Кунград

На сайте:

История › Хорезм › Древний Хорезм

Древний Хорезм


С. П. Толстов.

Аяз-кала

МОСКОВСКИЙ ОРДЕНА ЛЕНИНА ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ М. В. ЛОМОНОСОВА

С. П. ТОЛСТОВ

ДРЕВНИЙ ХОРЕЗМ

Опыт историко-археологического исследования

ИЗДАНИЕ МГУ МОСКВА—1948

Обложка, фронтиспис, шмуцтитулы, концовки и цветные таблицы художника Н. П. Толстова.

Ведь камня этих стен так много рук касалось,

Что оттиски легли на каждый уголок.

Привратником здесь был властитель Вавилона,—

О слушай, Туркестан, — трубит военный рог.

Балконы рухнули, отполыхали балки.

Здесь был когда-то пол, здесь—круглый потолок.

Не удивляйся! Там, где соловьи гремели,

Одна сова кричит плачевный свой упрек.

Афзаль-ад-Дин Хагани.

... громаду лет прорвет

И явится весомо, грубо, зримо,

Как в наши дни вошел водопровод,

Сработанный еще рабами Рима.

В. Маяковский.

ОГЛАВЛЕНИЕ

Список принятых сокращений........ 6

От автора .................. 7

Глава I—Стена в пустыне

I. Предистория Великого Хорезма ... 13

II. «Земли древнего орошения» и Хорезмская экспедиция 1937—1940 гг. ... 27

Глава II—Рустаки Гавхорэ

I. К истории вопроса......... 37

II. Памятники доирригационного периода 39

III. Динамика древней ирригационной сети................ 43

IV. Исторические предпосылки сокращений ирригационной сети Хорезма … 48

V. К истории повторных освоений «земель древнего орошения» Хорезма…. 55

Глава III—Башня Африга

I. Время шалашей рыболовов..... 59

1. Хорезмийский неолит..... 59

2. Бронзовый век Хорезма .... 66

3. Ранне-железный век Хорезма .. 68

4. К вопросу о протохорезмийской письменности......... 71

II. Время тысячи городов....... 77

1. Городища с жилыми стенами .. 77

2. Городища кангюйского времени 84

3. Городища кушанского времени 102

4. Кушано-афригидские памятники 119

III. Время двенадцати тысяч замков… 128

1. Мертвый оазис Беркут-кала.... 128

2. Тешик-кала.......... 138

3. Вопросы социальной истории .. 150

IV. Время «Великих Хорезмшахов».... 154

Глава IV—Хорезмийский всадник

I. Монеты Сиявушидов-Афригидов.... 173

II. Древнехорезмийские терракоты.... 196

III. Конница Кангюя........ 211

Экскурс I—Угроза Евтидема

I. Греческая колонизация...... 231

II. Возникновение греко-бактрийского и парфянского царств..... 232

III. Евтидем из Магнезии и Антиох III 236

IV. Пушьямитра, яваны и наследники Маурья............ 237

V. Евкратид и Гелиокл........ 238

VI. Мигридат I, массагеты-юечжи и падение греко-бактрийского царства.............. 241

Экскурс II—Тиранния Абруя

I. Легенда об Абруе........ 248

II. Абруй и Або-каган ....... 250

III. Кризис тюркского каганата в 80-х годах VI в. н. э. и восстание Або-кагана.......... 256

IV. Социальная база движения Або-Абруя в Нижней Согдиане.... 269

V Эфталиты, Маздак и Абруй.... 276

Экскурс III—Путь корибантов

I. Кави и карапаны........ 282

1. Ферганский науруз..... 282

2. Агура-Мазда и Ангро-Майнью 286

3. Ажи-Дахака и Трэтаона ... 292

4. Змей и конь......... 303

5. Кави и карапаны...... 307

6. Атеш-кеде.......... 314

7. Кави, каяниды и цари-жрецы домусульманской Средней Азии…. 317

II. Скверна Муканны........ 320

1. Текст Нершахи....... 320

2. Массагетский обычай .... 321

3. Сукана и энареи...... 323

4. Yavananis.......... 325

5. Маздак, Муканна, карматы…. 331

Глава V—Опыт исторического синтеза .... 341

Addenda...............  346

ФОТОГРАФИИ И ИЛЛЮСТРАЦИИ

 

ОТ АВТОРА

Работая в 1931—1937 гг. над вопросами ранней истории Средней Азии и других стран Ближнего и Среднего Востока, автор настоящей работы вынужден был убедиться, что существовавшая в литературе трактовка социально-экономического строя домусульманского периода, как сложившегося феодального строя — не верна и в сущности ни на чем не основана. Напротив, письменные источники с несомненностью сигнализировали наличие многих черт, свойственных рабовладельческому строю. Автор в ряде своих работ попытался обосновать это положение (для арабов — в 1932 году, для кочевых народов Средней и Центральной Азии — в 1934 г., в общетеоретическом, сравнительно-этнографическом плане — в 1935 г., наконец, для оседлых народов Средней Азии — в 1935 — 1938 гг.)1.

