим государем в любви, послал другова посла своего Муллофора (См. напечатанные в Сб. кн. Хилкова, Пбг. 1879 г., следующие связанные с этим посольством муллы Фарруха документы: 1. Ярлык бухарского хана Абдалазиза и,. Алексею Михайловичу 1669 г. о возобновлении дружественных дипломатических и торговых сношений и о посылке с этой целью муллы Фарруха (стр. 520 — 521). 2. Грамоту ц. Алексея Михайловича бухарскому хану Абдалазизу от времени не позднее 30 июня 1669 г., отправленную с послами Борисом и Семеном Пазухиными о продолжении на прежнем основании союзных и торговых сношений с Бухарой и о том, чтобы Абдалазиз отпустил с означенными послами всех русских пленных, находящихся в его владениях (стр. 508 — 518). Датировка основана на времени отправления посольства из Москвы. См. табл. "Русск. посол.", п. 10. Такого же содержания грамоты посланы были к балхинскому и хивинскому ханам. 3. Ответную грамоту и,. Алексея Михайловича бухарскому хану Абдалазизу, от 28 февраля 1671 г., с изъявлением согласия на дружественные и торговые сношения с Бухарой и с требованием, чтобы хан отпустил русских пленных (стр. 530 — 533).) не дожидаясь от великого государя присылки, и в которое время тот посол Муллофор был в Росийском государстве, а от великого государя присылан был к хану их посланник Борис Пазухин, и хан де их той великого государя присылки зело был рад и словесно с ним Борисом к великому государю приказывал, чтоб великий государь изволил с ним иметь ссылку и торговым людям торговать. И посол де Муллофор, которой у великого государя был, как от великого государя к хану с поминки отпущон, и едучи в Тобольску умре ||, а великого государя и ханова казна и пословы животы взято было все в Тобольску в приказ и ис приказу отдана названому ево Муллофорову сыну, и ис Тобольска он отпущен, а к ним в Бухары не бывал и поехал ис Тобольска в Казань, а ис Казани в Астарахань и слух де есть, что в Астарахани с тех животов взята пошлина, а из Астарахани куды поехал [221] того не ведомо, а в Тобольску де многие вещи ис той государевы и хановы казны и посольских животов воеводы поимали, которые в Тобольске в то время были, а которые есть в Тобольску бухарцы и иные татаровя, которые государю ево хану желательны, и те де в то время как посол умер воеводам говорили, чтоб тое государевы и хановы казны и посольских животов не отда || вали, и воеводы де поимав ис тех животов многое число того Муллофорова названова сына з достальными животами отпустили. И хан де Абдулазиз доведовся о том и напоминая первого посла грабеж а другова посла смерть, и царского величества поминков и своей казны что искуплено было в Росийском государстве пропажу, сидел з ближними своими людьми и думал ково б к великому государю кь его царскому величеству послать, и приговорили послать ево Аджа-Фарука. И послал де ево к великому государю Абдулазиз хан с своим хановым листом и с лехкими поминки наскоро для того, чтоб он с подлинною ведомостью || вскоре к нему возвратился, и наказал ему, чтоб он искреннее ево ханово к великому государю желательство чрез ближних ево людей донес, что желает с великим государем быть в дружбе и в любве и в сылке и чтоб торговые люди ходили на обе стороны безъурывно. И посла своего великого к великому государю слать хочет с великими и различными поминки, кой час Аджи-Фарук от великого государя к хану возвратитца а в поминках к великому государю с тем послом прислано будет: слон, 2 бабра, 2 каплана, 2 рыси, 18 лошадей иноходцов, 2 кутаса белых, 2 тюльфара резвых бег такой имеют, что на лошади ехать 20 дней, а тот тюльфар днем одним тот путь || перебежать может, 2 попугая ребых на подобие ястреба, и что человек зачнет говорить то и они против того говорят, 2 майны говорливые, 2 мальчика арапов валышеных, и иные многие поминки, которые он в росписи подал татарским языком, и руских полоняников хочет всех отпустить. И ближний боярин посланника спрашивал: много ль у государя ево у Абдулазиз хана руских полоняников и не похочет ли хан за тех полоняников окупу. И посланик говорил: по ханове де милости он полковник, а в полку у него 500 человек бухар, а 500 русских || да и в иных местех руских полоняников много, а хочет хан для любви царского величества отпустить всех без окупу, только б от царского величества послы с поминки ходили. И ближней боярин посланнику говорил: каких поминков от царского величества Абдулазиз хан желает, также какие руские товары в Бухарех употребляют и на руские товары каких товаров в Бухарской земле добыть возможно. И посланник говорил: естьли де царское величество к хану изволит поминки послать, чтоб изволил послать кречетов, да часы боевые, а к ним колокол || пуда в полтора или в 2 и с ча-совником, да цымбалы и к ним игреца, и наказать тому часовому мастеру и цымбальному игрецу, чтоб они, покаместа царского величества посланники у хана побудут, часовник бы часов заводить ис тамошного народу ково, а цымбальной игрец хановых игрецов на цымбалех играть научили б; те де от великого государя поминки приятнее всего хану будут. [222]