В этой работе огромную методологическую помощь автору оказали труды академика В. В. Струве, показавшего на обширном материале классического Востока несостоятельность феодальной концепции древневосточной истории.

Однако, отстаивая в целом ряде дискуссий2 свою точку зрения, автор не мог не видеть слабых мест своей аргументации, являющихся неизбежным следствием скудости источников, их фрагментарности, допускающей большое разнообразие толкований. Для него стало ясно, что только поход за новыми, скрытыми в земле, историческими фактами, только широко поставленные и целеустремленные археологические работы могут поставить разработку дискуссионных проблем древней истории Средней Азии на прочную, не допускающую кривотолков, базу. До этого автор мог использовать лишь крайне фрагментарный, хотя и весьма интересный материал, большей частью происходящий из случайных сборов дореволюционных коллекционеров, из крайне несовершенных с методической стороны раскопок единственного домусульманского памятника (не считая Анау), изучавшегося до революции, — Афрасиаба3 да еще очень немногих данных первых советских экспедиций, из которых особенно нужно отметить работы экспедиции Музея восточных культур под руководством Б. П. Денике в Термезе4, работы М. В. Воеводского, М. П. Грязнова5 и А. И. Тереножкина6 по усуньским могильникам Семиречья, работы Термезской экспедиции М. Е. Массона, связанные с находкой в 1933 г. фрагмента скульптурного карниза начала н. э. в Айртаме близ Термеза7 и раскопки экспедиции А. А. Фреймана на горе Муг на верхнем [8] Зеравшане, обогатившие науку блестящим комплексом согдийских документов начала VIII в.8  Лишь в процессе работ автор смог ознакомиться с прекрасными результатами работ Термезской экспедиции М. Е. Массона 1936 — 1938 гг.

Объектом своих полевых исследований автор избрал Хорезм. Выбор этот был не случайным. Автор связан по работе с Хорезмом еще с 1929 г., когда он впервые приехал сюда в качестве участника историко-этнографической экспедиции РАНИОН в Куня-Ургенчский и Ходжейлинский районы. Эта экспедиция определила все направление последующей работы автора, в центре внимания которого, куда бы его ни отвлекали разнообразные привходящие задания, оставались история, этнография и археология этой своеобразной области Средней Азии, «Среднеазиатского Египта», одной из древнейших культурных областей нашей страны. Полевые исследования, начатые в 1929 г., были продолжены им как руководителем Среднеазиатской историко-этнографической экспедиции Музея народов СССР, выполняя план которой, в 1932 и 1934 гг. автор посетил Хивинский, Турткульский и Чимбайский районы. Все эти работы, приводя автора к заключению об исключительной роли Хорезма в системе историко-культурных связей Средней Азии и евразиатского Севера, также диктовали необходимость археологического углубления этих исследований. Так как на Хорезмской территории скрестились обе линии исследовательских интересов автора, это предопределило выбор именно Хорезма в качестве базы для развертывания широко поставленных археологических работ.

Настоящая работа представляет собой результат четырехлетних полевых исследований возглавляемой автором Хорезмской археологической экспедиции Московского отделения ИИМК Академии Наук СССР, целевые установки которой определились сформулированными выше положениями.

Эта книга отнюдь не является попыткой систематической публикации обильных и разнообразных материалов, добытых экспедицией за четыре года работы. Разработка этих материалов продолжается автором и его сотрудниками, и пройдет немало лет, пока они целиком смогут быть введены в научный оборот.

Однако сейчас уже пора подвести некоторые итоги проделанной работы, суммировать наиболее существенные из тех исторических и историко-культурных выводов, которые уже сейчас позволяет сделать материал. Это необходимо и для того, чтобы наиболее важные итоги наших работ стали достоянием широких кругов советских историков и сделали свое дело в разрешении упомянутых выше дискуссионных вопросов, и для того, чтобы мы сами могли более планомерно и целеустремленно продолжать разработку добытых материалов. Опытом такой итоговой работы, суммирующей выводы, на которые дает право наш материал по важнейшим линиям исследования (история ирригации, типов жилищ и поселений, фортификации, вооружения, нумизматики, нумизматической эпиграфики, изобразительного искусства), и является настоящая книга.

Надо отметить, что автор и возглавляемый им коллектив работников Хорезмской экспедиции были не одиноки в своей работе по выявлению новых документов по истории домусульманской Средней Азии. Почти одновременно широко развертывается работа в целом ряде других районов. Отметим большую Термезскую комплексную экспедицию М. Е. Массона (1936 — 1938 гг.)9, продолжившую работы Термезской экспедиции Музея восточных культур 1926 — 1927 гг., многолетние труды Г. В. Григорьева по изучению приташкентских городищ, начатые еще в 1934 г.10, и блестящие результаты исследования тем же автором античного городища Тали-Барзу близ Самарканда11, экспедицию М. Е. Массона по трассе Большого Ферганского канала (1939 г.), давшую исключительно ценные материалы по культуре древней Давани12, большую экспедицию А. Н. [9] Бернштама в Киргизию и Юго-Вост. Казахстан (1933 — 1946 гг.)13, работы В. А. Шишкина на западной окраине Бухарского оазиса в 1937 г.14, наконец, работы А. И. Тереножкина в Ак-тепе под Ташкентом15 и на Ташкентском канале им. Молотова16.

Эти работы дали нам возможность опереться на многообразный сравнительный материал и во многом подкрепить и уточнить наши выводы и заключения. Социально-экономические выводы, к которым приводит многих из этих авторов анализ их материала, во многом перекликаются с нашими, сформулированными еще в работах 1938 — 1941 гг. и развиваемыми ниже. Так, М. Е. Массон в заключении своей работы в Трудах ТАКЭ пишет: «В свое время, когда археологические исследования Средней Азии находились в самом зачаточном состоянии, В. В. Бартольд, оперируя в силу этого по преимуществу письменными источниками, весьма ограниченными для времени до арабского завоевания, констатировал, что по ним он не видел существенной разницы в жизни Туркестана между IV веком до н. э. и VII веком н. э. А так как к моменту арабского завоевания в области Мавераннахра можно видеть ряд признаков феодальных отношений, то невольно создалась тенденция относить их в Средней Азии в глубь тысячелетий. С такого рода положением известные теперь археологические данные, почерпнутые из изучения памятников материальной культуры, отражающих в себе современные их созданию производственные отношения, находились бы, пожалуй, в вопиющем конфликте»17.

И ниже автор, анализируя констатированный им по археологическим данным культурный кризис V — VI вв., задает вопрос: «Не приходится ли он на грани становления новой формации, когда процесс разложения базиса предшествующей формации, при соответствующем толчке извне, стал проходить с большой интенсивностью?»18

К еще более решительной формулировке приходит А. Н. Бернштам, определяя способ производства археологически исследованных им согдийских колоний Семиречья, как рабовладельческий19.

То обстоятельство, что предлагаемая вниманию читателя книга эта базируется на новом, лишь частично и предварительно опубликованном материале, делает особенно трудным разрешение задачи ее построения. Стремясь дать последовательное изложение истории культуры Хорезма, как она предстает перед нами в свете наших памятников, автор одновременно должен был обосновывать свои хронологические определения, базирующиеся на комплексе признаков, относящихся к различным областям культуры, и только в целом делающие эти определения достаточно убедительными. Взаимное перекрещивание нумизматических, керамических, историко-архитектурных и других штудий крайне затрудняло последовательное тематическое и хронологическое расположение материала. Поэтому автор вынужден был, памятуя указание Маркса, отказаться от подчинения метода изложения методу исследования. Распределив материал по тематически-хронологическому принципу, он для облегчения ориентации дал в начале краткую хронологическую классификацию памятников, вводящую читателя в принятую автором систематику и терминологию. Развернутое обоснование каждого из определений этой классификации читатель найдет в соответствующих разделах последующих глав.

Вместе с тем, ряд выводов, делаемых автором, не может быть обоснован на одном хорезмийском материале. Это относится, прежде всего, ко многим фактам социально-экономического строя и социальных движений древнего Хорезма, сигнализируемых археологическими данными, но осмысляемых только в свете всего среднеазиатского документального материала, которым мы располагаем. Поэтому, чтобы не загружать основной текст посторонним Хорезму материалом, мы сочли наиболее целесообразным включить в состав нашей книги в качестве особых экскурсов очерк, посвященный анализу политических событий в Средней Азии во II — I вв. до н. э., позволяющий выяснить роль Кангхи — Хорезма в эту эпоху, и нашу работу 1938 г. «Тиранния Абруя» (в несколько переработанном виде), которая пополняет наш археологический материал данными всех известных нам письменных источников по смежным районам Средней Азии, прежде всего по Согду, и обосновывает таким образом с новой стороны наши заключительные выводы, и, наконец, небольшое исследование проблемы пережитков традиций первобытной общины в Средней Азии античной и средневековых эпох, базирующееся на привлечении к освещению археологических данных и древних текстов широкого сравнительно-этнографического материала.