А руские де товары у него зело потребны: соболи, сукна, зеркала, бобры, выдры, мехи бельи и заячьи, горностаи, корольки. И естьли меж царским величеством и ханом бухарским пересылки частые учинятца, и торговые люди на обе стороны будут ходить, то || на руские товары на сукна и на юфти красные будут у них в Бухарех выменять камки и отласы и каменье лалы и иные дорогие индейские всякие товары и серебро и золото; а Индейская де земля от Бухарские земли блиска, поспевают из Бухар в Балх в 10 дней, а из Балх в ындейской Кабыл город в 10 ж дней. И боярин посланнику говорил: по указу великого государя его царского величества посланы ныне посланники к государю ево к Абдулазиз хану и к индейскому шаху чрез Астарахань с поминки, а посланы к Абдулазиз хану в поминках соболи добрые: сорок во 140 руб., сорок во 110 руб., сорок в 80 руб., сорок в 70 руб., сорок в 55 руб., пара в 15 руб., пара в 10 руб., 2 пары по 7 руб., пара в 6 руб.; и тем царского величества посланником, на которые места из Астрахани итти, и рад ли будет хан от царского величества той к себе присылки? И посланник говорил: тем де царского величества посланником государь ево Абдулазиз хан зело обрадуется и сколь скоро они к нему придут, то тотчас посла своего великого с лю || бительными поминки к великому государю пошлет, только б указал великий государь тем своим царского величества посланником ехать с ним вместе, а итти из Астарахани на Яик, а сь Яика на Ембу, а сь Ембы в Хиву; а поспевают из Астарахани на Еик в 10 дней, а сь Еика до Ембы в 8 дней, а от Ембы до Хивы в 20 дней. А из Астарахани б с ними со всеми послать до Ембы провожатых 50 человек руских да 50 человек татар юртовских. А выезжая из Астарахани послать лехкого гонца в Хиву, и покамест || до Емба он Аджи-Фарук царского величества с посланники ехать будут, а ис Хивы навстречю провожатые к ним к Ембе выедут. А хивинской и бухарской и балхинской ханы меж собою свои: хивинского Навша-Мбеть-хана сестра родная за бухарским Абдулазиз ханом, а бухарского за хивинским дочь родная, а балхинской хан бухарскому Абдулазизу хану брат родной меньшой и живут все в совете. И тем де царского величества посланником к бухарскому хану и к индейскому шаху итти и от них возвращатися будет безопасно. || А естьли де индейской шах к царскому величеству послов своих и торговых людей учнет присылать, и государь ево Абдулазиз хан бухарской и сродники ево юрьгенской и балхинской хан тех послов пропускать чрез владенье свое и провожать велят. Посланник же говорил: в Тобольске перед приездом ево приехали Гагана-тайши да Учюрты-хана посланцы со многими товары да из Бухар посланцы бухарцы торговые люди з большими же товары, и ис Тобольска де воеводы тех посланцев и торговых людей с товары не пропущают, и посланцов держат и корму им не дают, и чтоб тех посланцов и торговых людей ис Тобольска к Москве отпустить, а впредь бы царского величества послом и посланником || вь Юрьгенчи и в Бухары и в Балх и в Индею ходить на Астарахань тое дорогою как он объявил; та де дорога ближе и ныне [223] свободна. Посланник же говорил: наказал де ему государь ево Абдулазиз хан великому государю ево царскому величеству чрез ближних людей донесть, чтоб указ царского величества послан был в Астарахань и в Тоболеск, чтоб задержанья никаким посланцем не чинили, чтоб зависти не было, а и ныне де как ис Тобольска отпущали ево к Москве и калмыцкие посланцы ему завидывали и з зависти грозили. И естьли де впредь бухарским послом задержанья не будет, а калмыцких || посланцов пропущать не учнут, и чтоб з зависти не учинили калмыки какова над ними дурна. Посланник же говорил: как де ево к великому государю кь его царскому величеству Абдулазиз хан послал, и он де Аджи-Фарык желая великому государю его царскому величеству службу свою показать окупил в Бухарех дву человек полоняников, Алексея Терска города да синбиренина Терентья, и как он Аджи-Фарык приехал в Тоболеск и ево в Тобольску держали воеводы 4 месяца, а корму ему со всеми людьми и с полоняники давано им в Тобольску всем вместе по гривне да по 5 чарок вина да по полу ведра пива на день, и проел он в Тобольску своих || 80 руб., а как де учали ис Тобольска отпущать, и дано ему только 5 подвод, и те де полоняники да людей ево 8 человек за подводами остались в Тобольску, а иные по дороге. А в дороге де корм даван ему скудной, а в ыных городех и не давано. Да он же де заплатил за прогоны от Устюга до Москвы своих денег 5 руб. И боярин посланику сказал, о чем он имянем Абдулазиз хана предлагал, о том о всем он царскому величеству донесет. И потчивав посланника велел отпустить на подворье. (См. связанные с этим посольством Хаджи-Фарруха следующие два дипломатических документа: 1. Ярлык бухарского хана Абдалазиза и,. Алексею Михайловичу от времени не позднее августа. 1674 г. о присылке хану кречетов и отпуске пожитков, оставшихся в Московском государстве после муллы Фарруха, напечатанный в Сб. кн. Хилкова, стр. 533 — 534 (При установлении даты ярлыка учтено время проезда от Бухары до Тобольска). 2. Ответную грамоту ц. Алексея Михайловича бухарскому хану Абдал-азизу от 20 апреля 1675 г., об отпуске сына и людей муллы Фарруха с его пожитками в Бухару, о приеме, оказанном в Москве Хаджи-Фарруху, и об отправлении к хану в качестве поелнников Василия Даудова и Мухаммеда Касимова (Сб. кн. Хилкова, Пбг., 1879 г., стр. 540 — 542).)