При написании основного текста книги автор также использовал в ряде мест текст своих ранее опубликованных статей в БДИ 1938 г. № 4, ВДИ 1939 г. № 2 и 3, ВДИ 1941 г. № 1, подвергнув его, однако, коренной переработке и дополнению. Заново написаны I и II главы, первый и четвертый разделы III главы, второй и третий разделы IV и вся V глава, экскурсы I и III.

В заключение автор считает своим приятным долгом выразить глубокую благодарность прежде всего дружному коллективу своих сотрудников по экспедиции, без самоотверженной работы которых было бы невозможно создание этой книги, прежде всего археологам Я. Г. Гулямову и А. И. Тереножкину и художнику Н. П. Толстову, лаборанту ИИМК В. В. Штылько, оказавшей нам исключительно большую помощь в организации камеральной работы над коллекциями, а также всем тем, кто в процессе восьмилетней работы над материалом оказал ему помощь указаниями, советами и критикой — академику В. В. Струве, академику И. А. Орбели, членам-корреспондентам Академии Наук СССР А. А. Фрейману, С. Е. Малову, К. В. Тревер, А. Ю. Якубовскому, профессорам М. Е. Массону, В. Д. Блаватскому, покойным А. Н. Зографу и Б. П. Денике и многим другим.

1 См. наши работы: «Очерки первоначального ислама». «Советская этнография», 1932 г., № 2. «Генезис феодализма в кочевых скотоводческих обществах». Сб. «Проблемы генезиса и развития феодализма». Л. 1934. «Военная демократия и проблема генетической революции» ПИДО, 1935, № 7 — 8. «Основные вопросы древней истории Средней Азии», ВДИ, 1938, № 1. «Тиранния Абруя», ИЗ, 1938, III.

2 Пленум ГАИМК в июне 1933 г., Среднеазиатский пленум ГАИМК, 1935 г. и др.

3 В. Л. Вяткин. Афрасиаб — городище былого Самарканда. Самарканд — Ташкент, 1927.

4 «Культура Востока». Вып. 1, М., 1927. Вып. 2, М., 1928.

5 М. В. Воеводский и М. П. Грязнов. ВДИ, 1938, № 3 — 4.

6 А. И. Тереножкин. ПИДО. 1935, № 5 — 6.

7 М. Е. Массон. Находка фрагмента скульптурного карниза первых веков н. э. Ташкент, 1933.

8 Согдийский сборник. Изд. АН СССР. Л. 1934.

9 Термезская комплексная археологическая экспедиция 1936 г. Труды УзАФН, серия 1, в. 2, Ташкент, 1941.

10 Г. В.Григорьев. Отчет об археологической разведке в Янгиюльском районе УзССР в 1934 г. Ташкент, 1935. Его же, Краткий отчет о работах Янгиюльской археологической экспедиции 1937 г. Ташкент, 1940. Его же, Каунчи-тепе. УзФАН, 1940.

11 Его же. Тали-Барзу. ТОВЭ, I.

12 М. Е. Массон. КСИИМК, V.

13 А.Н. Бернштам. Археологический очерк Северной Киргизии. МИИКК IV, Фрунзе, 1941, а также его же Памятники старины Таласской долины. Алма-Ата, 1941, и отчеты в ВДИ, 1939, № 4, 1940, № 2, КСИИМК № 1 и № 2.

14 В. А. Шишкин. Археологические работы 1937 г. в западной части Бухарского оазиса. Изд. УзФАН. Ташкент, 1940.

15 А. И. Тереножкин. Раскопки холма Ак-тепе близ Ташкента. Изв. УзФАН, 1941, № 3.

16 Его же. Памятники материальной культуры на Ташкентском канале. Изв. УзФАН, 1940, № 9.

17 М. Е. Массон. Городища Старого Термеза и их изучение. Труды УзФАН. Серия 1, вып. 2, стр. 102.

18 Там же, стр. 103. В статье «Термезская археологическая комплексная экспедиция» в КСИИМК, VIII, 1940, стр. 114. М. Е. Массон прямо говорит о «периоде рабовладельческой формации».

19 Цит. соч., стр. 57.

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ>>>
liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня  

© 2006-2009. Права на сайт принадлежат kungrad.com.
При использовании материалов с сайта ссылка на источник обязательна.
Администратор