МД. Бух. посольск. кн. 1669-1675 г., № 1, лл. 106 — 115.

85. 1675 г. апреля ... — Ярлык хивинского хана Ануша-Мухаммед-Бехадура ц. Алексею Михайловичу о поддержании дружественных дипломатических и торговых сношений между обеими странами.

Перевод с фарсовского письма с листа, каков писал к великому государю царю и великому князю Феодору Алексеевичю [т.] юргенской Анавша-Батырь-хан с послом своим сь Ибреим-беком; поднес великому государю тот лист юргенской посол, будучи на приезде в нынешнем во 185-м году декабря в 5 день. [224]

В начале написано: бог вселенней пищи податель! Во Исусове законе избранному, высокоместному, великому государю, на главе венец имеющу, подобно солнцу сияющу, и храброму, и вельможному, и благодатному, и благочестивому, над государи государю, запада и севера облаадателю, белому царю с любовью поздравление, подай господь бог тебе великому государю доброе здоровье на многа лета. В прошлых, государь, годех || писал ты великий государь любительную свою грамоту с послом нашим с Палат-кулы о делех, чтоб быть нам с тобою великим государем в дружбе и любви, и послами и купецкими всякими людьми ссылатца, и такая ваша великого государя любительная грамота в добром времени принята честно и приятно, и что в ней писано выразумели, и все наше государство возрадовалось, что умножилась меж нами дружба и любовь паче прежнего; а при предках ваших и наших деды ваши и отец бывали с нашими предками в дружбе и в любви, а ныне послали мы к вам || великому государю посла своего Имбреим-бека ближнего своего и доброго с листом своим, чтоб меж нами дружба и любовь множилась; и вам бы великому государю лист у него принять и выслушать любительно, чтоб впредь к нам присылали послов своих и торговых людей без урыву, чтоб меж нами был путь чист и не заперт. А буде вам великому государю лучитца послать послов своих чрез нашу землю в Бухары, в Балх и в Ындею, и мы тем вашим послом до тех земель велим дать подводы и провожатых и отпустить со всем в целости; а которые ваши великого государя посланные в Ындейскую и в Бухарскую земли были в нашей земле, и мы их велели отпустить со всем в целости. По сем тебе великому государю оказую свое приятство, что писано выше сего; а о чем наш посол будет вам великому государю говорить моим словом, и вам бы у того нашего посла выслушать и верить ему во всем. Потом ты великий государь многолетно здравствуй.

А назади у листа в печати написано: Анавша-Магаметь-Багадырь-хан Абдул-Гагыев сын.

Помета: 185-го декабря в 15 день. Великому государю известно и бояром чтено, и бояре приговорили их позвать в Посольской приказ на разговор.

МД. Хив. ст-цы 1675 г. июня 5 — 1677 г. июня 13, лл. 63 — 65. При установлении даты настоящего документа учтено время проезда от Хивы до Астрахани, см. табл. "Хив. посол.", п. 29.

86. 1675 г. апреля ... — Ярлык хивинского хана Ануша-Мухаммед-Бехадура с выражением неудовольствия на русских купцов, неправильно устанавливающих цены на свои и хивинские товары, привозимые на Караганское пристанище.

В начале в печати написано: Анавша-Магамет-Богадырь-хан. Владетельной Анавша-Богатыр ханово слово наше то, что по желанию своему о делах своих государственных приказал послу своему [225] Абреим-беку говорить: ныне ведомо мне учинилось, что из Астарахани к нашей стороне морем [на] Караганы торговые люди приезжали, и те торговые люди товары свои дорогою ценою ставили, а наши товары ценят меньшою ценою, и чтоб о том указ учинили, чтоб они ставили прямою ценою; и в том меж ими учинилась ссора, по тому что в наших товарах был ковер, и в той ссоре тот ковер унесли. А в том морском пристанище надобно город поставить, и начальных людей в тот город послать для береженья, чтоб с обеих сторон было проезжим людем добро.

Внизу в печати написано: Анавша Магаметь-Богадырь-хан Абдул-Казыя ханов сын.

МД. Хив. ст-цы 1675 г. июня 5 — 1677 г. июня 13, лл. 66 — 67. Датируется на основании тех же данных, что и документ № 85.

87. 1675 г. апреля … — Ярлык хивинского хана Ануша-Мухаммед-Бехадура ближнему боярину Артамону Сергеевичу Матвееву об оказании содействия послу Абдаррахиму посланному для получения согласия на постройку города на Мангишлаке.

Великого государя, высокоместного, западного и северного, над государи государя, храброго вельможного самодержца ближнему его честному боярину Артемону Сергеевичю поздравление. А после поздравления буде вам ведомо: в прошлых годех великий государь ваш любительную свою грамоту прислал к нам с послом нашим Палат-кулом в добром времени, и что в той любительной государеве грамоте к нам писано, и о тех || делех мы з ближними своими людьми думали, и но изволению вашего великого государя в дружбе и в соединении быть, чтоб с обеих сторон путь был чист и чтоб ходили и ездили послы и торговые люди беспрестанно и без задержания, чтоб дружба и любовь множилась желаем; и о тех делех послал посла своего Амбреим-бека, и вам бы по сим делам великому государю вестно учинить и о том к нам с нашим послом для подлинного ведома отписать. Да при предках великих государей ваших езживали послы и торговые люди водяным путем на пристанище Кабаклы, и та дорога от калмыков стала заперта, а ныне ездят на пристанище морское Мангышлак, и торговые люди с обеих сторон приезжаючи торгуют, и та дорога ныне чиста и обид никаких ни от кого нет; а по сей стороне моря на берегу на Мангышлаке на пристанище чтоб государь ваш изволил велел город поставить, и как тот город на том месте поставлен будет и наши торговые люди станут ожидать с товарами ваших торговых людей [на] Караган, и станут сьезжатца и торговать, и с обоих сторон вельми || добро торговым людем будет. И после сей писаной речи вышепомянутой посол наш будет говорить словесно. По сем буди здоров.

Внизу в печати написано ханово имя так же, как и у первого листа.

МД. Хив. ст-цы 1675 г. июня 5 — 1677 г. июня 13, лл.67 — 68. Датируется на основании тех же данных, что и документы под №№ 85 и 86. [226]

88. 1676 г. не позднее марта 15. — Ярлык хивинского хана Ануша-Мухаммед-Бехадура ц. Алексею Михайловичу о невзыскании пошлин с товаров хивинского купчины в Астрахани.

Великому государю белому царю, высокоместному, на главе венец имеющему, войска имеюще подобно небесным звездам, всех християн и росийских всех земель владетелю благосчастный Анавша-Багадырь-хан слово наше то. Предки наши отцы и деды с вашими царского величества предки государи в дружбе и любви пребывали, послы и посланники ссылались и что вашему государству годно в нашем владении то купливали по своей воле, а что в вашем государстве годно нашим землям и то || по тому же купливали по своей воле, и купецкие люди на обе стороны ходили и торговали повольно. А в нынешнее время у купчины нашего в Астарахани пошлин взяли 260 руб., и ныне прошение наше то, чтоб те взятые пошлины отдать назад. В прежних годех никогда отнюдь пошлин не имывали, и ныне по тому же бы для дружбы и любви междо нами пошлин не имать и вновь обрасца не учинить, и взятые пошлины отдать назад послу нашему Имбреим-беку, а он наш верной человек. Потом прошенье наше то, чтоб меж нами дружба и любовь впредь множилась. Дай господь бог, чтоб вам быть в добром здравии на больших и великих славных своих престолех, того желаем от бога.

Писано в месяце зилгидиже 1086-м году. (Месяц зильхидже 1086 г. гиджры соответствует по европейскому летосчислению времени от 16 февраля 1676 г. до 15 марта 1676 г.)

А по словенскому счету тому ныне как тот лист писан больши двух годов.

Назади в печати написано чернилами: благощасный Анавша-Багадырь-хан.

Помета: 185-го мая в 22 день великий государь указал и бояре приговорили: пошлины взять для того, что они ложно называют те товары свои хановыми и листа с приезду своего не объявил, а как учали спрашивать на нем пошлин, и он знатно написал тот лист собою, не хотя платить пошлин.

МД. Хив. ст-цы 1675 г. июня 5 — 1677 г. июня 13, лл. 201 — 202.

89. 1676 г. марта 20. — Отписка русского посланника Василия Даудова из Бухары в Посольский приказ с кратким описанием своего пребывания в Хиве и Бухаре и с передачей вестей о внутренних событиях в Хиве, Балхе и Индии.

Государю царю и великому князю Алексею Михайловичю [т.] холоп твой Васька Даудов челом бьет. В прошлом, государь, во 183-м году по твоему великого государя царя и великого князя Алексея Михайловича [т.] самодержца указу послан я холоп твой на твою великого государя [227] службу и в Бухары и в Хиву для твоих великого государя || дел. И в нынешнем, государь, во 184-м году приехал я холоп твой в Хиву октября в 20 день, и хивинского, государь, Навша-Магаметь-хана в тое пору в Хиве не было, был в походе на бухарского хана, а приехал он в Хиву ис походу декабря в 9 день. И я холоп твой у Навше-Магаметь-хана был, и против наказу о твоих великого государя делах и об отпуску пленных людей ему Навше-Магаметю говорил, и ис Хивы отпустил хан меня холопа твоего в Бухары генваря в 20 день. И у бухарского Абдулазиз хана я холоп твой был, и против наказу говорил о твоих великого государя делах и об отпуску пленных людей, и чтоб к тебе великому государю послов своих и пленных людей росийского народу и торговых своих людей с товары отпустил к Москве со мною холопом твоим. А которые, государь, кречеты по твоему великого государя указу || посланы к бухарскому Абдулазиз хану, и ис тех кречатов один умер на море, а дву отнял хивинской хан, а к бухарскому хану отнесено 3 кречата, а кречат умер на дороге едучи ис Хивы. И ныне я холоп твой с твоими великого государя людьми живу в Бухарех, а товарыщ Маметь-Исуп Касимов из Бухар поехал в Ындею к индейскому шаху марта в 2 день. А об отпуску пленных людей говорил, и о своем отпуске я холоп твой говорил. И о посылке к тебе великому государю ево Абдулазиз ханова указу марта по . число мне холопу твоему нет. И буде, государь, Абдулазиз хан из Бухар меня холопа твоего отпустит через Хиву, и из Хивы, государь, мне холопу твоему ехать с пленными людьми на Яик степью без провожатых калмыцких людей улусы Аюки-тайши невозможно, опасно || трухменцов и калмыков и иных воровских кочевных людей, потому что корованом торговые люди ис Хивы пошли в Астарахань вскоре. И о провожатых калмыках Аюки-тайши людех вели, государь, свой великого государя указ учинить мне холопу твоему. А в прошлом во 183-м и в нынешнем во 184-м годех на бухарского Абдулазиз хана воевали балховской Сафан-Гули-хан да хивинской Навше-Магам[еть]-хан, балховской хан взял у бухарского хана 5 городов самых лутчих, да 20 прихородов. А з декабря месяца по месяц март нынешняго 184-году меж себя они ханы послы и посланники ссылаютца, а подлинно мирного поставления меж ими нет. А в Ындейской, государь, земле заметня великия, авганы индейскому шаху изменили и воюют на него индейского шаха, а те авганы живут в горах, а будет их авганской силы с 300 000. А как || я холоп твой был у бухарского Абдулазиз хана вдругие, и хану о твоих великого государя делах и об отпуску пленных людей против наказу говорил, и Абдулазиз хан мне холопу твоему говорил, что он пленных людей отпустить хочет. И будет бухарской Абдулазиз и хивинский Навше-Магаметь ханы со мною холопом твоим пленных людей отпустят, и под тех пленных людей подвод нанять и кормить их нечем, потому что со мною холопом твоим твоей великого государя казны не послано. А с сею отпискою послал к тебе великому государю я холоп твой казанского толмача Ивашка Горнова марта в 20 день, а на Москве велел ему явитца [228] и отписку подать в Посольском приказе боярину Артемону Сергеевичю Матвееву да дьяком думному Григорью Богданову да Василью Бобинину да Емельяну Украинцову.

МД. Бух. и хив. посольск. кн. 1671 — 1676 гг., № 4, лл. 333 об. — 335 об.

<<<НАЗАД          В НАЧАЛО         ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ>>>

Материал предоставлен автором журнала Антикварная англофобия
liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня  

© 2006-2009. Права на сайт принадлежат kungrad.com.
При использовании материалов с сайта ссылка на источник обязательна.
Администратор